С 3
Шрифт:
– Сам справлюсь, - оптимистично заявил я.
– Даже не сомневаюсь, - хмыкнул Митрошин.
– Все готово, - в комнату заглянула Светлана Григорьевна. – Стол на середину поставьте. Здесь будем ужинать, - распорядилась она.
И началась суета. Пока я ставил стол, пришла Алина со скатертью, затем появилась ее мать с тарелками. Митрошин тоже внес свою лепту - сходил на кухню и принес початую бутылку водки. Жена встретила его возвращение поджав губы, но против ничего не сказала.
Наполнив две рюмки водки до краев, прокурор
– Ну, за возвращение!
Первая зашла отлично, особенно под жареную картошку с гуляшом.
– Еще и алкаш, - прошептала в мою сторону Алина.
– Я тоже по тебе скучал, - прошептал я в ответ пока ее родители увлеченно жевали, делая вид, что нас не слышат.
Телефонный звонок нарушил идиллию.
Митрошин, бросив на меня задумчивый взгляд, вышел из-за стола и направился в прихожую к телефону.
– Да, у меня, - услышал я в образовавшейся тишине. Внутри похолодело, хмель выветрился. – Шафиров звонил. Сейчас приедет, - уведомил он меня, вернувшись в гостиную, когда я уже напридумывал себе черте что. – Он вчера мне звонил и сегодня с утра.
Значит Шафиров про мои отношения с Митрошиным знает, но комитетским меня не сдал. Хотя возможно те к нему и не приходили, он же из областного, а я из района.
Полковник приехал через полчаса, когда ужин уже подошел к концу и женщины убирали со стола.
– Чаю или чего покрепче? – предложил гостю Митрошин.
– Покрепче, - махнул тот в ответ рукой.
Хозяин достал из стенки еще одну стопку.
– Свет, закуски принеси, - попросил он жену.
Пока перед нами выкладывали соления, все молчали. Заговорили только когда Светлана Григорьевна закрыла за собой дверь.
Вернее, пришлось говорить мне, с меня вновь потребовали рассказ моих приключений.
– Даже не знаю, что сказать, - помотал головой Шафиров. – Зачем-то в Ставрополь уехал, не предупредив об этом начальство, там случайно поймал убийцу и заодно стал катализатором массовых беспорядков. Турист, блин, - приложил он меня взглядом. – И как нам теперь разруливать то, что ты натворил? Ты знаешь, что тебя КГБ разыскивает? А сидел бы дома и никаких неприятностей бы не было!
– И Сливко продолжал бы пытать и убивать детей, - дополнил я.
Оба, и Митрошин, и Шафиров промолчали. Паузу заполнили, выпив еще по одной.
– Не, ты, конечно, молодец, но из-за твоего геройства черте что творится, - подытожил полковник. – Тебе, Альберт, надо сбавить обороты, хотя бы на время притвориться обычным служакой. По крайней мере, до тех пор, пока проверка не закончится.
– Я буду паинькой, - торжественно пообещал я.
– Слабо верится, но мы тебя услышали. Теперь по вопросу, что тебе сейчас делать. Пока заляг на дно, дня на два, не больше. К этому времени, думаю, уже ситуация прояснится. Есть где отсидеться?
– Найду, - кивнул я, думая о соседской квартире. Блин, там же кот некормленый сидит! Наверно, уже все цветы сожрал. Соседка меня точно
– Альберт! Ты еще с нами или больше не наливать? – докричался до меня Шафиров.
– Здесь я, здесь. Задумался просто.
– Раньше надо было думать. А сейчас думать будем мы, а ты выполнять. Понял?
– Есть, товарищ полковник.
– За это и выпьем, - удовлетворенно провозгласил новый тост Шафиров
Глава 8
Проснулся я от тряски. Сперва решил, что все еще еду в поезде, но затем услышал голос Алины.
– Альберт, вставай! Да просыпайся ты, - последнее прозвучало как-то плаксиво - попытки спихнуть меня с дивана оказались тщетны.
Не раскрывая глаз, я поймал девушку за руку и притянул к себе.
– Фу! Не дыши на меня! Отпусти! – Алина, извернувшись, вырвалась из плена.
– Чего тогда пристала? – перевернулся я на бок, устраиваясь поудобнее. Оказалось, что лежал я на подушке, был укрыт одеялом и судя по ощущениям спал без одежды. Вечер в памяти как-то смазался, и точно я не помнил сам ли разделся или мне кто-то в этом помог. Вроде сидели, разговаривали, а потом бац и провал.
– Да вставай ты, мне в универ идти надо!
– Так иди, - отпустил я ее.
– Дома кроме нас никого нет.
– Предлагаешь этим воспользоваться? – я заинтересованно приоткрыл один глаз.
– Чего? – не поняла она. – У нас дверь не захлопывается, ее только ключом закрыть можно!
– Слушай, отстань, – я закрыл глаз и попытался отвернуться к стене, но от резких движений голова отозвалась болью. – И без тебя хреново.
– Пить меньше надо, алкаш! – ожидаемо припечатала Алина, но добавила нечто странное. – Еще и буйный!
– Не ври, - я лежал на спине, пытаясь унять боль, и одновременно рассматривал костяшки пальцев. Те немного покраснели, но не критично, и тому причиной был Алекс, а не мои собутыльники.
– Ничего я не вру! – возмутилась девушка. – А кто вчера рвался какого-то кота спасать? Еле успокоили!
– Точно! Кот! – я подскочил с дивана.
– Его срочно надо покормить!
– Опять! – закатила она глаза. – Нет у тебя никакого кота! Мы тебе это вчера вчетвером объясняли, а ты, как ненормальный, продолжал твердить о голодном коте и рвался к себе домой. Валерий Муратович предположил, что у тебя это от стресса.
– Нет у меня никакого стресса, - поморщился от стрельнувшей в висках боли, - а кот есть. Василием зовут.
– Откуда у тебя кот? – удивилась Алина тому, что кот оказался не пьяным бредом.
– Соседка просила присмотреть пока сама в отъезде, - я встал, демонстрируя дефицитные здесь трусы-боксеры.
Девушка сбилась, разглядывая их. Затем, видимо, поняв, что делает что-то неприличное, отвела взгляд и вновь ринулась в атаку.
– И ты не придумал ничего лучше, как уехать и оставить кота одного на неделю! Это безответственно!