Рыжик
Шрифт:
У Рыжика от волнения сердце готово было разорваться. Он сам не понимал, что с ним такое, но его неудержимо потянуло куда-то. Стоило ему только взглянуть на далекий, светлый горизонт, как у него сейчас же являлось желание бросить все и уйти куда глаза глядят. Единственно, что его удерживало, это надежда, что за ним придет Полфунта. Но Полфунта не приходил, и страдания Рыжика становились выше его сил.
Весенние праздники прошли для Саньки почти незаметно. Он ничем не интересовался, и ничто его не радовало. Короче говоря, ему донельзя опротивела Голодаевка, ее обыватели
Каждый праздник Рыжик уходил за город и там проводил весь день. Чаще всего любил он ходить на мельницу и на ту дорогу, где он когда-то впервые встретился с Полфунтом.
В одно из воскресений Санька, по обыкновению, отправился гулять. Погода была великолепная. Был полдень. Рыжик долго гулял по роще, потом вышел к реке, выкупался, а затем перешел плотину и стал подниматься по пыльной широкой дороге, по которой он два года тому назад впервые пустился в путь с Мойпесом.
Избегая пыли, Санька держался ближе к канаве, края которой густо заросли травою. Долго шел Рыжик, мечтая о своих будущих путешествиях, как вдруг он остановился в большом волнении. В одном месте, на дне канавы, он увидел спящего человека. Сердце замерло в груди мальчика. Какое-то внутреннее убеждение подсказало ему, что это Полфунта. И он не ошибся. Едва только Санька поравнялся с неизвестным человеком, как тот, услыхав шаги, поднял голову и расхохотался.
Это был Полфунта.
— А ты, брат, легок на помине: сейчас только во сне тебя видел, — сказал Полфунта и приподнялся с места.
Санька прыгнул прямо на него и стал душить его в своих объятиях.
— Голубчик, милый!.. Я думал, ты не придешь… — задыхаясь от волнения, говорил Рыжик.
— Погоди… Ну тебя!.. Задушишь… А на что я тебе?
— Я с тобой пойду, — решительно заявил Санька. — Мне уже четырнадцатый год пошел… Я не маленький…
— Что ж из этого?
— А то, что я могу быть тебе помощником.
— Землю мерить помогать будешь?
— Что хочешь, мне все равно…
— Ах, Рыжик, Рыжик, откуда ты взялся на мою голову? — проговорил Полфунта и улыбнулся. — Ну хорошо, возьму я тебя с собой. Будем вместе бродяжить, разыскивая счастье… А если мы этого счастья не найдем, тогда что? Ведь ты вырастешь никуда не годным человеком. И грех этот на моей душе будет…
— Никакого греха не будет, — уверенно перебил Рыжик, — мы найдем счастье…
— Вот как! Ты уверен?
— Да.
— Ну и чудак же ты! А впрочем, и на Голодаевке тебя не бог весть какое счастье ожидает. Кстати, ты чем там занимался?
— У крестного сапоги учился шить.
— И многому научился?
— Кожу мочить умею.
— Только-то! Ну, ежели так, беги домой, попрощайся и, если тебя отпустят, лети сюда, я тебя подожду.
— Не пойду, — решительно заявил Санька.
— Почему?
— Не хочу. Мне там надоело и так… Я сейчас с тобой пойду…
Полфунта задумался. Наступило молчание.
— Ладно, — промолвил наконец Полфунта, — идем, если так. Только помни: терпи! Не всегда сладко будет… А теперь — гайда в путь-дороженьку!
Полфунта встал, встряхнулся и велел Рыжику снять сапоги.
— Без
— А мы сейчас куда пойдем? — спросил Рыжик, снимая с себя сапоги.
— Куда? За счастьем — вот куда, — полушутя, полусерьезно ответил Полфунта и выскочил из канавы.
Через час фигуры двух путников едва заметными черными точками виднелись вдали.
Часть Третья
I
Ночные приключения
Солнце прощалось с землею. Его последние огни охватывали далекий край неба и расплавленной золотисто-красной массой разливались по горизонту. Казалось, что там, далеко, кто-то вздумал поджечь небо и развел для этого гигантский костер. Но пламя заката постепенно гасло. Теплый майский день тихо умирал, уступая место вечерним сумеркам.
Полфунта и Рыжик лежали на опушке леса и молча следили за работой природы.
— Хорошо как! — прошептал Рыжик.
Он не любил долго молчать.
— Что хорошо? — спросил Полфунта.
— Все хорошо. И поле это зеленое, и небо, и… все, все хорошо…
— Ну и радуйся, коли тебе хорошо, — проговорил хандривший весь день Полфунта.
Рыжик промолчал. Но через минуту он не выдержал и опять заговорил:
— Отчего все люди так не живут, как мы? Ушли бы все из городов и ходили бы по земле… И как бы всем весело было!
— Умолкни, милый: ты глупости мелешь, — проворчал Полфунта.
— Почему глупости? — не унимался Рыжик. — Ведь нам как хорошо! Мы и поля, и леса, и реки, и разные города видим… Гуляем в свое удовольствие. Ну, и пускай люди так живут. Мне не жалко.
— Какой ты щедрый! — сказал Полфунта и невольно улыбнулся. — И глуп же ты, Рыжик! Ай-ай, как глуп!.. Ты хочешь, чтобы все люди, как тараканы, расползлись по свету и чтобы ни одного чистого местечка не осталось на земле. Недурно, что и говорить… Эх, Сашка, Сашка, когда ты поумнеешь?
— Я давно умный, — засмеялся Рыжик.
— А ежели ты умный, то и придумай, где бы нам сегодня переночевать.
— А здесь чем плохо? Травка мягкая, дождя нет, тепло… Отлично уснем!
— Нет, не отлично.
— Почему не отлично?
— А потому, что дождь будет.
— Откуда ты знаешь?
— Оттуда. Разве не видишь?
Полфунта рукой указал на юг, где на далеком небосклоне чернела туча.
— Эка, испугался чего: пятнышка! — возразил Рыжик, вглядываясь в указанную точку. — И завтра эта туча не дойдет до нас.
— Ты так думаешь? Ну, в таком случае оставайся здесь, а я в деревню отправлюсь ночевать.
Полфунта встал, поднял вырезанную им в лесу палку и тощую серую котомку, в которой лежали его башмаки, одна смена белья, несколько картонных изделий для фокусов, осьмушка табачных корешков и «Ревизор» Гоголя.