Рушара
Шрифт:
— Орнисса погибла!
На этот крик начали сбегаться прочие орниты и принялись что-то верещать про пророчество.
— А ну, разошлись все! — крикнула Наяна. — Мешаете!
Она провела рукой по бездыханному телу, ища повреждения.
— Ничего себе. — сдержанно проговорила лекарка.
Аманда начала буквально зеленеть.
— Наверно, перелом шейных позвонков. — изложила свою версию Маргиана. — такое неудачное падение. Ты можешь это излечить?
— Такое излечить — раз плюнуть, но это не перелом. Это что-то странное. Такое впечатление, что у неё внутри
— Да хватит рассуждать! — вмешалась, щёлкая от страха клювом, Ннарта. — Лечи давай, а там разберемся.
Она была в сознании, но где-то в другом месте. И понять не могла, как там очутилась, и что было до этого момента. Впрочем, это и не важно. Аманда вообще не задавала себе такого вопроса: где она. Внутри ощущалось только спокойное и уверенное ожидание.
Вот оно. Из серой мути, откуда-то снизу медленно выплыл Стиассар, огромный орел с человеческой головой на длинной шее. Он даже и не посмотрел на неё — просто плыл в невесомости, широко раскинув крылья и вытянув вперёд оперенную шею. Она помнила, что перья его очень шелковистые, хотя и твердые, но не задавала себе вопроса, откуда ей это известно. Важно было то, что Стиассар здесь, рядом, прямо под ней. Она может протянуть руку и коснуться его. Она видела даже вибрацию его маховых перьев.
Немного помедлив, Аманда прыжком отделилась от непонятной опоры, на которой находилась, и вытянулась в медленном полёте. Теперь свое тело виделось ей как бы со стороны: маленькая фигурка с узкими крыльями вместо рук распласталась над широко раскинувшим крылья орлом. Словно птенец. Она наплывала на него и так же медленно прильнула к его спине. Оперенные руки сомкнулись на шее Стиассара. Он не обратил внимания.
Я лечу, подумалось ей. Вот оно — исполнение пророчества.
Аманда глубоко вздохнула и открыла глаза. Вокруг стояли все товарищи и смотрели на неё, как на умирающую.
— Больно-то как. — еле проговорила она.
— Все так говорят. — отозвалась Наяна, продолжая водить руками над Амандой.
— Чем он меня?
— Кто?!
— Стиассар.
— Ты же его убила!
— Эй, смотрите! — крикнул Ааренс.
Из-за гор выплывало по воздуху нечто вроде лодки, состоящей из молний. Ломаные белые вспышки, слепящие глаза, непрерывно перемешивались внутри очертаний корабля. Всё довершало неистовое свечение крыльев и веерной хвостовой части.
В лодке находился Рушер. Безмолвное мелькание молний не заслоняло его, только освещало ярким белым светом. Лодка маневрировала, приближаясь кормой к Синкрету.
Стиассар тяжело потащился внутрь, а Рушер всё это время глядел на своих бывших сокурсников, застывших от изумления. Герои не могли рассмотреть выражение его лица — слишком далеко. Видно было лишь светлое пятно над фиолетовыми плечами. Киборг заполз на борт.
— Что ж ты тянешь? — прошептала почему-то Маргиана. — Бей давай.
Аргентор опомнился и поднял руку.
— Нет, — проскрипела Аманда и закашлялась, —
Её мутило.
— Что?
Аргентор отвлёкся, посмотрел на неё, потом снова вскинул руку, но все видели — момент упущен. Рушер накрылся прозрачным полем, бросил на них последний взгляд и вознесся в брызгах света, сопровождаемый гулом.
— Долго это будет? — спросила Аманда Наяну, вся нахохленная.
Та оторвала взгляд с того места, где уже не было Рушера, и ответила:
— Не очень. Организм испытал шок от боли и всё ещё помнит её. Нужно привыкнуть. Это не поверхностные раны лечить.
— Почему ты помешала?! — требовательно обратилась Маргиана к Аманде.
— Не знаю.
Она повертела головой, словно проверяя, на месте ли ещё та.
— Не знаю. — и добавила: — Я что-то видела. Вот только не пойму — что.
— Ещё момент, и Аргентор бы его уничтожил. — проговорил Ааренс, все ещё глядя на скалы, где уже никого не было.
— Точно, свалил бы гада! — отозвалась уже воспрянувшая Аманда.
Аргентор задумался. А решился бы он убить Рушера? Одно дело уничтожать синкретов, а другое дело — человека, даже такую мокрицу, как Рушер.
— Тебе приходилось убивать людей? — спросил он Аманду.
— Конечно, — ответила она, — я же была амазонкой, это ты мочил драконов.
И, хотя он мочил не только драконов, Аргентор не ответил. Тогда это было нормально, в порядке вещей. А теперь он не смог бы убить Рушера. Определенно не смог бы.
Маргиана, которой совсем недавно представлялось это дело таким же простым, как и недостижимым, тоже задумалась.
Аманда уже поднялась на ноги.
— А почему ты спрашиваешь? — обратилась она к Аргентору. — Ты собирался убить Рушера? А не Стиассара, разве? А он стал бы думать, убивать вас или нет?
— Нет, — ответил за всех Ааренс, — Рушер не раздумывал, когда отдал Ахаллору приказ убить Маргиану.
— Тогда чего ты меня спросил? — спросила Аманда, разминая ноги. — Только я была уверена, что ты метишь в Стиассара.
— Я и метил в Синкрета. И убил бы, если бы ты не остановила.
Он запоздало спросил, нагнувшись к ней и заглядывая в глаза:
— А ты бы убила Рушера?
Она подняла на него свои черные маслины и бросила приглаживать перья на рукавах:
— Нет, конечно! Это же не сон!
К ним спешили орниты. Они взволнованно спрашивали:
— Почему вы его не убили?! Почему вы не убили Рушера?!
Вот у кого сомнений не было.
— Не успели, — соврал Аргентор, — он уже колпаком накрылся.
Орниты были так разочарованы!
— Уж я бы успела! — свирепо и мечтательно произнесла Арииси. — Мне бы только такую Силу!
И покосилась на Аргентора. А вот на Аманду почему-то не покосилась!
Ааренс задумался. Обозначилась вполне различимая грань между ними и здешней действительностью. Он и на мгновение не усомнился в том, что любой коренной обитатель планеты, не колеблясь, уничтожил бы Рушера, выпади ему такая возможность. И следует признать это справедливым!
— Кроме монков. — сказала тихо Аманда.