Рыцарь и Ко
Шрифт:
Мерин, сложив губы трубочкой, тихонько засвистел. Болото немного вспучилось.
– Ага!
– посветлел лицом маг.
– Тогда сделаем вот что!
И он подпрыгнул. Зависнув в воздухе, волшебник несколько раз дрыгнул ногами и сплюнул. Тут же у оруженосца на голове возник венок из ромашек.
– Ошибочка, - невозмутимо сказал маг.
– Учтем направление ветра, левый тип дороги, закольцованность мышления и уловку-22.
Он приземлился, встал на четвереньки, поднял голову к небу и коротко взвыл. По трясине пошли волны,
– Молодой человек, - взволнованно обратился маг к Причарду.
– А сейчас вас попрошу мне помочь: я буду творить чары, а вы, в свою очередь, не стесняясь и не выбирая выражений, высказывайте все, что у вас наболело. Вы же, господин рыцарь, - обратился он ко мне, - отойдите в сторону и заткните свои рыцарские уши.
Я не замедлил послушаться. Со стороны освобождение оруженосца выглядело довольно жутко: колдун прыгал через посох, плюясь во все стороны, а Причард медленно выезжал из болота. Губы его беспрестанно шевелились, а на лице было написано невыразимое наслаждение по поводу того, что он высказывает относительно меня, Тильды, Кути, коней, колдуна, короля Артура, всех наших родственников до пятого колена, а также всего этого путешествия в целом. Но вот услышать его страшные слова я бы не хотел - уж очень мне нравятся тихие, спокойные, без признаков кошмаров ночи.
ГЛАВА 10
Эх, друидушка, ухнем!
Из неопубликованного кельтского фольклора
– Ну, господин волшебник, что ты на это скажешь?
Наша кавалькада доскакала до очередной развилки, от которой вновь бежали три дороги. И опять посередке валялся камень с рунами.
– Сложное дело, - подумав, сказал Мерин.
– Ты не увиливай, - потребовал я.
– Говори четко и ясно, что написано.
– С подробностями?
– С подробностями.
– Позолотишь?
– Нет! Ты еще нам должен за тот раз.
– Так нечестно!
– Все честно. Рассказывай!
– А, вот еще что!
– вмешалась Матильда.
– Раз уж ты такой скаредный, не мог бы ты нам наколдовать немного денег. И нам хорошо, и тебе позолота.
На морщинистом лице волшебника отразилась жестокая душевная борьба.
– Попробовать-то оно, конечно, можно, - почесал в затылке Мерин. Раньше вот, правда, никогда не получалось...
Он опять развел какие-то пассы в массы, плевался, рвал, шипя и кривясь от боли, волоски из бороды, а в заключение ритуала громко заскрипел зубами и крикнул: "Джана! Рейшан! Некст!" Тут же в его лапах появились три увесистых мешочка.
– Дай, - разлепил губы Прич (после истории с трясиной и последующей утомительной стирки, усушки и утруски он с колдуном не разговаривал).
Мерин отдал ему мешочки. Прич развязал один из них и жадно засунул туда руку по локоть.
– Что за ерунда?
– вскрикнул вдруг он.
– Колется!
И высыпал содержимое на землю. Мы склонились над кучкой круглых жестяных разноцветных штучек. На каждой была надпись на непонятном
– В каждой кучке - двадцать три штучки, - проинформировала нас Тильда, под шумок успевшая высыпать содержимое остальных мешков.
– И они разные!
И в самом деле, в Причевом мешочке жестянки были красно-белого цвета, а в двух Тилевых - зелено-белые и желто-синие.
– Больно легкие они для монет, - с сожалением произнес я.
– Мерин, что ты наваял?
– Это не монеты, - кивнул раздосадованный старец.
– Я же говорил, что ничего не получится. Эхе-хе, теряем былую легкость.
– И он принялся ссыпать гремящую рухлядь обратно в мешочки.
– Дед, - встрял Прич, вертя в руках один из кругляшей.
– А тута гляди, че нарисовано! Зачем?
– Видишь? Половина рубахи. Найди в другой крышке вторую половину - и получишь рубаху нательную бесовской расцветки, - нараспев сказал старик.
В глазах моего друга оруженосца загорелся азарт. Эту его сторону мы с Тильдой знали очень хорошо - еще в детстве, после игры у стен замка в расшибалочку, Прич нередко убегал домой в темноте, прикрываясь листом лопуха. Вот и теперь он перерыл все мешочки и нашел только такие же, как у него, половинки.
– Че за бред?
– вскипел Причард.
– Дурят нашего брата! Где вторые куски?
– Кто знает, - меланхолично отозвался Мерин.
– Может, у Морганы. А к ней за этим соваться не след. И вообще ни за чем не след.
– А кто такая Моргана?
– поинтересовался Штуша, хрумкая каким-то сочным растением.
– Злая волшебница, - с видимым раздражением сказал маг.
– Сестра короля Артура. Да вы что? Вы где живете-то? В первобытном обществе? Про Моргану они не слышали!
– Я слышал, - поспешно сказал я.
– Как я понял, денег не будет, - уныло, но, как всегда, не к месту вставил Прич, взвешивая на руке мешочек.
– Правильно понял, - с неподражаемым сарказмом изрек Мерин.
– Главное, вовремя, - поднял палец я.
– Денег не будет. Будут блинчики!
И мы полчаса соревновались в пускании "блинов" в оказавшемся неподалеку озерке. Никто как следует блины печь не умел, только лягушек распугали. Потом мы с Причем набрали воды, Тильда прокипятила ее, воду слили в мехи и вернулись к развилке.
– Золотить нечем, - развел руками я в ответ на молчаливое постукивание по колпаку.
– Говори так.
– Не имею морального права, - постно сказал маг.
– Питать мое волшебство нечем, его экономить надобно, посему попрошу ко мне с вопросами временно не обращаться.
– Ну, не хочешь - не отвечай. Но хоть показать-то можешь. Рукой.
– И я для большей понятливости помахал рукой перед носом у волшебника.
– Могу, конечно. Все дороги ведут в Рим. Так что езжайте, куда хотите.
– Хотим туда!
– и я показал прямо.
– Э-э-э! Туда нельзя!
– Ясно. У тебя там опять колпак отнимут.