«С» - значит сыщик
Шрифт:
— Вижу, — пробормотал он. Взглянул простым глазом, потом снова в прибор.
Не говоря ни слова, мы отступили по собственным следам. Обошли главное здание и проскользнули в отель через служебный вход. Диц воспользовался телефоном-автоматом возле кухни, чтобы вызвать такси, которое забрало нас через несколько минут на боковой улице позади отеля.
18
Когда мы приехали домой, было почти одиннадцать, и Диц пребывал в плохом настроении.
Он молчал в машине, молчал, когда открыл дверь,
Правый рукав зацепился за запонку. Он рванул, освободился и запустил пиджак через комнату, проигнорировав факт, что он улетел не очень далеко. Прошел в кухню, открыл бутылку «Джека Дэниелса», налил себе стакан виски и выпил.
Я подняла пиджак с пола и перекинула через руку.
— Ты не виноват.
— Ни хрена. Это я настоял, чтобы пойти. Это было глупо…слишком рискованно… и ради чего? Мессинджер мог войти туда с «узи» и всех нас выкосить.
Вообще-то, спорить было трудно, тем более, что мне приходило в голову то же самое.
— Ну, и что случилось? Ничего не случилось.
Он потянулся за сигаретой, но резко оборвал себя.
— Я пошел.
— И оставишь здесь меня одну?
Он послал мне мрачный взгляд, его пальцы сжали стакан так сильно, что я почти ждала, что он расколется. Что-то в этом жесте меня разозлило.
— Ой, ради бога. Прекрати, ладно? Мужик опять объявился. Большое дело. Он хочет, чтобы я психовала, а ты наказывал собственную задницу. Пока что у него получается. Ты несешься за сигаретами, а он приходит и спокойно приканчивает меня. Большое спасибо.
Диц немного помолчал, поставил стакан и облокотился на стол, опустив голову.
— Ты права.
— Еще как права, — сказала я раздраженно. — Давай лучше подумаем, как убить эту скотину.
Ненавижу бояться типов, которые хотят меня застрелить. Давай сами его поймаем.
Он немного приободрился.
— Как?
— Я не знаю, как.
Послышался стук в дверь, и мы оба подпрыгнули. Диц выхватил пистолет и затолкал меня на кухню. Подошел к двери и прижался к стене.
— Кто там?
Голос был приглушен.
— Клайд Герш.
Я двинулась к двери, но Диц сердито махнул рукой. Он прижал голову к косяку.
— Что вы хотите?
— Агнес нашлась. Она в больнице и спрашивает о Кинси. Мы оставили несколько сообщений на автоответчике, но, когда вы не перезвонили, решили заехать. Мы едем в больницу. А Кинси дома?
Диц сказал, — Подождите. Он показал на автоответчик, который стоял на книжной полке за диваном.
Я пересекла комнату и проверила автоответчик, который показывал, что оставлено два сообщения. Я сделала звук потише, нажала кнопку воспроизведения и послушала сообщения. Первое было от Айрин, второе — от Клайда, оба говорили примерно одно и то же. Агнес нашлась и спрашивала обо мне. Мы с Дицем переглянулись. Он поднял брови, как будто пожимал плечами. Зажег свет на крыльце, заглянул в глазок и осторожно открыл дверь. Клайд стоял в дверях в кругу света. За ним была темнота. Поднимался туман, и я видела, как его полоски завиваются вокруг лампы.
— Извините, пожалуйста.
— Заходите, — сказал Диц, отходя в сторону, чтобы Клайд мог войти.
Диц закрыл за ним дверь и жестом пригласил садиться. Приглашение, которое Клайд отклонил, помотав головой.
— Айрин ждет в машине. Я не хочу оставлять ее надолго. Она хочет поскорей ехать в больницу.
Он выглядел усталым, его отечное лицо осунулось от тревоги. На нем был коричневый габардиновый плащ, руки в карманах. Взгляд скользнул по кобуре Дица, но он воздержался от комментариев, как будто упоминание пистолета было нарушением этикета.
— Как Агнес себя чувствует? Кто-нибудь говорил? — спросила я.
— Мы точно не знаем. Доктор сказал, небольшие царапины и синяки, ничего серьезного…но сердцебиение нерегулярное, думаю, ее положили под какой-нибудь монитор. Ее примут, как только мы подпишем документы. Я так понял, что ничего опасного для жизни, но женщине за восемьдесят.
— Ее нашли полицейские?
Клайд кивнул.
— Какая-то женщина увидела, как она бредет по улице, и позвонила в полицию. Полицейский, который звонил, сказал, что Агнес дизориентирована, понятия не имеет, где находится и где была все это время. Доктор сказал, что она говорит о вас с тех пор, как ее к ним привезли. Мы были бы очень признательны, если бы вы поехали с нами, если это не очень трудно.
— Конечно. Только переоденусь. Не хочется ехать в таком виде.
— Я скажу Айрин, что вы едете, — сказал он мне и спросил Дица:
— Вы поедете в своей машине, или с нами?
— Мы поедем с вами, а на обратном пути вызовем такси.
Я поднималась наверх, на ходу стягивая жакет и сбрасывая туфли. Наклонилась через перила.
— Где они нашли ее?
Клайд поднял голову и пожал плечами.
— В том же районе, где дом престарелых… где-то близко… так что она не ушла далеко. Не могу понять, как мы ее пропустили, если только она не спряталась, когда увидела нас.
— Вполне возможно.
Я зашла в спальню, стащила комбинезон, прыгая на одной ноге, натянула джинсы на черные колготки. Надела лифчик, вытащила из ящика и надела рубашку-поло, отбросила назад волосы. Влезла в высокие кроссовки и оставила шнурки на потом. Через две секунды я скатилась вниз по узкой лестнице, высматривая свою сумку.
— Поехали, — сказала я, и Диц открыл дверь.
Белый «мерседес» Клайда стоял у тротуара. Айрин, на переднем сиденье, повернула к нам обеспокоенное лицо.
Пятнадцатиминутная поездка до больницы была напряженной. Мы с Дицем сидели на заднем сиденье, он развернулся боком, чтобы следить в заднее окно за едущими за нами машинами. Я сидела, наклонившись вперед, поближе к Айрин, которая вцепилась в мою руку, как будто от этого зависела ее жизнь. Ее пальцы были ледяными, и я поймала себя на том, что с тревогой слежу за хрипами, которые могли быть признаком начала еще одного приступа астмы. Никто не разговаривал. Информация об Агнес была ограничена, и не было необходимости ее повторять.