Руины
Шрифт:
Тут я замандражировал. И хочется, и колется. А вдруг это так серьезно, что малейшая ошибка и мне капут. А если это чей-то ловкий розыгрыш? Буду как дурак по телику красоваться. Чтоб потянуть время, да и на всякий случай, решил написать себе памятку: " Кравцов Игорь Михайлович, 27 лет, не служил, не привлекался, женат, но живет врозь с июля 20ХХ-го, закончил политех по специальности конструирование электронно — вычислительной аппаратуры, в настоящее время безработный — это ТЫ, потерявший память. Паспорт в тумбочке" Положил шедевр на кухонный стол и придавил сахарницей. "Мало, надо еще видео добавить", пошел к компу, включил вэбку, направил на нарисованный круг. Постирал жесткий диск, чтоб места больше было, и включил запись. Быстро попил чай с печеньем, покурил и пошел на казнь.
Сел точно в центре круга в позу лотоса. Подождал, пока перестанут гудеть ноги и расслабятся связки, закрыл глаза. Выровнял дыхание. Начал дышать на счет: медленно
Как это трудно думать без слов! Хорошо, что на йоге научился. Просто из интереса. Учитель как то ляпнул, что можно чисто визуальными образами, я и ухватился. В повседневной жизни не получилось, а в медитации — пожалуйста. Теперь надо представить во внутреннем пространстве нарисованный мной круг, причем во всех правильных, как на оригинальном рисунке деталях. Есть! У меня вообще зрительная память отличная, поэтому долго не учил, хватило утра. На счет цвета не нашел нигде в бумагах и решил интуитивно: раз семь, значит радуга, и раскрасил, начиная со "света" — в красный цвет, до "разума" — в фиолетовый. Круговую рунную надпись представил просто белой. И тут рисунок внезапно "ожил": знаки замерцали и постепенно приняли объем, немного изменившись в трехмерном пространстве, руны тоже стали объемными и мягко засветились серебристым цветом, и вся эта конструкция начала медленно вращаться в различных осях и изгибаться волнами. Полный трехмерный аналог фигуры лиссажу! Как это красиво! Я оказался просто заворожен! Восторг подхватил меня и подтащил к фигуре, мы вместе стали изгибаться и кружиться, словно танцевать! Я полностью отдался этому танцу, я был счастлив, как никогда в жизни. Сколько это продолжалось — совершенно не ясно. Субъективного времени не было вообще. Может миг, может год. Невозможно понять.
Как мне удалось вспомнить о цели пребывания здесь, не знаю. Выругавшись, без слов это очень трудно, поверьте, начал пытаться "привязывать" знаки к себе. По "инструкции" начинать надо было со "света" и по кругу. Желательно по одному знаку в день. Да откуда это мог знать Семен Викторович? Намеков, что он сам все это прошел, не было. Ладно, поверим. Мысленно потянулся к знаку "свет". Ноль реакции. Потянул сильнее — то же самое, еще сильнее — аж картина потускнела — бесполезно. Надо менять тактику. Попробовать самому "подлететь"? Захотел сдвинуться и легко: толи я поплыл, толи мир вокруг придвинулся ко мне. Отлично, как все просто! Кольцо со знаками увеличилось и, повинуясь моему желанию, поплыло ко мне. Или я к нему, неважно. Подлетел к знаку "свет" и просто влетел в него и замер, прислушиваясь к ощущениям. Вокруг разливался красный туман. Ни звуков, ни мыслей, ни вкуса — ничего больше не почувствовал. Покрутился вокруг — везде однообразный красный цвет. Решил, что ошибся с расцветкой знаков. Вылетел с желанием поменять цвета, но сразу на выходе, как только красный туман отпустил, почувствовал ЕДИНЕНИЕ! Как это описать словами? Попробую.
Все серебристые руны вздохнули, вспыхнули и погасли. Все мое существо осветилось СВЕТОМ — одновременно всеми цветами и излучениями, я просто ощутил их, и накатило чувство полнейшей свободы и всемогущества. Ощущения быстро схлынули, но эйфория осталась. На её волне я начал нырять во все знаки по кругу (хорошо хоть в правильном направлении). Чувства были и похожие, и разные: огонь — тепло и холод везде, просто физическое ощущение движения; земля — твердость во всем, и в то же время податливость, как глина, надежность; вода — изменчивость, но и плотность, напор и спокойствие; воздух — легкость, упругость, скорость, изменчивость; жизнь — спокойствие и эмоциональность, превращение, сила; разум — логика, воля, уверенность.
Много, конечно, упустил. Трудно описывать абстрактные образы и чувства.
