Руны
Шрифт:
Магистра окружили другие охотники, в помещении возникла еще и охрана Магистратуры, а Дааф упал на колени перед братом, приподняв его голову.
— Ну, ты как? Живой? — озабоченно спросил он, глядя на Сальваторе. — Извини, опоздал.
— Рая, Рая… — разбитыми губами проговорил Ноа. — Подними меня, черт подери!
— Где она? — Дааф в растерянности выпустил из рук голову брата, что та вновь ударилась об пол. — Ой! Помогите ему! — рявкнул Дааф и выбежал из кабинета, с трудом лавируя в потоке магов.
Он открывал двери кабинетов одну за другой, пока в одном из кабинетов не увидел Раю, обреченно
— Ты — мерзкий ублюдок, гореть тебе в аду! — и метнулась к окну. Дааф заорал и бросился за ней, чудом успев ухватить девушку за капюшон. При этом в его руки впивались осколки, оставшиеся на оконной раме. Дааф взвыл от боли, но лишь сильнее ухватился за ткань.
Но Рая начала извиваться, брыкаться и царапать его руки, требуя, чтобы он её отпустил.
— Дура, твою мать! Хватайся за меня! — проорал Дааф, но тут последняя пуговица расстегнулась, и девушка полетела бы вниз, но маг подался вперед, по пояс перевалившись за окно и ловко ухватил её за локоть. Девушка продолжала сопротивляться, поэтому Дааф громко зарычав, буквально втащил её обратно, отбросив подальше от окна, чтобы она не вздумала повторить свою выходку.
Тут в проеме показался хромающий, с трудом ступающий Ноа. Он замер, как вкопанный, когда увидел, как брат откинул кричащую девушку, а сам завалился на пол, но зорко наблюдая за ней. Констебль, глядя на обессиленную, но все же нашедшую в себе силы, чтобы оттолкнуться от пола, девушку, бросился к ней и схватил в объятья. Но Рая не успокаивалась, она кричала и брыкалась, проклинала, царапалась и даже ухватила Сальваторе за волосы, умудрившись каким-то образом освободить руки.
— Рая, Рая! — кричал Ноа, пытаясь привести её в чувства, и вновь сжал в объятьях. Но девушка с невероятной силой вырвалась, и хотела было встать на ноги, когда Сальваторе ловко ухватил её за ногу и подтянул к себе и, не обращая внимания на душераздирающие крики, крепко обнял, не давая возможности пошевелиться.
Внезапно Рая обмякла, лишившись чувств.
Сальваторе прижал её к груди и поцеловал разбитыми губами в лоб:
— Все хорошо, все хорошо, я здесь, я рядом…
Дааф лежа возле окна наблюдал за этой сценой и, откинувшись на пол, посмотрел в потолок.
— Обалденный первый рабочий день!
ГЛАВА 19
«…но в самих рунических традициях есть множество путей, по которым мы можем приблизиться к этим вселенским мистериям. Ясно, что руна — не просто буква или знак алфавита, а нечто большее. Гораздо большее. Каждая руна состоит из трех элементов или аспектов: 1) звука, 2) знака (вида), 3) руны (скрытого закона).
Ни одна из частей этой триады не может существовать полностью самостоятельно — каждая из них является частью или отражением других. Звук, или значение руны, проявляет свои динамичные качества.
Форма рунического знака — это внутреннее или зримое качество руны. Но этот аспект может быть обманчив, так как мы придаем слишком большое значение всему зримому. Начертания (виды) — всего лишь отражение
Выдержка из доклада Безродной Раисы на тему: «Исследование древних Рун. Мифы и заблуждения», параграф15, стр.46.
Сальваторе сидел в своем кабинете, в доме, ставшем с некоторого времени пустынным.
Для них с Даафом это поместье теперь почему-то казалось осиротевшим без худенькой белобрысой Раи.
Ноа по обыкновению задумался и перебирал в уме детали дела, которое он лично довел до конца. Но все же, что-то не давало ему покоя во всей этой ситуации. Что-то, словно маленький изъян на ровной поверхности, привлекало внимание, но констебль упорно не мог понять, что именно его гложет. На миг оторвавшись от изучаемых бумаг, он перевел взгляд на камин.
Да, вот так вот может произойти в жизни. Оглядываясь назад, он понимал, как сильно ему повезло наткнуться на гальдраставы. Вернее, Рае повезло. После той злополучной ночи, Сальваторе множество раз прокручивал все в голове, складывая произошедшее, словно мозаику, по крупицам. Выходило, что корень всех бед действительно заключался в Рае. Вернее в докладах, которые Мастер Като имел неосторожность послать в Магистратуру.
Каким-то образом, они из канцелярии прямиком попали в руки к Магистру Скарлату, а все остальное, что доходило до других Магистров, было лишь правлеными копиями. Именно Скарлат был тем, кто отнесся к рунам серьезно, и изучил материал не только по Раиным работам, но и по фолиантам из библиотеки Магистратуры. Проще говоря, довел предложенные девушкой основы практически до совершенства.
Сальваторе не знал, являлось ли случайностью то, что Магистр наткнулся на Гальдраставы, или же это было умышленное соединение несовместимого, но впоследствии, Монстрак лишился пятерых Магистров, четверо из которых погибли, а один заточен в подземелье до конца своих дней. А все из-за жажды власти. Из-за того, вследствие чего начинаются все войны. Власть.
«Он был одним ИЗ, а ему хотелось быть ВСЕМ», — так, по крайней мере, Рая передала его слова. При этом проделать всю работу Скарлат решил именно за счет девушки. Как это по-магски…
Кстати, именно поэтому Скарлат вернул в канцелярию подправленные версии докладов.
Чтобы они попали в руки к другим Магистрам, и заинтересовали их. Единственным из всех, кто не воспринял всерьез силу рун, оказался Магистр Дайдорус. К сожалению, сейчас, после случившегося, когда он испытал их действие на собственной шкуре, вопрос о возможностях рун больше не поднимается. Даже более того.
Что касается других Магистров, то тут все было достаточно просто. Скарлат знал их слабые места и отслеживал своевременное появление Раиных докладов у каждого из них, а потому всегда появлялся весьма «вовремя», пока Магистры не успевали отбрасывать в сторону работы, как ненужный хлам.