Рой
Шрифт:
– О господи! – фыркнул Чарли. – Только этого нам не хватало.
– Чарли, заткнись.
Рози сходила к холодильнику и принесла бутылку минералки. Она протянула бутылку Дэвиду. Тот выпил, не переставая плакать. Рози помогла Дэвиду подняться на ноги и кивнула мне, давая понять, что берет Дэвида на себя.
Я отошел на середину комнаты, к остальным, которые стояли возле компьютерного монитора. На экране вместо файла с кодом появилось изображение с наблюдательных камер, расположенных на северной стене главного корпуса. Там было четыре роя. Они сверкали серебром и кружились, перемещаясь вдоль стены
– Что они делают? – спросил я.
– Пытаются пробраться внутрь.
Я спросил:
– А почему они это делают?
– Мы точно не знаем, – ответила Мае.
Несколько секунд мы молча наблюдали за роями. Меня снова поразила целеустремленность и упорядоченность их поведения. Они напомнили мне медведей, которые пытаются вломиться в трейлер, чтобы добраться до пищи. Рои останавливались возле каждой закрытой двери, возле каждого окна, зависали в воздухе, облетали вдоль всей рамы, а потом двигались дальше, к следующему отверстию в стене.
Я сказал:
– Они всегда вот так обследовали двери?
– Да. А что?
– Создается впечатление, будто они не помнят, что двери закрыты.
– Это правда, – подтвердил Чарли. – Не помнят.
– Из-за того, что им не хватает памяти?
– Либо поэтому, либо потому, что это – другое поколение, – сказал он.
– Ты имеешь в виду, что это могут быть другие рои – не те, которые прилетали днем?
– Да.
Я посмотрел на часы.
– Значит, новое поколение появляется каждые три часа?
Чарли пожал плечами:
– Не знаю. Мы так и не нашли место, где они размножаются. Я могу только предполагать.
Если новые поколения наночастиц появляются так быстро, значит, эволюционный механизм, встроенный в программный код – каким бы он ни был, – тоже очень быстро прогрессирует. Как правило, в генетические алгоритмы, результатом действия которых является воспроизводство себе подобных, закладывается определенный уровень, после которого наступает оптимизация, и этот уровень колеблется от пятисот до пяти тысяч поколений. Если эти рои воспроизводятся каждые три часа, следовательно, за прошедшие две недели у них появилось около сотни поколений. А при сотне поколений модель поведения роя оптимизировалась весьма значительно.
Глядя на монитор, Мае сказала:
– По крайней мере, они остаются возле главного корпуса. Похоже, они не знают, что мы здесь.
– Откуда они могли об этом узнать? – спросил я.
– Они и не узнали, – сказал Чарли. – У них главный орган восприятия – зрение. Возможно, последние поколения обзавелись неким подобием слуха, но все равно зрение остается главным. Если они чего-то не видели – это для них все равно что не существует.
Подошла Рози, ведя с собой Дэвида.
– Мне очень жаль, ребята, что так получилось… – пробормотал Дэвид.
– Да ладно, все нормально.
– Все в порядке, Дэвид.
– Я не знаю, как это вышло… Я просто не смог с собой совладать.
Чарли сказал:
– Расслабься, Дэвид. Все все понимают. Ты псих, и у тебя слетела крыша. Все ясно. Без проблем.
Рози обняла Дэвида за плечи. Дэвид громко высморкался. Посмотрев на монитор, Рози спросила:
– Ну, что они там делают?
– Похоже, они не знают, что мы здесь.
– Хорошо…
– Остается надеяться, что и
Рози задумчиво хмыкнула и спросила:
– А если узнают, что тогда?
Я уже обдумывал такую возможность.
– Если узнают – тогда нам придется положиться на дыры в предпосылках программы «Хи-Доб». Мы используем слабые места программного модуля.
– В каком это смысле?
– Мы сгруппируемся. И будем вести себя, как стая птиц.
Чарли заржал, как лошадь.
– Ну да, а как же? Собьемся в стаю – и пускай они на нас охотятся!
– Я не шучу, – сказал я.
За последние тридцать лет ученые изучили систему взаимоотношений «Хищник-Добыча» на множестве видов животных – от львов и гиен до боевых муравьев. Эти исследования позволили гораздо лучше понять, как добыча защищается от хищников. Такие животные, как зебры и олени карибу, живут большими стадами не потому, что они очень общительные. Они собираются в стада для того, чтобы защититься от хищников. Чем больше количество животных в стаде, тем большую угрозу они собой представляют. Кроме того, нападающий хищник нередко теряется, когда стадо животных бросается врассыпную, разбегается в разные стороны. Иногда хищники в такой ситуации буквально застывают на месте. Когда хищник видит слишком много движущихся объектов охоты, он зачастую не может выбрать, кого преследовать, – и не преследует никого.
То же самое справедливо и для птичьих стай, и для косяков рыб. Когда большая группа птиц или рыб действует скоординированно, хищнику трудно различить в группе отдельное животное. Как правило, хищники нападают на животных, которые чем-то отличаются от основной группы. Именно поэтому чаще всего добычей становятся детеныши – не только потому, что их легче поймать, но, главное, потому, что они выглядят не так, как все остальные в стаде. По той же причине хищники убивают больше самцов, чем самок, поскольку недоминантные самцы обычно держатся чуть поодаль от стада, что делает их более приметными.
Еще тридцать лет назад, когда Ханс Круук изучал гиен в Серенгети, он обнаружил, что достаточно выкрасить какое-нибудь животное краской – и оно станет добычей хищника при первом же нападении на стадо. Вот насколько значима непохожесть на всех остальных.
Вывод из всего этого прост. Держаться вместе. Быть одинаковыми.
В этом заключалась наша выигрышная стратегия.
Но я очень надеялся, что испробовать ее в действии нам все-таки не придется.
На какое-то время рои исчезли из виду. Они улетели за угол, к другой стене главного корпуса. Мы напряженно ждали. И довольно скоро рои появились снова. Они опять пролетели вдоль здания, обследуя все отверстия, одно за другим.
Мы все смотрели на монитор. Дэвид Брукс обильно потел. Ему приходилось то и дело вытирать пот со лба рукавом.
– Долго они еще будут там летать? – спросил он.
– Столько, сколько захотят, – ответил Чарли.
Мае сказала:
– По крайней мере, до тех пор, пока ветер снова не усилится. И, похоже, это случится не скоро.
– Господи… Не понимаю, как вы все можете так спокойно это терпеть! – воскликнул Дэвид.
Он был очень бледен. Пот капал с бровей и заливал ему очки. Мне показалось, что Дэвид вот-вот сорвется с места и бросится бежать, не разбирая дороги.