Рулетка судьбы
Шрифт:
Остается «переговорить» с Пушкаревым.
Собков спустился в холл.
Как всегда, там сидел водитель-коротышка, читал газету.
— Ну, как, Сергей Сергеевич, купил кран для ванной? — полюбопытствовал он. Без подначки — серьезно. — Помог адресок, который я тебе дал?
— Какой кран? Какой адрес? — притворился непонимающим киллер. — Ты что-то путаешь, дорогой… А где Валера?
— Поехал к сыну в больницу… Хозяйка отпустила, — прооинформировал коротышка. — Ничего я не путаю. Покупать или не покупать — твои дела. Лично я на вашем с хозяйкой
— Спасибо. Воспользуюсь твоим советом.
— А что с джипом? Куда ты его припарковал? Разбил или спрятал? Зачем?
И это заметил, чертов соглядатай! После ликвидации Ахмета киллер решил хотя бы на время избавиться от «вещдока», то-бишь, легковушки. Станут сыскари прочесывать место происшествия, опрашивать покупателей и прохожих, могут поинтересовться припаркованными возле продмага машинами и неизбежно выйдут на американский джип. Кто хозяин, куда поехал, когда отчалил от магазина? Ухватятся за кончик веревочки и начнут старательно разматывать клубок. Умеют менты это делать — разматывать: переберут по узелку, обслюнявят каждый сантиметр и все же доберутся дл противоположного кончика!
Вот и отогнал киллер «вещдок» на платную автостоянку. Тоже не самый лучший выход, но не ставить же джип под окна космомаровского особняка?
— В ремонте. Двигатель застучал, — коротко ответил Собков. — Слава
Богу — гарантия…
— Зря рискуешь, Сергей Сергеевич, — осуждающе покривился коротышка. — Снимут тот же бензонасос, поставят старый… Поручил бы мне поковыряться… В какой автосервиз отогнал? Поеду, погляжу, что и как…
Ресурс доброжелательности исчерпан. Александр — на краю срыва. Сейчас такими матюгами запустит — сразу ответит на все его вопросы. С трудом удержался. Конфликтовать с неразгаданным шестеркой все еще опасно. Когда разгадает, можно и физиономию начистить, и на тот свет отправить.
— Сам разберусь…
Собков покинул холл, прошел на кухню, к Екатерине. Не потому, что проголодался или решил поиграть со служанкой — сбежал от всепонимающих глаз коротышки, которые, казалось, прожигают его насквозь, от настырных его вопросов, каждый из которых — самая настоящая пытка.
— Вы? — удивилась девушка. Даже позабыла застегнуть распахнутую
блузку. — А я готовлю завтрак… в постель, — скромно потупила она озорные
глазки. Спохватившись, поспешно поправилась. — Вам и хозяйке.
— Она еще спит, — проинформировал Поронин, шутливо ущипнув девушку за тугое бедро. — Давай завтрак, сам отнесу…
А что, пожалуй, все правильно: театральная мизансцена, подтверждающая сердечную близость между невенчанными супругами. И служанка, и загадочный коротышка лишний раз убедятся в их взаимной любви и верности.
— Любовь Нестеровна не заругает? Вдруг обидится…
— Тогда придется мне позавтракать вместе с тобой. В постели.
Служанка покраснела. То ли от смущения, то лт от надежды. Все еще нерешительно подала хозяину поднос с завтраком.
— Все шутите? Услышит хозяйка — достанется и вам и мне…
Собков невольно
Господи, какая была благодать! Ни трудновыполнимых заказных ликвидаций, ни потных баб с повадками мужиков, ни загадочных водителей, ни ежеминутной смертельной опасности.
— Жалко, но совместного с тобой завтрака сейчас не получится. Ты
права: Костомарова проснется и… испортит аппетит. Давай перенесем этот
разговор. Скажем, на завтрашнюю ночь. — неожиданно предложил Александр.
— На завтра? — удивилась служанка. — Вы с Любовь Нестеровной идете на свадьбу.
Свадьба? Какая свадьба? Ах, да, Алисы и депутата!
Собков напрочь позабыл о перспективном застольи. Перспективном потому, что на свадьбе обязательно найдется возможность более близкого знакомства с заказанным Пушкаревым. Костомарова, хвастливо перечисляя именитых гостей Рассказовых, упомянула фамилию депутата.
— Тогда — навещу твою комнатенку послезавтра, — рассеянно пообещал киллер. — Не запирайся.
Он не собирался навещать девушку. Не потому, что не хотел. Узнает Любка
— разразится опасный скандал. С возможным привлечением уголовки. Но в глазах служанки — столько надежды, что не хочется ее разочаровывать.
Проходя с накрытым розовой салфеткой подносом по холлу, Александр физически чувствовал на себе испытующий взгляд Феликса. Дескать, облизнулся на сдобную девочку-булочку, сексуальный маньяк, или нащупываешь надежный путь бегства из особняка?
Когда любовник вошел в спальню, Костомарова не храпела — умиротворенно посапывала. Веки подрагивают, дыхание — беспокойное, частое. По обыкновению притворяется. Не только хозяйка — весь особняк, кажется, пропах притворством. Фальшиво ведет себя водитель, играет замысловатую роль служанка, не исключено, что и Валера тоже замаскитровал истинное свое лицо упорным молчанием… Не дом — театр!
Александр осторожно пристроил на край постели поднос с завтраком, присел рядом. Положил тяжелую ладонь на расплывшуюся грудь сожительницы. Вместо мужского желания — ставший привычным приступ тошноты.
— Ау! Не притворяйся, девочка, вижу — проснулась. Давай позавтракаем и подумаем: куда поехать развлечься. Сегодня я свободен.
Он ожидал — Любка радостно подскочит, бросится к нему на шею, замурлыкает. Ничего подобного. Женщина открыла непонимающие глаза, с непривычной стыдливостью натянула простынь до подбородка.
— Наконец-то, блин, дождалась… Так… Подай халатик, пожалуйста.
Очередная новость! Обычно любовница не стесняется, трясет перед сожителем прелестями сомнительной свежести. А сегодня — подай халатик? Что произошло за ночь? Киллер терпеть не может невыясненных до конца причин неожиданного поведения окружающих его людей. К примеру, водителя-коротышки или женщины-мужика. Ибо за этими «причинами» может прятаться опасность разоблачения.
Собков бросил на одеяло легкий халат.
— Так… Спасибо, милый, — с притворной нежностью прокудахтала