Руины
Шрифт:
Агна смотрела мне в след и улыбалась. Вдруг резко нахмурилась: "Не к добру такие перепады, как бы, не дай Спаситель, беды не вышло", и пошла за вином.
Время приближалось к полудню. Я сидел и читал "Любовь и верность", попивая неплохое вино. Рыцарь, с невероятными трудностями, подбирался к башне чернокнижника, попутно мысленно сочиняя сонеты любимой. И тут, услышал стук копыт нескольких лошадей. Встал, открыл погреб и подошел к окну во двор. Осторожно выглянул и замер, готовый в любой момент сорваться. И снова стал собранным, как тогда, дома, "потом разберусь", отогнал промелькнувшую мысль о навязчивости такого состояния. Агна вышла из летней кухни. Звук приближался, "Куда вышла!", и со злостью вцепился в подоконник, чтоб не выбежать самому. Во двор
— Агна, Егор собирайтесь. Все вопросы потом.
Спрыгнул и обнял Агну.
— Агнушка, слава Спасителю, ты не в лесу, пожалуйста, быстро переодевайся и бери самое необходимое. Возможно, мы сюда не вернемся. Ну, что ты, родная, все будет хорошо! Только сейчас надо поспешить, — и поцеловал оторопевшую Агну. — Егор!
Я уже был на улице. Мне и брать было нечего. Джинсы, футболка, кроссовки, ремень. Кобуру с запасной обоймой Агна выбросила. Она уже очнулась и забежала в дом. Действительно молча. Рон был одет по-военному: под курткой кольчуга, на перевязи слегка изогнутый узкий меч в простых ножнах, кинжал. К седлу был приторочен арбалет и какие-то вьюки. Навьючены были и две оставшиеся лошади. Рон хмуро посмотрел на меня и махнул рукой.
— У тебя же ничего нет.
— Я верхом не умею!
Он замер. Резко шагнул ко мне и чуть нагнулся, глядя прямо в глаза.
— Ничего, привяжу к седлу, — произнес раздельно, а я ужаснулся, увидев плотно сжатые губы и холодные неподвижные глаза. Явно злой и взведенный, как пружина. Таким я его еще не видел.
— Еду брать? — Агна была одета в такой же, как у Рона костюм, с набитой холщевой сумкой через плечо и кинжалом на поясе.
— Бери, только быстро, — и уже мне, — садись на вороного, он спокойней, — и взял коня за уздечку.
Я, конечно, видел ковбойские фильмы. Взялся за луку седла одной рукой, потом представил, как буду садиться, и перехватился другой. Точно так же с ногами. Вставил нужную ногу в стремя и со второго раза забрался. И это считается спокойным конем! Рон подтянул стремена по размеру и связал мне ноги длинной веревкой под животом коня. Потом что-то сделал с седлом и передняя лука опустилась вперед.
— Ложись на гриву, обними коня за шею и держись крепче. Да отпусти поводья, они тебе не нужны, — я полностью выполнил эти распоряжения.
"А ведь, пожалуй, не упаду… да что, в конце концов, случилось?! От кого бежим? И Агну тоже берем", подумал, но промолчал, помня взгляд Рона.
Мы тронулись. Сначала шагом, потом рысью и, наконец легким галопом. Вскоре свернули на лесную дорогу и поехали медленней. А потом мне стало не до отслеживания пути. Бедная моя задница!
Глава 5
Ехали долго. То галопом, то рысью, иногда шагом. Самое противное рысью — я матерился сквозь зубы и боялся разжать руки. Наконец запахло рекой и через несколько минут мы вошли в воду и пошли шагом. Я осмелился и выпрямился, и чуть не взвыл! Пришлось тут же поднялся на стременах — немного полегчало, но приходилось держать равновесие — не расслабишься толком. Так и ехал дальше: поднимаясь и опускаясь на стременных. Руками вцепился в гриву. Повод за длинный ремень был привязан к седлу Рона. Лошади тяжело дышали и норовили попить воды. Всадники их сдерживали. Ехали вдоль берега по мелководью вниз по течению. Река была спокойной и неширокой. Другой берег, правый был крутой и заросший кустарником. Встречались песчаные обрывы.
