Рой
Шрифт:
Майор уже не кричал, а хрипел, отдавая приказы. Слободчиков заорал что-то своим, и в следующее мгновение оба подразделения спецназовцев-вэвэвшников кинулись наперерез врагу. Замелькали штык-ножи и приклады, отовсюду доносились яростные выкрики и глухие звуки ударов. Началась рукопашная.
Два гусеничных и один колесный монстры разъезжали по всему двору, давя полуразумных существ, не давая им прорваться к самому зданию. Зомби тупо перли, невзирая на потери. Плевать Рою на своих уродов! Их у него много.
Вот и еще одна вражеская группа перевалила
Алексея что-то кольнуло. Он отложил ставший бесполезным автомат. Прищурился, огляделся. Неподалеку от него на шершавой поверхности бетонного блока одиноко лежал оставленный командиром бинокль. Сам Ракитин засел неподалеку, отстреливаясь из «Стечкина». Оставшиеся в живых бойцы вооружились пистолетами и принялись палить в наседающего врага.
То, что они проиграли сражение, Алексей уже понял. «Зомбидавилки» лишь оттягивали момент агонии. Но сейчас его внимание привлекла новая, появившаяся минуту назад группа зомби. Их было не больше десятка. Двигались они как-то слаженно, целенаправленно, точно шли к известной им одним цели. Этот отряд обогнул брошенный дот и остановился, наблюдая за грохочущими машинами защитников. Четверо гоблинов передали что-то двоим своим собратьям. Алексей вскинул бинокль, приник к окулярам…
Те двое разделились и бегом направились вперед: один к БМП, второй к бронетранспортеру. А в руках они сжимали что-то круглое, похожее на… Ну точно – это же гранаты, «лимонки», как их там… да – РГО! Так они, сучары, чего ж задумали-то?! А-а-а?!.. Мать твою, так вот оно что!!!
– Атас! – заорал во все горло Алексей. – Водилы, берегись!.. – Но крик его потонул в общем шуме боя.
Меркурьев выхватил свой, с еще не отстреленной обоймой, пистолет, прицелился… Выстрел, другой – сука, мимо! Двое подрывников-зомби подбежали к выбранным целям: под гусеницу БМП полетели одна за другой три гранаты, то же – под правое переднее колесо бэтээра…
Алексей опустился на землю – все, конец!.. И в следующую секунду, почти одновременно, раздались взрывы. У БМП сорвало гусеницу, и машина беспомощно завертелась на месте. БТР вообще осел на правый бок – двух передних колес как не бывало. Вскоре застыл и бульдозер – в кабину пролезли несколько тварей. Они попросту растерзали водителя, одного из дэпээсников. Видевший все это из своего укрытия Меркурьев в бессильной ярости заскрежетал зубами. Отчего-то он никак не мог вспомнить, как зовут этого сержанта. Второго помнил – Костенко, вон он, вылезает из подбитого бэтээра.
И когда вся армада зомби устремилась на оставшихся защитников базы, Алексей вдруг ясно вспомнил фамилию погибшего храбреца – Мустафин. В следующее мгновение грубый рывок рукой вывел его из состояния оцепенения. То был капитан-спецназовец. Слободчиков – да, так его зовут…
– Давай в здание! – проорал он Меркурьеву прямо в лицо.
Алексей зачем-то схватил пустой автомат и мельком увидел, как в отчаянной рукопашной гибнут последние бойцы роты химвойск. Спецназовцы все как один полегли минутой раньше, но задачу свою они выполнили – остановили прорыв сбоку. Мелькнули перекошенные лица Ракитина и Зверева, расстреливающих остаток обоймы
Затем четверка выживших забежала внутрь здания: с громким лязгом захлопнулась тяжелая стальная дверь, отсекая их от жутких созданий. Меркурьев, Ракитин, Зверев, Слободчиков – вот и все, что осталось от группировки «Склады МЧС». Правда, были еще Подольский и Рылеев с немногочисленными бойцами, группка ученых да бабы с детишками. Но это там, в Башне. А здесь полегли все. Все, кроме них, четверых…
– Очухался? – над Алексеем склонился Ракитин.
Видок у командира был еще тот – дико растрепанный. И это еще мягко сказано… Ах да – бой ведь был, причем бой охеренный, до последнего…
Алексей проморгался, сгоняя пелену с глаз.
– Ага, вижу – оклемался, – скупо улыбнулся Николай.
– Оклемался… – с натугой выдохнул Меркурьев.
Внезапно послышались гулкие удары – в дверь колотили чем-то тяжелым. Зомби!.. Ракитин перехватил взгляд товарища.
– Все никак не угомонятся, падлы! А ведь стольких мы порешили там…
– Да сотни две покрошили – никак не меньше! – хохотнул Михаил.
Бравый омоновец, кажись, никогда не унывал – Алексей уже устал удивляться его оптимизму и, чего греха таить, пофигизму. Вот и сейчас он, весь в пороховой гари, весело скалился, подмигивая приятелю.
Чуть дальше бывший журналист приметил капитана Слободчикова. Тому, видать, досталось поболе других. Черт, так ведь он там в рукопашной схватился с зомби! А если он…
– Слышь, капитан, – крикнул ему Меркурьев, – ты как – не зацепили тебя уроды?
Тот махнул рукой – херня война. И хриплым голосом веско добавил:
– Я – краповый берет! Нас хер завалишь…
– Верю, – устало кивнул Алексей, – но я другое имел в виду…
До того наконец дошло:
– А, так ты про это? Все путем, парень, не позволил я им даже прикоснуться к себе. Так что не боись – не заражу.
Дверь загрохотала еще сильнее – явно кувалдами долбили.
– Надо уходить, – сказал майор. – Только сначала дверь заварим.
Алексей покачал головой:
– Пустое, Коля. Они и стены проломят – со временем.
– Пусть ломают, – упрямо гнул свое тот, – а пока надо задержать их… Заварим и входную, и дверь в подземелье… Миша, слетай в каптерку, там сварочный аппарат и баллон. Капитан, пособи ему. Тащите сюда.
Когда мужики ушли, Николай обратился к Меркурьеву:
– Леха, напряги мозги. Где там, на складах, еще могут быть боеприпасы?
– Так все ж выскребли, – удивленно пожал плечами тот.
– Не может быть такого, чтобы все. Может, покойничек Старостин где-то заныкал. Нам бы сейчас по обойме хотя б, а то так и пойдем под землю – безоружные.
– Кесари есть, – вяло отмахнулся Алексей.
– И топоры с баграми в придачу, – съязвил командир, – и многих ты уложишь, ножиком размахивая? Давай шевели копытами – пошли на склад, пошукаем…
Они спустились вниз, двинулись вдоль стеллажей, по ходу осматривая коробки и ящики. Много не нарыли, но кое-что все же нашли: два «Стечкина» с полными обоймами и автоматные патроны – россыпью, примерно на пару магазинов хватит.