Руна
Шрифт:
Гарри попытался было встать, но острая боль в животе заставила его снова повалиться на пол. Кармоди бесстрастно взирал на простершееся на полу тело.
— Похоже, упрямство является вашей фамильной чертой, — проговорил он. — А организация и в самом деле могла бы воспользоваться услугами человека вроде вас. — Его голос упал до шепота. — Итак, Гарри, вы проиграли. Помните того монстра, Поэрдха? Так вот, знайте, что это так, пустяки. Пожалуй, мы опробуем на вас наши рунические новинки, так что к завтрашнему вечеру вы сами будете молить нас о смерти.
Глава 44
Баррикады
Тяжелая
Глянув на каминные часы, он понял, что до рассвета оставалось около трех часов. Снаружи окна были забраны замысловатыми фигурными решетками, которые при ближайшем рассмотрении оказались выкованными из стали и служили одновременно украшением и необходимой принадлежностью темницы. Таким образом, Гарри не оставалось ничего иного, кроме как сидеть и ждать, что приготовит ему утро. Чувствуя невероятную тяжесть в теле, он осторожно прилег на краю кровати.
Неожиданно стоявший рядом телевизор ожил, и на фоне мелькающей чехарды черно-белых штрихов проступили рунические изображения, а вырывавшиеся из динамиков звуки превзошли все мыслимые диапазоны и уровни децибел. Итак, воспользовавшись существовавшей в доме внутренней телесетью, Кармоди решил попотчевать его проклятиями.
Гарри вскочил с кровати и, схватив пульт дистанционного управления, нажал кнопку “СЕТЬ” — безрезультатно. Толстый белый кабель тянулся от телевизора к стене и утопал в ней. Опустившись на колени, Гарри обеими руками ухватился за шнур и рванул его на себя, однако тот был словно впаян в стену. Между тем вспыхивавшие на экране рунические сигналы заливали стены спальни волнами неонового свечения.
Он метнулся в ванную и схватил ножницы, торчавшие из прорезиненного пакета с туалетными принадлежностями, затем вернулся к телевизору и принялся резать шнур, с каждой секундой все более отчетливо ощущая, как от доносящихся из динамиков свиста и визга к горлу подкатывают волны тошноты. Комнату озарила яркая вспышка, а руку обожгло пламя. Звуки и образы исчезли, экран погас, и Гарри снова опустился на постель, сжимая ладонью обожженное плечо.
Легкого скрипа входной двери оказалось достаточно, чтобы он снова очнулся. В комнату вошла Силия Кармоди. Несмотря на предрассветный час, она была полностью одета. Приблизившись к кровати, она опустилась на колени и прижала палец к губам.
— Ничего не говорите. Скоро он придет за вами, так что нельзя терять ни минуты.
Гарри схватил руку Силии — белую как мел, прохладную и гладкую.
— Вы можете выпустить меня отсюда?
— На ночь он запирает главный вход, и даже у меня нет ключей. Придется уходить через оранжерею.
Гарри вскочил на ноги
— Оставьте все это здесь. Как знать, а вдруг он запрятал что-нибудь в ткань вашей одежды?! С собой ничего не берите. Не следует недооценивать коварства моего мужа.
На бледном лице женщины отчетливо проступал страх. Интересно, подумал Гарри, что будет, если Кармоди узнает, что она помогла ему бежать?
— Откуда вам известно, что произошло сегодня ночью? — спросил он.
— Мне не спалось. Я услышала, как Дэниел прошел мимо двери моей спальни, и решила встать. С лестничной площадки западного крыла видно, что происходит в его кабинете. Нам надо поспешить.
Силия повела его по коридору, стараясь обходить скрипучие половицы. Спускаясь по лестнице, они замерли на месте, когда часы в холле пробили пять раз, а затем неслышно побежали по каменным плитам в оранжерею.
— Почему вы делаете это? — прошептал Гарри, искоса поглядывая на ее окутанную сумраком фигуру. Сейчас Силия казалась ему еще более хрупкой, чем при их первой встрече, и какой-то неземной.
— Вы не такой, как все. Мне кажется, для вас еще не все потеряно. К тому же, в отличие от меня, вы можете убежать отсюда.
Пока Силия говорила, он скользнул взглядом по ее лицу — теперь на него смотрели глаза женщины, окончательно лишившейся всяческих иллюзий, глаза человека, очень долго жившего без любви. Она взяла его за руку и повела между рядами кадок с пальмами.
— Я открыла задвижки на окнах. Поспешите, но в свою машину не садитесь — не исключено, что они и там что-нибудь подстроили. В дальнем конце сада есть небольшая аллея, вот ее и держитесь. Но в лес не заходите. До поселка меньше часа ходу, а там и станцию найдете. Он не сразу вас хватится. Деньги вам нужны?
Гарри ощупал свой бумажник.
— Вроде бы пока есть. А как же вы?
— Как-нибудь оправдаюсь. Со мной все будет в порядке. Подчиняясь внезапно возникшему импульсу, Гарри шагнул к Силии и взял ее руку.
— Мы могли бы уйти вместе.
— Увы, это все еще мой дом. Я не могу его покинуть. Ничего, рано или поздно все образуется.
Он подался вперед и нежно поцеловал ее. Прохладные губы Силии робко ответили его губам, словно впервые за долгие годы ощутили настоящее человеческое тепло. Она лишь на короткое мгновение прильнула к губам Гарри, а затем положила ладонь ему на грудь и слегка подтолкнула его к двери веранды.
Гарри бегом пересек лужайку, миновав то самое место, где несколько часов назад пытался заживо себя похоронить. Пробираясь сквозь заросли живой изгороди к аллее, он обернулся, бросил прощальный взгляд в сторону дома и увидел в окне смотревшую ему вслед Силию.
Обычно Дороти Хаксли вставала довольно рано, и все же, когда в воскресное утро к ней нагрянули сотрудники полиции, она еще находилась в постели. Пытаясь стряхнуть с себя последствия выпитой накануне таблетки снотворного, она подошла к окну и осторожно выглянула из-за шторы. У входной двери стояли двое констеблей, показавшихся ей слишком молодыми, чтобы носить форму. “Ну, разумеется, — смекнула Дороти, — они пришли, чтобы снова расспрашивать о Фрэнке”. Одеваясь, она лихорадочно соображала, как побыстрее избавиться от них.