Рыцарь и Ко

Захаров Евгений

– Насколько я знаю кошек, - осторожно сказал я, - вы ему нравитесь.

– А он мне - нет, - отрезал старец.
– Кошки - источник заразы! То есть, драконы.

– Ох!
– сказал Штуша.
– ОХ! Как чешется в носу!!!
– и вдруг оглушительно чихнул. Дракончика со старческой груди как ветром сдуло. Мощный поток воздуха унес его вместе с несколькими вырванными из земли кустами в необозримую даль. Старец вопил, держась за землю, пока остатки Штушиного чиха не улеглись. Тогда он перевернулся на спину, поднялся, сделал несколько наклонов, хрустя суставами,

а потом, вспомнив что-то, бухнулся на колени да пополз к нам, тряся головой и выкликая:

– Спасители! Благодетели! Ух вы, мои хорошие! Ух вы, мои радостные!

– Вы чего, дедушка?
– опасливо спросил я.

– Родненькие!
– причитал старик.
– Дайте-ка я вам, по старой памяти, расцелую ланиты!

И он припал к моим сапогам.

– Мне казалось, ланиты несколько не здесь, - заметил я.

– Ох, как чешется!
– не унимался Кутя.
– Свербит-то как!

Шестиногий друг приготовился было чихнуть еще раз, но старец быстро вскочил, щелкнул у его носа пальцами, и Штуш осовело замолчал, шевеля носом.

– Не чешется!
– наконец сказал он.
– Колдун?

– Колдун, - кивнул старик.
– Точнее, маг. Волшебник. Магистр тайных сил. Чародей. Повелитель непознанного. Варлок.

– Барлог?
– перепугался я.
– А ну, как жечься начнешь?

– Варлок, - терпеливо повторил старец.
– Чернокнижник, то есть.

– А чего свербело-то так?
– жалобно спросил Кутя.

– Как это что?
– удивился бородач.
– Табак. А, вы не знаете, вам не понять.

Как раз я-то про табак знал. Средний Джо курил большие табачные палочки и еще рассказывал, будто где-то за морями, за горами, в землях далеких и опасных, живет народ краснорожий, но не потому, что в баню любит ходить, а потому что порода такая. И курит он только трубки, причем мирные, не драчливые.

Волшебник тем временем подобрал с земли серебряную табакерку с затейливым вензелем на крышке оной.

– Хороший был табачок, - с укоризной сказал он, глядя на смутившегося Штушу.
– Капитанский.

Он вздохнул и вытащил из-под полы своей хламиды гнутую трубку. Я закрылся руками - может, только у краснорожих трубки незлобивые, а ну, как плюнет чем-нибудь? Но маг, видимо, знал, как обращаться со строптивцами, и принялся набивать трубку остатками капитанского табака. Я же, пользуясь случаем, как следует рассмотрел спасенного. Выглядел он, как и полагается волшебникам, внушительно: в черной хламиде, черном же плаще, расшитом звездами, остроконечном колпаке (опять-таки черном) и с посохом, заткнутым за пояс. Внешность же у него была самая не располагающая. Сивая борода, желтые от табака усищи, крючковатый нос и маленькие, подозрительно щурящиеся глазки, утопающие в сети морщин.

Маг же в это самое время разглядывал меня и также явно не был в восторге.

– Ну, как тебя звать-то, спаситель, - вымолвил наконец он.

– Герман. Рыцарь Фараморский. Сын Фенриха Маститого.

– О!
– оживился старик.
– И оруженосец у тебя, конечно, есть?

– Ну а как же?
– немного обиделся я.
–

Как и у всех рыцарей. Я от формы не отступаю. Только он нас на дороге дожидается - животом скорбен.

– А откуда ты его знаешь? Наверняка подобрал по дороге?

– Да он наш сосед.

– У!
– волшебник был разочарован и не пытался этого скрывать.
– Да... Гм... А куда вы идете?

– В Камелот. Только нас там могут не принять. У меня меча нету.

– И ты с дубиной хочешь верно служить королю Артуру? Хо-хо-хо!

– Да это так, временно, - виновато развел руками я.
– Вот послушай, какой со мной несчастный случай приключился...

И я попытался, как можно короче, описать событие, в результате чего...

– Вот так я и остался без меча, - закончил я.

– Не беда, я добуду тебе меч, - рассеянно пообещал волшебник, думая о чем-то своем и ловко лавируя между деревьями. Мы с Кутей в легком недоумении следовали за ним.

"Откуда он знает, куда идти нужно?" - размышлял я. Впрочем, вполне возможно, что его сверхъестественные возможности подсказали ему дорогу.

– А!
– встретила нашу компанию Матильда.
– Явились! Убитых, раненых не предвидится? А это что за старый пень?

– Позвольте представиться, - напыщенно, но несколько сухо ответствовал старец.
– Великий волшебник Мерин!

Прич фыркнул. Тильда улыбнулась. Штуша захохотал. Мне тоже было смешно, но я крепился, уважая седины волшебника.

– Чего?
– окрысился старик.
– Чего смешного? Зовут меня так. И очень просто. У нас одного чародея вообще звали Карим-Абдул Джафар!

Тут и я засмеялся. Напряжение спало. Когда все отсмеялись, волшебник орлиным взором окинул все наше сборище.

– Это, как я понимаю, оруженосец.
– И он указал длинным корявым ногтем на Прича.

– Он самый, - вздохнул я.
– Причард Калидомский, оруженосец без оружия.

– К вашим услугам, - шаркнул ножкой Прич.

– Ох, какие уши.
– И маг повернулся к Матильде.
– Юная леди?
– слегка поклонился он.

– Моя сестра, - буркнул я.

– "Сестра", - скроила рожу Тиль.
– Матильда Фараморская, младшая дочь Фенриха Маститого!

– Ну, так сестра же, - пожал плечами я.

– Старшая!
– ожгла меня взглядом Тильда и присела в книксене перед магом.

– Чрезвычайно приятно, - кисло сказал старец, дергая бородой.

– Меня вы уже знаете, а этот великан - наш попутчик, компаньон и тягловая сила Кутольд Ван Штуш-и-Кутуш. Из древнего рода, между прочим.

Волшебник бросил взгляд на Штушу, но ничего не сказал.

– Тронулись, что ли?
– буднично молвил он.
– Мне тоже в Камелот. По случайности наши пути пересеклись. Не знаю уж, по счастливой или нет.

– Вы мне меч обещали, - напомнил я.

– В курсе, - холодно ответил Мерин.
– И будь добр, обращайся ко мне на "ты". К нам, великим и могучим волшебникам, на "вы" как-то не принято.

ГЛАВА 9

– А ты что же, не любишь орехов?

– Люблю, но у папы ладонь больше.