Рыцарь
Шрифт:
— Сейчас ты отправишься на тот свет, Данмор Мак-Ли. Не забудь передать поклоны всем, кого там встретишь.
— Деремся один на один, — произнес Мак-Ли, описывая круги шотландским палашом, который держал в правой руке. В левой руке у него был столь же смертоносный кинжал. — И ты дашь мне слово, что твои люди признают мою победу.
Кенрик покачал головой.
— Нет, живым тебе отсюда не выйти. Если даже меня сейчас вдруг поразит молния, ты будешь драться со всеми моими рыцарями по очереди, пока один из них тебя не прикончит.
Данмор
— Тогда, может быть, сразу и начнем?
Он произнес эти слова и сделал выпад, встретив на пути меч Палача. Мак-Ли был искусный боец, но все же до Кенрика ему было далеко. Они отчаянно скрещивали свои мечи, но эта музыка войны звучала не дольше получаса. К концу этого срока Данмор отчетливо понял, что проиграл. Хуже того, Палач Уэльса явно собирался взять его живым и только поэтому до сих пор не убил. Данмор Мак-Ли выскочил на стену.
Там его встретил жестокий пронзительный ветер, такой, что он едва не потерял равновесие. Но все же сумел выпрямиться и стал пятиться, хотя бежать отсюда было некуда, как и не было надежды на быструю смерть. По огню, пылавшему в глазах Кенрика, Данмор понял, что за все придется ответить, и что наказание будет долгим и мучительным. Он бросил последний взгляд на стены Ремингтонского замка, жалея, что властвовать здесь ему довелось всего лишь пять недолгих лет, и отступил на несколько метров. Кенрик был уже совсем близко, но недостаточно близко, чтобы помешать Данмору Мак-Ли осуществить свое намерение.
Когда же Кенрик все понял, было уже поздно. Данмор Мак-Ли, только что старый и полностью побежденный, вдруг встрепенулся и легко перескочил через ограждение. Кенрик ринулся вперед, но Мак-Ли подбросил высоко в воздух свой палаш, издал воинственный клич бросился со стены вниз, навстречу смерти.
Кенрик перегнулся и увидел далеко внизу распростертое тело. Он не желал столь быстрого конца — однако это был конец. Кровавое правление Данмора Мак-Ли завершилось.
Глава 30
Тэсс не выказывала радости, впервые за пять лет въезжая в ворота своего дома. Нет, скорее ей хотелось плакать. С тех пор как отца проводили в последний путь, здесь было столько смертей, столько разбитых жизней, столько горя, пролито столько крови, что и представить себе трудно. Оставшихся в живых воинов Мак-Ли под конвоем препроводили к границе, где их встретил дядя Иэн и быстро провел через свои земли. От Саймона Тэсс узнала, что ни один из баронов, чьи владения были севернее земель дяди Иэна, разбитому войску Мак-Ли убежища не предоставили.
Тэсс была рада, что в стычке пострадало всего несколько воинов Кенрика и никто не погиб. Все произошло так молниеносно, что и обитатели крепости тоже были все целы. В общем, слух о том, что армия Кенрика — искуснейшая в Англии, полностью подтвердился. При освобождении крепости они лишили жизни больше сотни воинов Мак-Ли, не потеряв ни одного своего.
Узнав о том, каким способом Кенрик проник в крепость, Тэсс была потрясена. Она сразу же вспомнила свой сон и отца, но обсуждать это ни с кем, кроме Кенрика, не хотела. Кенрик же, как объяснил Фитц Элан, отправился со своим братом освобождать другие Ремингтонские владения и прибудет позже. О том, что ей предстоит увидеть, Тэсс старалась не думать. Боялась. Боялась обнаружить полное разорение. Как же ей сейчас была нужна поддержка Кенрика!
Кортеж проехал ворота, но никаких особенных разрушений не встретилось. Во внутреннем дворе, впереди, Тэсс ожидала толпа.
Там собралось все население замка, кроме того, еще рыцари и воины Кенрика. Тэсс увидела много знакомых лиц, и на душе ее стало веселее — им все же удалось пережить тиранию Мак-Ли. А на возвышении у входа в большой зал стоял ее супруг и, скрестив руки на груди, ждал.
Затем он медленно спустился по ступеням и принял сначала поводья ее коня, а потом и ее. Тэсс обняла его шею, еще не веря, что он ее встречает.
— Саймон с Эвардом сказали, что ты не успеешь вернуться…
— Остальные крепости, как только узнали о смерти Мак-Ли, сразу же сдались, — объяснил Кенрик.
Не выпуская ее из рук, он повернулся к людям.
— Ваша леди возвратилась в Ремингтон! А с ней — и будущий наследник!
И хотя эту новость уже знали все, толпа приняла известие восторженно. Обождав, пока шум стихнет, Кенрик дал им для ликования еще один повод.
— Сегодняшний день я объявляю днем торжества. Давайте праздновать наше возвращение вместе. Кладовые и винные погреба открыты. Угощайтесь!
Сам он не стал дожидаться, пока смолкнут восторженные крики, и с Тэсс на руках направился в замок. Тэсс была не в силах отвести глаза от любимого лица, ей было безразлично, куда он ее несет. А нес он ее через большой зал в спальню родителей. Она попробовала поймать его губы для поцелуя, но он поднял подбородок, не давая ей дотянуться до себя.
— Нет, дорогая. Если ты сейчас меня поцелуешь, то я займусь с тобой любовью прямо здесь, на лестнице. Но, во-первых, люди могут увидеть, а, во-вторых, здесь очень неудобно.
Тэсс с улыбкой кивнула, но перспектива увидеть, что сделал Данмор Мак-Ли со старой спальней родителей, ее страшила. Кенрик отворил дверь, и… Тэсс облегченно вздохнула. Ни малейшего следа Мак-Ли не осталось в этой спальне, но она больше не была похожа и на спальню ее родителей. Это была точная копия спальни Кенрика в Монтегю. Их спальни. Все было на месте — огромная кровать, ковер, шкафы сундуки — и все на тех же самых местах.