Рой
Шрифт:
Внезапно его размышления были грубо прерваны громкими криками. Потом послышался звон разбившегося стекла и гулкие удары – металла о металл. Шум доносился со стороны жилой зоны. Подольский перехватил автомат и со всех ног бросился туда.
Одна мысль колотилась в его голове, холодила своей неотвратимостью: все, ЭТО началось!
Прапорщик Иван Тюлькин, ставший с недавних пор помощником майора Слепяна, в ту ночь лично проверял караулы в жилой зоне. То, что он узнал от начальства, привело его в замешательство, если не сказать больше – в ужас. Затянувшаяся,
В свое время их много чему учили и ко многому готовили – в том числе к действиям по подавлению бунта и пресечению побега. Но такое никто и представить себе не мог. Просто бредовая фантастика какая-то! Чтобы люди превращались то ли в ходячих мертвецов, то ли в оборотней…
Так он думал, обходя территорию жилой зоны. Перед самым рассветом еще раз проверил посты, доложил по рации дежурному в караульном помещении: все тихо. Дежурил сегодня тот никогда не унывающий спецназовец из пятого отряда – Степанов. Штепа – такое у него было погоняло. Нормальный, кстати, мужик, Тюлькину он нравился. Впрочем, и нынешние командиры – Абдульманов и Подольский – тоже были в норме. Вообще, как успел убедиться за годы общения с бээсниками прапорщик, самыми дисциплинированными и неконфликтными были бывшие бойцы и офицеры спецподразделений. Достойно держались и бывшие опера со следаками. А вот среди осужденных пэпээсников и дэпээсников встречалась разная публика. Проверку на вшивость не каждый выдерживал.
Вот их-то и было большинство в их колонии. И сейчас эти шесть сотен человек из шести отрядов могли превратиться в хер знает кого и устроить ту еще бучу…
Лучи солнца осветили колонию, и Тюлькин с радостью подумал, что через час его сменят, он завалится на диван у себя в комнате и всласть отоспится. Тут раздался тревожный вскрик одного из караульных. За ним другой, третий. Отовсюду слышались сигналы тревоги. А вослед… треск ломающихся оконных рам и звон разбиваемого стекла. Иван подбежал к ближайшему бараку, от которого пятился выставивший перед собой ствол автомата охранник.
В окна, тряся решетки, лезла одичавшая масса людей… нет, не людей, а озверевших нелюдей. Перекошенные лица, выпученные, ничего не выражающие глаза, разверстые рты, из которых вырывалось глухое рычание или бессмысленный набор звуков… Это все, что успел заметить прапор.
В следующую секунду он поднес рацию к губам и поднял тревогу.
А рвущиеся наружу твари уже принялись колотить в запертые металлические двери чем-то тяжелым. Бум! Бум! Бум-м! И так во всех шести бараках. Охранники отступали к металлической ограде, разделяющей обе зоны. Тюлькин махнул караульным на вышках – спускайтесь. Все равно от них толку мало – если эти вурдалаки вырвутся и полезут наверх, долго охранники не продержатся. К чему лишние потери?..
Тут подбежали Подольский и его ординарец Степанов. Оба с автоматами наперевес.
– Что-о-о? – Казалось, глаза капитана выпрыгнут из орбит.
– Товарищ капитан, у нас ЧП, – Тюлькин доложил ему обстановку.
– Тьфу ты, блядь! – выругался Валера, когда прапор закончил доклад. – Все-таки
Он быстро осмотрелся, затем повернулся к Ивану:
– Молодец, прапорщик, что наших с вышек поснимал. Давайте все за ограду. Занимайте оборону. Нам нужно срочно эвакуироваться.
Он еще раз окинул взглядом территорию зоны и сказал:
– Через внешний забор они вряд ли полезут – слишком сложная для них преграда. А вот ограда между жилой и промышленной зонами – похлипче. Сюда они и ломанутся всей оравой. Значит, придется их сдерживать тут, а потом отходить к КПП. Задание понятно, прапорщик?
– Так точно, товарищ капитан, – козырнул тот и повернулся к своим.
Капитан, прихватив с собой Штепу, побежал к зданию администрации.
Уже через десять минут вооруженные люди в спешном порядке грузили в машины все, что было собрано и упаковано накануне. Часть груза – ящики и коробки с продовольствием и снаряжением – уже покоилась в кузовах грузовиков.
– В первую очередь вывозите груз и женщин с детьми, – распорядился Батыр. – Двигаемся в сторону мебельной фабрики. – Он заметил быстрый взгляд Валеры и кивнул ему: – Идем на склады, там будет наш новый дом.
Пока шла погрузка, почти сотня инспекторов под руководством Слепяна и Тюлькина заняли оборонительные позиции вдоль забора, разделяющего колонию на две части. Их задачей было задержать зомби, когда те вырвутся наружу. А то, что это дело ближайших минут, понимали все…
И наконец ЭТО свершилось!
Орда безумных полулюдей-полумонстров, выломав решетки на окнах, выскочила наружу и ринулась на ограждение. В мгновение ока волна их захлестнула забор, надавила с нечеловеческой силой, но металлические прутья и сетка пока выдержали. Зомби принялись карабкаться вверх, вот уже первые из них перевалили на другую сторону, разрезая и разрывая себе кожу о колючую проволоку и острые концы прутьев. И тогда прозвучала команда открыть огонь.
Десятки «калашей» замолотили в руках защитников, прошивая тела этих существ, превращая их в решето. Забухали помповые ружья, захлопали пистолетные выстрелы. Это было настоящее побоище!
Но и прицельный шквальный огонь не остановил монстров. Они по-прежнему напирали. Через груды разодранных прутьями и пулями трупов лезли, рыча и воя, новые твари, свинцовый ливень рвал их без пощады…
Вот им удалось сорвать с петель дверцу калитки. Тюлькин как раз стоял на пути хлынувшей в проход толпы. Выхватил гранату, выдернул чеку и бросил. За ней вторую… Бах! Взрыв разнес в клочья передних нелюдей. Бах! Второй еще больше проредил их ряды. К прапору подбежали Штепа со спецназовцами и принялись косить врага из автоматов.
– Отходим! Всем отходить к КПП!.. – раздался усиленный мегафоном голос Слепяна.
Он успел заметить, как последняя машина выехала за ворота и их тяжелые металлические створки захлопнулись. Пора было и им тоже рвать когти. Не то их самих тут разорвут на куски.
Перед воротами, где располагался КПП, проезд перекрывало еще одно ограждение.
– Это их задержит на какое-то время, – указал на перегородку Подольский, перезаряжая оружие.
Слепян согласно кивнул:
– Но не надолго!.. Все равно вырвутся.