Руины Ада

Михнегер Егор

Спрыгнув с ослика, Рифат постарался отчасти укрыться за тушей животного. Так себе живой щит, но всяко лучше, чем ничего.

Уловив краем глаза движение на склоне с как раз таки не прикрытой ослом стороны, Рифат, не задумываясь, отправил Ульфикар вершить справедливость.

— Убий! — что ж, справедливость — штука весьма субъективная. В случае Рифата справедливостью было устранение каждого, кто встал у него на пути.

Опытный путник не прогадал: раздвоенный меч прошёлся по шее едва-едва высунувшегося из-за укрытия лучника, остановив того от

плохого поступка.

Предотвратив убийство убийцы. Благородный жест, поскольку Рифат страшные муки в Аду определённо заслуживал, а вот лучник ещё имел шансы отделаться очищением на верхних слоях преисподних.

Но праздновать победу было пока преждевременно, поскольку ослик заржал, пронзённый стрелой, прилетевшей с противоположной первому убитому лучнику стороны. Рифат, снова не думая, отправил Ульфикар отомстить за животное.

И почти сразу почувствовал два лезвия, приставленных к его шее. Рифата прошиб холодный пот — он не мог не понять, что за меч щекотал его небритую щетину на горле.

Он попался на удочку словно какой-нибудь дурачок! Лучники были всего лишь отвлекающей целью для его чудо-оружия, ну конечно же…

— Ты всё понял правильно! — донёсся голос откуда-то сверху. — Так что лучше прекращай свою срамную молитву, предатель, если не хочешь немедленно отправиться в Ад!

Рифат увидел Буера впереди. Вернее, его голову, скатившуюся по склону вслед за головами, отрубленными самим демоном. Ещё один раздвоенный меч смахнул с лезвий кровь и устремился к застывшему в воздухе Ульфикару. Похоже, Рифату действительно не оставалось ничего иного, как сдаться.

Добыча и преследователи снова поменялись ролями. Рифат оборвал молитву, приказав Ульфикару упасть. Этот раунд остался за устроившими ловушку жрецами.

Из укрытий начали осторожно высовываться давно не мытые лица. Похоже, каким-то образом светопоклонникам удалось заручиться поддержкой разбойников, с которыми жречество традиционно боролось. Впрочем, учитывая, что Ахеменид стал сотрудничать с бесами, едва ли стоило удивляться такому альянсу.

Рифат не шевелился, прекрасно осознавая, насколько он близок к смерти. Одно усилие воли боевого жреца, и он труп. Рифат даже не пытался отыскать взглядом своих кровных врагов. Это бы всё равно ничего ему сейчас не дало. Оставалось лишь ждать…

— Хорошо, вот так смирно и стой. Может, тогда ещё немножечко проживёшь, — голос жреца по-прежнему звучал на некотором отдалении. Видимо, тот боялся потерять бдительность и концентрацию, предпочитая взять опасного противника в плен чужими руками. — Если честно, я бы прямо сейчас с тобой и расправился, но Ахеменид приказал по возможности доставить тебя в столицу в целости и сохранности. По возможности, а не обязательно, понимаешь?

Из-за приставленных к горлу лезвий Рифат не решился кивнуть или сказать в ответ хоть словечко.

— Крепко-накрепко свяжите его, а затем как следует обыщите. За его меч больше не беспокойтесь, теперь ему потребуется заново прочесть боевую молитву,

чтобы заставить оружие убивать, — жрец возвысил свой голос: — Тело и голову того типа тоже тащите сюда! Слишком уж бодро он прыгал со стрелой в брюхе, лучше на всякий случай разрубить его на кусочки и сжечь. И змею, как следует поищите змеюку! Я точно видел, как эта тварь уползла куда-то в кусты как раз перед боем.

Рифат прикрыл глаза и стал медленно дышать, приводя свои мысли и чувства в порядок. Чьи-то мозолистые руки схватили его за запястья, грубо заводя их за спину и связывая так крепко, что пальцы практически сразу же онемели.

— Отлично, сейчас я немного отодвину свой меч, чтобы вы могли его обыскать. Шаян, прикажи своему мечу тоже повиснуть неподалёку. Если этот предатель выкинет какой-нибудь фокус, сразу режь ему глотку! Скажем царю жрецов, что подлец не сдавался.

Полдюжины ладоней начали обшаривать одежду Рифата. И поглаживанием их прикосновения не назвал бы даже самый бесчувственный увалень. Каждую пядь его тела ощупывали не просто грубо, а с явным намерением причинить ему боль.

— У него что-то на левой ноге!

— Что именно? — крикнул заставший Рифата врасплох жрец.

— Непонятно.

— Ну так сдерите с него шаровары! Нечего с этим изменником церемониться. Или вы чего-то стесняетесь?

С глупым смешком штаны Рифата сдёрнули вниз. На мгновение все затихли.

— Какого…

А вот с Рифата оцепенение спало.

Добыча и преследователь в очередной раз менялись ролями.

Интерлюдия 8. Золотой воин

Вы слабы потому, что притворяетесь сильными.

Ричард Скотт Бэккер

Нижний Ад, третий слой

Что-то больно колотило Рифата по щекам и кусало за уши.

Вскрикнув, он резко открыл глаза и приподнял голову. Копыто Буера едва не выбило ему глаз.

— Ты что творишь, козёл грё… — разозлился было Рифат, но осёкся, увидев перекошенное от ужаса лицо восьминогого демона.

Повертев головой в поисках испугавшей даже его не самых пугливых спутников угрозы, Рифат увидел, как прямо по направлению к ним плывёт размытый силуэт человекоподобного существа.

Возможно, плывёт было не самое удачное слово. Тварь парила примерно в метре от земли, окружённое, словно огромным яйцом, сияющей золотой оболочкой. Несмотря на радующий глаза цвет, Рифат сразу встревожился.

— Золото губит, — повторила змея Астарота, перестав кусать потерявшего сознание соратника за уши.

Преодолевая головокружение и искры в глазах, Рифат так быстро, как мог, вскочил на ноги. Вскочил — тоже было не самым верным словечком для описания подъёма с земли ударившегося головой человека. Тем не менее времени на стенания и жалобы не было, расплывчатый силуэт становился всё ближе.