— Рон! Если ты не объяснишь что случилось, я не знаю, что с тобой сделаю! И не дай Спаситель, причина будет не серьезной! Из-за чего я должна бросать дом и менять свою жизнь?
— Из-за него, — Рон кивнул в мою сторону. Хоть это и так было ясно, но я вздрогнул от неожиданности и внутренне напрягся, — а если конкретно: я убил "помощников спасителя".
— Что?
— Сегодня утром ко мне прискакали три "помощника", все в боевом облачении. Старший — главный пес епископа. Двое вошли, один остался у лошадей. Спросили, зачем мне понадобился лингвор. Я
— Так вот. Старший опять у меня спрашивает, но теперь уже — где чернокнижник. Я испугался. Помнишь, я говорил, почему не сдал тебя графу? — обратился прямо ко мне и, не дождавшись ответа, продолжил, — Был у меня друг, тоже охотник. Разбогател, остепенился и зажил с семьей в Гаранде. Хороший особнячок купил рядом с графским замком. А тут епископ в силу вошел. Стал приглашать "помощников" со всех земель, а они отнюдь не аскеты, вот и решили под свою резиденцию этот особняк забрать. Родни влиятельной у друга не было, поэтому его просто объявили чернокнижником и сожгли вместе с женой, а детей — по монастырям. Я стоял в толпе на площади и смотрел, как их сжигали. Выл от бессилия! — он сжал руками луку седла, аж пальцы побелели, — Если бы не Агна, натворил бы глупостей. — Агна грустно вздохнула и покачала головой. Рон замолчал на минуту, успокаиваясь.
— Испугался, и молчу. И чувствую, как злость во мне закипает. А тот, видимо любил людей пугать и страхом их наслаждаться, продолжил: "А знаешь, что положено за укрывательство чернокнижника?", медленно так произносит и мне в лицо смотрит и улыбается. И, видимо, злость мою и узрел. Отскакивает и кричит второму: "Вяжи!", и я почувствовал, как сила колыхнулась. А дальше уже не думал, заметил только, что второй в меня "сеть" из "деревяшки" кинул. Откатился в сторону, метнул второму кинжал в шею, старшего мечом второго зарубил. С третьим пришлось повозиться. И зачем он в дом забежал? Ну и дисциплина у них, совсем распустились. Его задача была ноги унести, если что не так, и доложить кому положено. Да, и "главный пес" поторопился, не узнал про меня ничего и поехал всего с двумя воинами и без мага. Амулетов даже не захватили.
Агна слушала молча и все больше и больше хмурилась.
— Эх, Рон, Рон. Что же ты наделал! Куда нам теперь? "Помощники" уже по всем соседям сообщили про тебя и про Егора!
— И про тебя, Агна. Слишком многие про нас знали. А если были у тебя с обыском, то наверняка поняли, что Егор у тебя скрывался. Наверняка "помощники" будут охотиться на нас троих.
Я был раздавлен. Из-за меня жизни Агны и Рона поломались, их рано или поздно ждет костер. Ни куда не приткнуться, вечно в бегах. Быстрая связь, как я понял, здесь была, а церковь — межгосударственная. Может сдаться местным магам? Пусть изучают, а самому выторговать у них защиту для Рона с Агной? Вполне здравая мысль, не вечно же мне у них камнем на шее болтаться. А смогут ли вообще маги защитить от церкви? И будут ли они какие-то условия от меня слушать? Мне бы добыть что-нибудь для торговли с магами. Ничего я еще не знаю! А как неудобно перед Агной и Роном! Нянькаются со мной, и ведь не бросят.
Мое самоедство прервал возглас Агны.
— Так кони церковные, что ли?
— Дошло? — улыбнулся, наконец, Рон, — Не переживай, меток нет, я проверил. Нам скоро на ту сторону, — и показал рукой на довольно удобный спуск к воде на правом берегу. Метров через двести.
Мне развязали ноги. Переправились без проблем и доехали до ближайшего лесочка на правом берегу. Если в графстве в основном были леса, то здесь уже лесостепи, а далеко на горизонте, в туманной дымке виднелись горы. На севере.