И опять я забылся в своем совершеннейшем счастье. Танцевал со своими новыми друзьями — знаками. Для меня они стали самыми близкими существами на свете. Я решил обнять их всех и прижать к груди и тут заметил, что груди у меня нет, и вообще нет тела. Уже привыкнув без рук, забыл о них, а тут начал вспоминать. Стихии, словно заметив мои сомнения, стали ненавязчиво отвлекать внимание: появилась завораживающая музыка, манящие шепотки "ты наш, ты здесь живешь, мы вместе были и будем всегда, оставайся…". "Конечно, останусь, я же дома! Вот только найду свои руки…" Руки, руки…
Можно было уже выходить, просто пожелав, я это точно осознал, но была явная незавершенность, которую просто необходимо было завершить. И это не просто желание продлить эйфорию, "Будем рассуждать логически. Здесь я могу что угодно. По крайней мере, делать с собственным телом. Слабый гром на невинное восклицание, пока не принимаем во внимание. Помню у Стругацких, всем жителям делали прививку в младенчестве, для снятия блокировки гипоталамуса. Они потом крутые вырастали. Я тоже так хочу!". И началось: пронеслось все мое тело в разрезе, все в странных разноцветных каналах. Едва успел выхватить — практически все стихии, но с упором в сине — фиолетовую область. Кости, мышцы, суставы, связки, да все органы! Полыхали и переливались. Потом вдруг резко в голову и что там началось! Фейерверк! "Мама дорогая…", все со стороны и как бы ни со мной. Прекратилась эта вакханалия снова очень быстро: "Раз, и готово. Здорово! Мне нравится этот мир, и я сам себе нравлюсь", перед взором висела очень четкая "голограмма" меня. Нормально, видимых изменений нет. Чуть ниже среднего роста, немного коренастенький, немного лишнего веса, но и мышцы развиты неплохо. Не качок. Лицо круглое, черты лица правильные, нос чуть с горбинкой и немного картошкой, глаза карие. Подкачали ресницы, да и губы тонковаты. Отлично, "На выход!", и мир рухнул.
Глава 3
Мир рухнул буквально. Я тоже. Не успев открыть глаза, понял, что падаю и тут же получаю удар по затылку. Сноп искр из глаз, "Больно!", — только и успел я подумать и на меня НАВАЛИЛОСЬ!
В детстве, читая книги про войну, я часто ставил себя на место пойманных гестапо разведчиков. Смог бы выдержать пытки и не выдать Военную Тайну? Сомневался, но надеялся, что смог бы. Глупый был и сильно переживал за "наших". Теперь я точно понял — не вынес бы и минуту! Все бы выложил, только б избавиться от боли!
Еще помню, как-то случайно засадил себе щепку под ноготь. Вот выл, так выл! Слезы градом, боль была адская! Но сейчас оказалось, что я просто НИЧЕГО не знал о боли. Она была везде, острая, тупая, ноющая, да всякая! Силы неимоверной! Хотелось потерять сознание или умереть, в конце концов, лишь бы её не стало. Предал бы все Родины во всех мирах! Только бы избавиться от неё, да что там, только за то, что бы просто уменьшилась. Может было бы легче, если б удалось закричать, заметаться всем телом, но наказали и немотой и параличем. Даже веки не слушались. Это продолжалось вечность. И все это время мысль была только одна: "Избавиться от боли!!! — Умереть, сойти с ума, продать душу — любым, любым способом, только — Избавиться от боли!!!" Но сознание, на протяжении всей пытки оставалось совершенно ясным. Ни одного признака помешательства! И это был дополнительный плюсик к истязанию. По краю мозгов пробежала мысль, что это наказание: мол, не суйся, куда не приглашают, не делай, чего не знаешь, не поддавайся соблазнам! И вообще, как говорили в секретных летных частях: "Прежде, чем приступить к полетам, учите матчасть!"
Запасов кислорода как раз хватило на вечность, она ведь тоже когда-то кончается?
Резко вздохнув, понял, что все время экзекуции не дышал. Боль медленно отпускала. Открыл глаза, увидел потолок родной квартиры и снова закрыл, "хорошо-то как!", — отсутствие боли это просто счастье! Я лежал и приходил в себя. Ни о чем не хотелось думать. Спустя минут пять, почувствовал, что пол жесткий и лежать неудобно, да и прохладно. Надо вставать. Начал подниматься: голова кружилась, перед глазами все плыло, шатало, как пьяного. Руки — ноги будто чужие. Еле добрался до дивана и рухнул, натянул кое-как одеяло и уснул. Сон был беспокойный, но что снилось, не запомнил.