С любовью насмерть, Дун...
Шрифт:
— С кем вы встречались в среду вечером, когда потеряли свою губную помаду, миссис Миссал?
Улыбки, кокетливые женские признания не сработали. Она вскочила со стула и закричала:
— А этого я вам говорить не собираюсь! Не скажу, и не ждите! Заставить вы меня не можете! И нечего меня тут держать!
— Вы сами сюда пришли, мадам, — сказал Уэксфорд. Он широко распахнул перед ней дверь. — Пожалуй, я забегу к вам сегодня вечером, когда ваш муж будет дома. Может быть, в его присутствии все и выяснится.
* * *
Священник
Верден проверил расписание автобусов в автобусном парке и узнал, что автобус, который уходит из Стовертона в пять тридцать две, в тот день был отправлен четко по расписанию. Кондукторша подтвердила, что видела Парсонса. У нее не было для него сдачи десяти шиллингов, и только когда они уже почти въехали в Кингсмаркхэм, ей удалось набрать мелочи и отдать ему.
— Ну и умора с этой паршивкой миссис Миссал, — сказал Уэксфорд, когда Берден вернулся в участок. — Она из тех женщин, которые врут на каждом шагу, это у них в крови, понимаешь? Она врушка от рождения.
— Что может быть мотивом, сэр?
— Не спрашивай. Например, она крутила любовь с Парсонсом, сама заехала за ним на работу и подкупила весь штат Управления водоснабжения, чтобы они в один голос говорили, что он ушел с работы не раньше пяти тридцати. Может, у нее есть еще один дружок, с которым она встречается по средам, и вообще по приятелю на каждый день недели. А может, она, Парсонс и мистер Икс, имя которого должно оставаться неизвестным (О, Боже милостивый!), на самом деле русские шпионы, а миссис Парсонс перешла на сторону Запада. Все это так интересно и увлекательно, Майк, что я сейчас изблююсь!
— У нас нет даже той штуки, которой она была задушена, — мрачно сказал Берден. — А не могла это сделать женщина?
— Крокер тоже так предполагает. Сильная молодая женщина, которой нечем заняться и которая сидит весь день на своей заднице у зеркала и втирает кремы в физиономию.
— Вроде миссис Миссал.
— Сегодня вечером мы наведаемся к ним, Майк, и попробуем побольше из нее вытянуть в присутствии мужа. Но пойдем не рано, я хочу, чтобы она весь день хорошенько помучилась. Я уже видел результат анализа грунта с шин ее «дофина». Следов коровьего навоза на них не обнаружено. Но она могла воспользоваться другой машиной, необязательно своей. Ее муж перепродает машины, у него магазин в Стовертоне. Такие люди покупают автомобили и меняют их постоянно. Мы и это должны проверить. Завтра будут объявлены результаты вскрытия. Но сначала мне надо будет попасть еще кое-куда.
Верден приехал в Стовертон и остановил свою машину во дворе перед Магазином Миссала. Из стеклянной будки посередине площадки с бензоколонками к нему вышел человек в комбинезоне.
— Два по двадцать, пожалуйста, — сказал Берден. — Мистер Миссал у себя?
— Он вышел с клиентом.
— Очень жаль, — сказал Берден. — Я уже заезжал во вторник, ближе к вечеру, его тоже не было.
— А он так все время. То он есть, то его нет. Протереть
— А миссис Миссал?
— Не видел ее здесь месяца три. В марте последний раз была. Приезжала поставить «мерседес», который брала. Она его радиатор помяла. Женщина за рулем!
— Он ее очень ругал? Знаю, Пит ей не спускает.
— Тут без дураков. Говорит, чтоб сюда не приближалась. Никаких тебе больше «мерседесов», на этом всё.
— Ну-ну, — сказал Берден и он дал человеку шиллинг, чтобы не вызывать никаких подозрений, — брак — это поле боя, где всякое оружие годится.
— Я передам ему, что вы его спрашивали.
Берден включил зажигание и завел машину.
— Да не стоит, — сказал он, — все равно сегодня вечером я с ним увижусь.
Он едва не столкнулся с желтым пикапом, который на большом вираже, превышая скорость, въезжал во двор. За рулем сидел пожилой мужчина, рядом с ним Питер Миссал.
— Вон он, ловите его, — закричал рабочий из будки.
Берден вылез из машины и открыл шире ворота. Он стоял у малолитражки, которая медленно вращалась на ярко-красном стенде. Ему было видно, как Миссал разговаривает с человеком за рулем желтого пикапа. Наверно, сделка не удалась, потому что мужчина ушел, а Миссал прошествовал в глубь двора.
— Чего еще надо? — обратился он к Вердену. — Терпеть не могу, когда за мной ходят ищейки, да еще там, где я работаю.
— Я вас не задержу, — сказал Берден. — Просто заехал узнать, где вы были во вторник днем и ближе к вечеру. Вы весь день были здесь. Мне так и сказали: «То он есть, то его нет».
— Не ваше дело, где я был, — Миссал смахнул пыль, налетевшую на крыло малолитражки, когда вращающаяся машина повернулась к нему боком. — Между прочим, я ездил в Кингсмаркхэм к клиенту. Больше вы ничего от меня не узнаете. Я считаю, что каждый человек имеет право на личную жизнь, которая никого не Должна касаться. Жаль, что вы таких вещей не понимаете.
— Да, но в деле об убийстве может оказаться, что личная жизнь человека выходит за рамки личного. Ваша жена, кажется, этого тоже не понимает, — Берден направился к своей машине.
— Моя жена… — Миссал пошел за ним и, оглянувшись и убедившись, что никто, кроме Бердена его не услышит, свирепо прошипел ему вслед: — А ну, убирай с дороги свою колымагу, она тут мешается.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Кто был отец ее?
Кто была мать?
Есть ли сестра у нее,
Или, может быть, брат?
Или тот, кто был все же
Ей ближе, дороже,
Всех, всех в этом свете?
Книги про убийства с верхней полки шкафа исчезли, полка пустовала. Если Парсонс был не виновен и всей душой скорбел о потере жены, как, должно быть, резанули ему по глазам эти яркие обложки, когда он утром вошел в свою убогую столовую. Или он убрал их, потому что они выполнили свою функцию?
— Господин главный инспектор, — сказал Парсонс, — мне надо знать… Ее только задушили или с ней еще что-нибудь сделали? — он заметно постарел за эти дни. А если он просто-напросто превосходно играл свою роль?