Рой
Шрифт:
– Я не знаю. Надеюсь, уже завтра, – сказал я.
– Хорошо. Ты обещаешь?
– Обещаю.
Я слышал, как он шмыгает носом, потом послышался другой звук, погромче.
– Эрик высморкался в рукав рубашки. Я сказал, что он может позвонить мне снова, попозже, если захочет. Настроение у парня вроде бы улучшилось. Мы распрощались.
Я спрятал телефон в карман и вошел внутрь склада.
Внутри складское помещение было разделено на две большие комнаты перегородкой из стеллажей. Вдоль всех четырех стен тоже тянулись ряды полок. Бетонные стены, бетонный
Я прошел вдоль стеллажей, заставленных контейнерами с запасными частями для фабричного и лабораторного оборудования. Во второй комнате находились более обычные вещи – чистящие средства, туалетная бумага, запасы мыла, коробки с овсяными хлопьями и пара холодильников, набитых едой.
Я повернулся к Мае.
– Где изотопы?
– Вон там, – она провела меня вокруг срединного стеллажа, к круглой стальной крышке, вмурованной в пол. Крышка была около трех футов в диаметре и очень напоминала утопленный в пол контейнер для мусора, если не считать светящегося значка «радиационная опасность» и цифрового замка по центру. Мае присела и быстро набрала код.
Крышка с шипением поднялась над полом.
Я увидел лестницу, которая спускалась в круглую камеру со стальными стенками. Изотопы хранились в металлических контейнерах разных размеров. Наверное, Мае могла определить, что где, по одному внешнему виду, потому что она сказала:
– Есть селен-172. Возьмем его?
– Конечно.
Мае спустилась по лестнице вниз.
– Да прекратишь ты наконец? – в углу склада Дэвид Брукс отпрыгнул от Чарли Давенпорта. Чарли держал в руках большой флакон «Виндекса» – моющего средства для окон. Он опробовал разбрызгивающий механизм и в процессе слегка обрызгал Дэвида. И, судя по всему, не случайно.
– Дай сюда эту чертову штуку! – сказал Дэвид, отбирая у Чарли флакон.
– Я думаю, это может нам пригодиться, – невинным тоном произнес Чарли. – Только надо приделать устройство для дистанционного управления.
Из дальней комнаты вышла Рози, держа в руках блестящий цилиндр, с которого свисали провода.
– Это не подойдет? Кажется, это соленоидный переключатель.
– Да, – сказал Дэвид. – Но вряд ли он сможет развить достаточное давление, чтобы сжать этот флакон. Они там разные? Нужно что-нибудь побольше.
– Не забывайте – нужен еще механизм дистанционного управления, – напомнил Чарли. – Если только вы не хотите выйти туда и обрызгать эту дрянь собственноручно.
Мае выбралась из подвальчика, держа в руках тяжелый металлический цилиндр. Она подошла к умывальнику, прихватив по пути бутыль с жидкостью соломенного цвета. Потом надела толстые прорезиненные перчатки и начала смешивать изотопы с жидкостью. Счетчик радиации
В наушнике раздался голос Рики:
– Ребята, вы ничего не забыли? Если даже у вас будет дистанционное управление, как вы собираетесь заставить облако приблизиться к опрыскивателю? Я почему-то сомневаюсь, что рой просто прилетит и зависнет где надо, пока вы будете его опрыскивать.
– Мы придумаем, чем его подманить, – сказал я.
– Чем это, например?
– Их можно приманить кроликом.
– Но у нас нет кролика.
Чарли сказал:
– Знаешь, Рики, у тебя очень негативное мышление.
– Я всего лишь сообщаю вам факты.
– Спасибо, что поделился умными мыслями, – заявил Чарли.
Так же как Мае, Чарли тоже заметил, что Рики всеми силами пытается нам помешать. Рики как будто хотел, чтобы рои уцелели. В этом не было никакого смысла. Однако он вел себя именно так.
Я хотел бы сказать Чарли кое-что относительно Рики, но через переговорные устройства меня бы услышали все. Такова неприятная сторона современных средств связи – твои слова может подслушать кто угодно.
– Эй, ребята! – окликнул нас Бобби Лембек. – Как там у вас дела?
– Разбираемся тут, что к чему. А что?
– Ветер ослабевает.
– Какая сейчас скорость ветра? – спросил я.
– Пятнадцать узлов. А было восемнадцать.
– Пятнадцать – не так уж мало, – сказал я. – Все в порядке.
– Я знаю. Просто предупреждаю вас.
В соседней комнате Рози спросила:
– Что такое термит? – она держала в руках пластиковую коробку, наполненную металлическими цилиндриками размером с большой палец.
– Поосторожнее с ними, – сказал Дэвид. – Наверное, это осталось после строителей. Видимо, они делали термитную сварку.
– Но что это такое?
– Термит – это смесь алюминия и оксида железа, – пояснил Дэвид. – Он дает очень высокую температуру горения – три тысячи градусов – и горит так ярко, что смотреть невозможно. Термитом плавят сталь для сварки.
– Много там таких штук? – спросил я у Рози. – Возможно, они нам пригодятся сегодня ночью.
– Там их четыре ящика. – Она достала один цилиндрик из коробки. – А как их поджигают?
– Осторожнее, Рози. Они в магниевой оболочке. Могут вспыхнуть от любого случайного источника тепла.
– Даже спичкой можно поджечь?
– Если хочешь остаться без руки. Лучше использовать сигнальные ракеты или осветительные патроны. Что-нибудь с фитилем.
– Понятно, – сказала Рози и скрылась за углом.
Счетчик радиации все еще щелкал. Я повернулся к умывальнику. Мае уже закрыла контейнер с изотопом и теперь переливала золотистую жидкость в бутылку из-под «Виндекса».
– Эй, ребята, слышите меня? – это снова был Бобби Лембек. – Я наблюдаю некоторую нестабильность. Ветер затихает. Скорость уже упала до двенадцати узлов.
– Хорошо, – сказал я. – Не нужно сообщать нам о малейшем изменении, Бобби.
– Просто я заметил нестабильность, вот и все.
– Я думаю, пока нам ничего не угрожает, Бобби.