Рузвельт

Дилан Лост

Губы Даунтауна уносили меня куда-то в другое измерение, где мы оба счастливы, женаты, воспитываем двоих детей-балбесов, и я ношу розовые кружевные платья и сплю в бигудях.

Я крепче прижалась к железной балке. Лямки моего комбинезона от всего этого количества телодвижений начали сползать вниз. С радостью решив помочь им в этом деле, Артур, не мешкая, спустил всю верхнюю часть комбинезона, оставив ее болтаться у талии. Его руки сразу же проникли мне под футболку, словно это их самое любимое место на свете. Его пальцы

были слегка шершавыми, как подушечки на лапах котенка.

Только вот котята никогда не сводили меня с ума так, как Артур.

— Ты снова оставишь засосы, — прохрипела я после серии небольших укусов, которыми он окропил левую сторону моего горла.

Артур разочарованно захныкал прямо мне в шею. Примерно с таким же звуком я зимой с раннего утра поднимаюсь на занятия в школе. Полное отчаяние и безнадёжность.

Последний раз лениво проведя губами по колотящейся прожилке на пульсе, он нехотя отодвинулся, нависнув надо мной. Я еле устояла на ногах.

— Не забывай, что ты в ловушке, Тэдди. И я не отпущу тебя, пока ты не согласишься.

Указательным пальцем Артур повторял очертания белой полосы, оставленной пулей.

— Почему тебе так нравится этот шрам? — спросила я, когда спустя пару минут ко мне вернулся дар речи.

— Это рубрика вопрос-ответ?

— Нет, просто вопрос. Мне интересно, вот и все.

— Что-то в нем зачаровывает меня.

— Попахивает извращенским фетишем. — улыбнулась я.

Артур, смеясь, поцеловал меня в кончик носа.

— Я ненавижу неровности, шероховатости, все, что неровно лежит или валяется. Педант до мозга костей. — поведал он. — Эта маленькая частичка в тебе — само олицетворение хаоса и всех моих кошмаров, и все же… — он запнулся.

— И все же?

— Не знаю. Я сбит с толку. Этот шрам и все, что с тобой связано — просто какая-то непостижимая загадка. Ты разрушаешь то, что я выстраивал в себе годами, Тэдди.

— Разрушать вещи — это мое предназначение в жизни, что ни говори. — с кислой миной отозвалась я.

— Признайся, Тэдди, тебя тоже прислали на эту планету, чтобы меня уничтожить. — глядя на меня сверху вниз, сказал Артур. — Раньше мне казалось, что ты пишешь сценарии.

— Что?

— У себя в голове. Делаешь маленькие пометки, чтобы ввести меня в ступор посередине разговора до конца жизни.

— Почему тебе так кажется?

— Потому что невозможно быть такой. Просто не представляю, как связаны нейроны у тебя в голове, это что-то из области фантастики. Но до меня словно только что дошло — нет никакого грандиозного плана или маски. Это просто ты, Тэдди. И это прекрасно.

Он снова поцеловал меня. Уже без того животного бешенства, как пару минут назад. Словно ему уже не нужно было бороться, чтобы заполучить меня. Я сдалась.

Я уже его. С острыми локтями и ожогами от восковых полосок, с разноцветными кедами и боязнью дождей.

Полностью в его руках.

Только вот я не уверена в том, принадлежит ли мне на том же уровне сам Артур. Он ведь не знает какого это — оказаться в ловушке.

Он оторвался от меня, игриво боднув кончик моего носа своим, но я не хотела терять его губ и притянула обратно. Я бы действительно могла целовать его вечно, пока не рухнет цивилизация, пока не наступит конец всех времен и народов.

Что-то нашло на меня, и я умудрилась укусить Артура в подбородок, и он гортанно рассмеялся.

— Маленькая людоедка, — нежно пожурил он. — Пошли со мной на свидание?

— Я же расчленю тебя и съем твои легкие.

— Как Тэд Банди? Это же так романтично.

— Нет, это…

Я вздрогнула, когда противоположном конце улицы послышались крики и звуки битого стекла. Всмотревшись в темноту ночи на плечом Артура, я разглядела катающееся по полу зеленое пятно и поняла, что это никто иной, как…

— Хайд! — вскрикнула я.

Он лежал на мокром асфальте, гримасничая от боли. Наплевав на все еще не прекратившийся дождь и пытающегося задержать меня Артура, я выбежала из-под крыши и бросилась к другу. Из дома с битой выходил Патрик и с озлобленным выражением лица направлялся прямо к своему брату. Я успела добежать до них как раз в тот момент, когда Патрик замахнулся. Толкнув этого недоумка в грудь, я приняла удар битой на себя. Немного защипало в виске и потемнело в глазах, я осела на асфальт в паре футов от побитого и кровоточащего во всех местах Хайда.

— Тэдди! — спустя пару секунд я различила взволнованный голос Кары. — Тэдди, господи, у тебя кровь!

Она сжала мои плечи, перемещая меня назад поближе к Хайду, чтобы иметь возможность позаботиться о нас обоих.

— Что случилось? — спросила я, сжимая пульсирующий висок.

— Патрик случился. — выплюнула Кара. — Застукал Хайда с кем-то в комнате. И решил выбить из него всю дурь.

Когда перед глазами перестали плясать черные точки, я наконец раскрыла глаза и увидела рядом с собой друга. Его лицо вздулось от кровоподтеков, губа припухла, он прижимал к груди поврежденное запястье.

Всхлипнув, я положила голову друга к себе на колени и пригладила взмокшие зеленые волосы, налипшие на лоб.

— Хайд, ты меня слышишь? — спросила я.

Он невразумительно простонал что-то в ответ. Прижимая ближе его макушку, я склонилась над ним, обнимая. Кара держала меня за плечи, сидя на асфальте вместе со мной.

— Все будет хорошо, Хайд, потерпи.

Я в страхе огляделась, выискивая Патрика, ожидая, что он снова полезет на нас с дубинкой, но поблизости его нигде не было. Все прояснилось, только когда у ступенек рядом со входом в многоэтажное здание расступилась толпа, и я увидела лежащего на земле Патрика и Артура, разбивавшего костяшки о его лицо.