С Красным Крестом
Шрифт:
— Этакой несносный!.. А между тем я все же не решусь его убить. Я даже понять не могу, как это можно убить человека, хотя бы для сохранения собственной жизни… Как же мне теперь быть? Что делать?..
Мальчик смотрел на нее во все глаза и тоже что-то обдумывал. Вдруг он встал, направился к факелу, горевшему в углу хижины, и потушил его. В хижине сделалось совершенно темно.
«Превосходная мысль! — сообразила Фрикетта, ударив себя по лбу. — И у меня тоже мысль… Часовой не хочет заснуть. В таком случае мы усыпим его».
Она опять порылась у себя в сумочке и достала оттуда
Фрикетта, радуясь успеху, продолжала держать склянку у носа часового. Еще несколько мгновений — и часовой заснул, как чурбан.
Фрикетта спрятала флакон обратно в сумку и вернулась в хижину, где ее ждал мальчик, он улыбнулся, готовый всюду следовать за нею.
Ночь была темная. Лишь кое-где на небе блестели звезды.
Фрикетта ориентировалась с грехом пополам и направилась на юг, где, по ее соображению, находилась японская армия. Мальчик пошел с нею. Он шел медленно и осторожно, пробираясь среди крепко спящих солдат. Фрикетта уже надеялась, что ей удастся пройти благополучно через весь лагерь, но вдруг беглецы совершенно неожиданно наткнулись на кучку солдат, варивших себе рис. Беглецов заметили при свете жаровни. Солдаты вскочили и крикнули им, чтобы они остановились. Фрикетта крепко сжала руку своего маленького спутника и припустилась бежать. Китайцы схватили ружья. Пули засвистали со всех сторон. Крики становились все громче и громче. Испуганный мальчик еле брел. Фрикетта схватила его на руки, собрав свои последние силы. Крики и выстрелы приближались.
В эту минуту молодая девушка увидела перед собой небольшую полянку в лесу. Перебежав ее, она кинулась в густую чащу. За чащей оказалась широкая темная река, преградившая беглянке путь.
— Лучше смерть, чем опять этот плен! — решила энергичная девушка.
Прижав к себе мальчика, она кинулась в волны.
ГЛАВА V
Note1
Mens sana in corpore sano — в здоровом теле здоровый дух. Вот принцип, которым начала постепенно проникаться современная педагогика, к сожалению, так долго его игнорировавшая. Но лучше поздно, чем никогда. Гимнастика, танцы, фехтование, верховая езда, плавание, прогулки и игры на свежем воздухе постепенно вводятся в наших учебных заведениях — и не только мужских, но и женских.
Что наша воспитательная система очень далека от совершенства, с этим, я думаю, согласен будет всякий. Физическая сторона находится у нас в полном пренебрежении, и только одни военно-учебные заведения составляют исключение. В
Результаты этих новых педагогических веяний уже начинают сказываться. Не теряя свойственной их полу грации, воспитанницы преуспевают в разных видах спорта. Такова была и наша Фрикетта. Вот почему она и сумела быстрой ланью промчаться мимо китайцев и решилась даже броситься в реку да еще с восьмилетним мальчиком.
Очутившись в воде, она первым делом нырнула на самое дно и заметила:
— Да здесь глубоко!
Схватив под левую мышку голову полубесчувственного мальчика, она правою принялась энергично грести. Мальчик уже не барахтался, а это только и нужно было Фрикетте.
Таким образом она проплыла саженей пятнадцать, но вот выбилась из сил окончательно и начала опускаться на дно. Вдруг нога ее встретила что-то твердое. То было песчаное дно… Берег был близко… Шатаясь, прошла она несколько шагов, схватилась за траву и вышла на сушу, не выпуская из рук маленького корейца.
Минут пять она переводила дух, не в состоянии ничего больше предпринять. Промокла она до последней нитки и стучала зубами от холода.
Маленький кореец постепенно приходил в себя и громко чихал.
— Ну, господин мальчик, — шутливо сказала ему Фрикетта, — мы спасены.
Он что-то пролепетал в ответ, привстав на своих слабых ногах, и потянул Фрикетту за платье, как бы говоря: «Пойдем».
— Что ж, я готова. Ты здешний, показывай дорогу.
Ребенок все тянул ее за мокрую юбку. Фрикетта пошла за ним, ступая по топкому болоту. К счастью, они не встретили неприятеля.
Вскоре к усталости и холоду присоединились мучения голода. Мальчик заметно ослабевал. Фрикетта тоже не могла похвастаться свежестью сил, так как перед битвой лишь успела наскоро закусить.
Так проблуждали они всю ночь. Когда взошло солнце, они увидели, что кружились все это время на одном месте: река была тут же, только метрах в пятистах, не более.
Фрикетта засмеялась. Мальчик тоже засмеялся.
Ей пришло в голову спросить:
— Послушай, как тебя зовут?
Он стал повторять ее слова, разумеется, коверкая их.
— Да ведь это вовсе не урок французского языка с моей стороны, ты не думай… Ах, как бы ему это объяснить?
И, указывая на себя пальцем, она сказала:
— Фрикетта.
Когда она произнесла это слово раза три, сопровождая его тем же жестом, мальчик понял и повторил:
— Фалликетта.
— Не Фалликетта, а Фрикетта.
— Фалликетта.
— Довольно!.. Ты мне уши дерешь… Очевидно, господа китайцы никак не могут произнести звук «р».
Указав пальцем в мальчика, Фрикетта сделала головой вопросительный знак.
Мальчик понял и ответил:
— Ли.
— Так тебя зовут Ли!.. Прекрасно!.. Жаль, что я не догадалась сказать тебе свое уменьшительное имя — Лили. Ты бы не коверкал его по крайней мере.