Рой
Шрифт:
– А может, попробуем прорваться? – предложил майору подбежавший Слободчиков. – Пустим вперед БМП с бэтээром, за ними фургоны…
Тот отрицательно покачал головой:
– Ты все еще не веришь, капитан, что Рой уже умнее нас?
– Да хрен его знает!..
– Так вот, боюсь, что это так. Сейчас тут вся дорога будет запружена техникой и целой оравой зомби. Мы просто увязнем в них. И тогда – все!.. – Он оглядел позиции. – А так у нас есть шанс выбраться. Через канализацию. Вперед пойдут женщины с детьми, потом ученая братия… Ну, а мы уйдем последними, как и полагается
Спецназовец выслушал, кивнул и отдал честь:
– Есть повоевать, товарищ майор!
– Давайте всех гражданских внутрь. Пусть спускаются вниз…
В это время часовой с вышки крикнул:
– Вижу противника! Колонна техники… кажется, что-то типа дорожной.
Ракитин и Слободчиков рванули к вышке.
– Боец, слезай, – скомандовал вооружившийся биноклем майор, – мы на твое место заступим.
Офицеры поднялись наверх и прильнули к биноклям. Ага! По ведущей к базе дороге медленно катили три грейдера, за ним с десяток пожарных автоцистерн. Рой решил повторить свою тактику выживания врага. Точнее – превращения в себе подобных.
– Как с «Бастионом», – понял Слободчиков. – Повторяются! А ты говоришь – умнее…
– Лучше переоценить противника, чем недооценить… – процедил Ракитин, не отрываясь от бинокля.
Не цистерны страшили его, другое: сбоку от машин и позади них мерно вышагивали колонны «пехоты». Теперь ясно было, что хвосты их терялись в далекой дали. Это были даже не отряды, а целые полчища послушных единому центру – разуму Роя – воинов-марионеток.
Спецназовец потрясенно выдохнул:
– Ну и ну! – и смачно выругался.
– Ну что, – повернулся к нему Николай, – теперь ты понял, капитан, что я тут вам всем втирал? А?.. Такая сила, что и правда ума не надо… а он у него есть. Эти тысячи безмозглых уродов сейчас попрут на нас! Какой тут прорваться… Дай бог успеть уйти через лаз.
Алексею не было нужды лезть на вышку – он и так все знал, все видел внутренним зрением. И… был абсолютно спокоен, даже холоден. Теперь он чувствовал себя уверенным. Страх исчез. Что бы ни случилось, но он МОГ ОЩУЩАТЬ приближение и присутствие врага – задолго до его появления в поле зрения. Он как бы слышал его – Рой. Не звуки, не слова и даже не образы… Что-то такое необъяснимое – просто знание. А почему да как – хрен с ним, с объяснением. Он не профессор Нахимов, ему это не нужно. Он – боец, воин. Его призвание сражаться, а думают пусть высоколобые умники.
Он знал, что штурм неизбежен. Знал, что зомби слишком много. Что они обязательно прорвутся. Но с автоцистернами Рой просчитался. Чтобы полить защитников зараженной водой, нужно как минимум подъехать близко к воротам – хотя бы метров за тридцать. А вот этого никто им не позволит. Им останется либо заделаться дровосеками и вырубить в округе целый лес, либо… Либо бросить на штурм стен живую, так сказать, силу.
Алексей был уверен, что Рой поступит именно так – пожертвует частью своих солдат. Разум Роя – коллективный разум. Нам, людям, просто не понять, как этот роевой разум работает. Но одно понять несложно:
Меркурьев мельком глянул в сторону ворот. Внезапно его осенило. Он бросился к вышке. На одном дыхании взбежал наверх и выпалил:
– Николай, они всяко прорвутся – через стены! Нужно создать огненный заслон. В прямом смысле! Запалим по периметру машины – пусть горят, один хрен они нам больше не понадобятся.
Командиру хватило пары секунд, чтобы все просчитать и принять решение:
– Давай, командуй. Пусть подтащат к стенам бочки и канистры с бензином, с солярой. Все машины туда же – вдоль стен. Облейте их, баки полные залейте. И не жалейте ничего!
– Слушаюсь! – Молодой человек был доволен.
– Кстати, – остановил его Ракитин, – зажигательные у нас есть?
Меркурьев отрицательно покачал головой.
– У нас есть, – сообщил Слободчиков, – пара магазинов найдется.
– Вот и зэбэ, – сказал командир и пояснил свою мысль: – Вначале держим оборону на стенах, а когда отойдем, пальнем по бочкам – и пизда их мама! Только подпустим вначале туда гоблинов. Пусть горят, суки, синим пламенем!
– Хоть зеленым! – Алексей бросился выполнять приказ.
Защитники по-быстрому сделали все, как надо: вдоль стен со стороны ворот расставили автотехнику, понаставили бочек с горючим. Теперь самим бы не подорваться на этой линии Мажино.
Бойцы засели на баррикадах и принялись ждать. Нервы были напряжены, сердца бились вдвойне быстрей обычного. Надвигалась чуждая людям сила, порожденная самим же человеком, – кошмарный выкидыш человеческого легкомыслия и гордыни…
Вот оно уже совсем рядом!
– Огонь только на поражение! Боеприпасы экономить! – разнеслось по цепи.
Все верно – бить надо наверняка. Поэтому врага подпустили вплотную.
Глава 20
Шедший спереди грейдер с ходу налетел на ворота, смял их как жестянку и… тут же встал, упершись в лежащие за воротами железобетонные блоки. А их, в свою очередь, подпирал бульдозер – его заранее пригнали и развернули поперек проезда.
Бойцы на баррикадах возликовали: давайте, уроды, попробуйте теперь пробиться!..
Сзади подъехал еще один грейдер. Встал за первым – натужно засопел в тщетной попытке сдвинуть своего собрата. Тут в него и влупили из огнемета – почти в упор. Машину встряхнуло, расперло изнутри – и она запылала, зачадила густым черным дымом.
Воздух резанул пронзительный визг – зомби, сидевший в кабине, корчился в пламени, он застрял и не мог вылезти и выл на пронзительной, высокой ноте, махал руками… затем с рук стала отваливаться обугленная плоть, а существо выло и выло – уже хрипло и жалобно и сучило культяшками… и вот уже сгоревшие покровы лица отвалились, обнажив череп, тело конвульсивно дергалось, все слабее и слабее, и наконец замерло – а пламя весело лизало своими языками останки и почерневший корпус машины. От горящих покрышек валил густой вонючий дым.