С Днем Постояльца!
Шрифт:
Орро выпрямился во весь рост.
— Ты хочешь принести еду с улицы на мою кухню?
О, только не это.
— Разве я не «Красный тесак»?
Вот и приплыли.
— Разве я не готовил деликатесы с тысячи планет?
Его иглы встали торчком. Он поднял правую руку, широко растопырив когти, взывая к небесам.
— Разве я не мастер своего дела?
Он замолчал, свирепо глядя на меня.
— Безусловно, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал успокаивающе. Все это закончится катастрофой.
— Тогда ты принесешь мне этот Гранд бургер, и я его приготовлю. Ты попробуешь его
Он резко развернулся и зашагал в кухню.
— Мы должны купить ему плащ, — сказал Шон.
Глава 3
Динь. Динь.
Мягкий, настойчивый звон пробился сквозь мой сон. Мне было так тепло и уютно. Моя подушка была мягкой, одеяло — как облако, а сильная горячая рука Шона обвилась вокруг моей талии.
Динь. Динь.
Ммм… Я придвинулась ближе к Шону. Такой теплый…
ДИНЬ. ДИНЬ.
Я открыла глаза. Небольшой экран завис примерно в четырех дюймах от моего лица. В углу бледно-зеленым мигал маленький индикатор: 05:00. Поле позади гостиницы было сплошь покрыто пожухлой травой и сорняками, небо было еще темным, но уже начинало светлеть. Рябь в ткани существования висела горизонтально примерно в трех футах от земли…
Я резко выпрямилась на кровати. Шон схватил меня, оттащил назад, перепрыгнул через меня и приземлился на ковер, держа в руке зловещий зеленый нож. Он оглядел комнату, балансируя на носках, держась между мной и угрозой.
Офигеть.
— Что такое? — спросил Шон, и в его голосе послышалось низкое рычание.
— Ку-ко! — я вскочила с кровати и бросилась к мантии, висевшей на крючке.
— Они должны были появиться только сегодня вечером.
Я натянула на себя мантию.
— Они приехали на пятнадцать часов раньше.
Через тридцать секунд я выскочила из гостиницы на заднее крыльцо. Холод кусал мои голые ноги под мантией. Я едва успела натянуть мантию поверх ночной рубашки. У меня замерз нос. На мне были маленькие лавандовые кроксы с меховой подкладкой, которые я носила как домашние тапочки, потому что это было все, что я смогла быстро найти. Рядом со мной стоял Шон в своей собственной медной мантии.
Рябь усилилась, пульсируя, как будто невидимый поплавок танцевал в воздухе.
— Ты всегда спишь с ножом? — пробормотала я.
— Да.
Если сказать ему, что ему нечего бояться внутри «Гертруды Хант», это ничего не даст. Он и так это знает. Еще один шрам Нексуса. Со временем все наладится. По крайней мере, я на это надеялась.
В центре ряби вспыхнул желтый огонек, и над ним, словно из подземной пушки, выскочило круглое оперенное тело. Ку-ко расправил свои красновато-коричневые крылья, завис на долю секунды, его большие фиолетовые глаза широко раскрылись, и он приземлился на землю с пронзительным криком. Его перья встали торчком, а кожаный фартук слегка съехал набок.
Шон выругался.
Выскочил еще один ку-ко, потом еще и еще, потом по два за раз, как будто на нашем заднем дворе образовался гейзер из ку-ко. Ку-ко разделились на две примерно равные
Старейшина выпрямился в полный рост, который составлял около трех футов, три с половиной, если считать шляпу, поправил головной убор, прежде чем тот соскользнул с его головы, и направился к нам.
— Приветствую тебя хранительница, приветствую тебя тирсэль.
Должно быть, он использовал термин для приветствия мужчины-военного, и его имплантат в конечном итоге исказил его. Если Шон и был удивлен тем, что к нему обращаются как к самцу ястреба, то никак этого не показал.
Я кивнула.
— Приветствую вас, почтенный Первый филолог. Мы ждали вас сегодня вечером.
Старейшина ку-ко прочистил горло.
— Да, ну, хм, мы бы приехали сегодня вечером, если бы некоторые шумные члены клуба не начали дебаты о недостатке добродетели у тех, кто опаздывает.
— Если ты не пришел на пятнадцать минут раньше, значит, ты опоздал, — сказал Шон.
Старейшина указал крылом на Шона.
— Вот именно! В этой дискуссии о том, насколько раньше надо появиться, никто не хотел быть позже своего оппонента, поэтому, когда дебаты достигли своего шестого часа, дискуссию пришлось прервать, чтобы все могли переправиться, прежде чем начнут летать перья. Я приношу свои извинения от имени своих братьев. Надеюсь, наши комнаты готовы?
Слава галактике, что я вчера потратила несколько часов, создавая их курятники.
— Ну конечно, да. Следуйте за мной, пожалуйста.
Я шагнула в дверь. Старейшина и двое его помощников последовали за мной. Две группы ку-ко выстроились в две колонны, по две в ряд, и попытались войти в гостиницу одновременно. Две колонны наткнулись друг на друга. Послышался возмущенный вопль и легкие пихания, сопровождаемые поднятыми перьями. Ни одна из групп не выказала ни малейшего желания пропустить другую вперед. Очевидно, маневр слияния молнии-застежки не был их сильной стороной.
Я расширила дверной проем. Ку-ко по краям споткнулись, внезапно отцепились, выпрямились и двинулись вперед, подняв клювы вверх, не обращая внимания друг на друга. Это будет веселый визит.
Гостиница сканировала их, когда они проходили через дверь. Я поставила только одно условие для проведения этих дебатов: никакого оружия. Никаких сигналов тревоги не раздалось. Ку-ко были чисты.
Я повела их вглубь гостиницы, мимо портрета моих пропавших родителей. Никто из ку-ко на него никак не отреагировал. Однажды кто-нибудь узнает моих родителей, и тогда ничто не помешает мне найти их.