«С» - значит сыщик
Шрифт:
Айрин застыла, лицо без выражения, тон голоса почти обиженный.
— Вы говорите, что она умерла? Но это невозможно. Она не должна была. Это какая-то ошибка. Клайд сказал, что у нее только синяки и царапины. Я думала, он говорил с вами.
Я следила за доктором и видела, что он подбирает слова с осторожностью.
— Когда ее привезли, у нее уже были признаки сердечной аритмии. Она была растеряна и дизориентирована, страдала от стресса. Для женщины ее возраста, при хрупком здоровье…
Айрин издала вздох, наконец принимая известие.
— Ох,
Ее глаза наполнились слезами, которые потекли по щекам. На лице и шее выступили красные пятна. Она начала дрожать, встряхиваясь, как мокрая собака в середине мытья. Я схватила ее за руку.
В дверях появился Клайд. Судя по выражению его глаз, он был в курсе событий. Дежурная, наверное, рассказала ему, когда он пришел.
Айрин повернулась, умоляюще.
— Клайд… Мамы больше нет..
Она потянулась к нему, встала со стула и бросилась в его объятия. Он прижал ее к себе.
Впервые я осознала, какая она маленькая. Я отвернулась, не желая им мешать.
Через открытую дверь я увидела Дица, облокотившегося о стену. Его поза была точно такой же, когда я в первый раз его увидела. Ковбойские сапоги, твидовая куртка. Больница в Браули. Не хватало только зубной щетки в нагрудном кармане. Его взгляд упал на меня, передвинулся на Айрин, снова встретился с моим и задержался. Взгляд был озадаченным и любопытным. Выражение лица менялось от самонадеянности до неуверенности. Меня неожиданно бросило в жар. Я отвела глаза, чувствуя, что покраснела. Потом вернула взгляд.
Он все еще смотрел на меня, с задумчивостью, которой я раньше не видела.
Мы все ждали в неловкости, пока Айрин успокоится. В конце концов, доктор направился к двери, и я последовала за ним. Мы вышли в коридор и направились к выходу. Диц присоединился к нам, положив руку на мою шею, что вызвало мое любопытство и насторожило. Это был жест обладания и физический контакт, заряженный внезапным током, который заставил воздух между нами гудеть.
Доктор Стакхаус покачал головой.
— Господи, мне жаль. Это была обидная потеря. Вы ее внучка? Кто-нибудь должен поговорить с полицейским.
Я вынырнула и сфокусировалась на ситуации.
— Я знакомая миссис Герш. Кинси Миллоун.
— Это о вас она спрашивала.
— Мне говорили. Вы случайно не знаете, что это было?
— Ну, я могу сказать, что она говорила, но не думаю, что это много значит. Она повторяла, что это было лето. «Скажите ей, что это было лето…» Это важно?
— Не для меня.
В ее сознании это, возможно, было связано с прерывистой историей, которую она мне рассказывала в пустыне. Эмили и землетрясение, девочки Харпстеры и Артур Джеймс.
— Это все, что она сказала?
— Я услышал только это.
— Вскрытие будет?
— Возможно. Мы позвонили в офис коронера и он скоро прибудет. Он поговорит с патологоанатомом и решит насчет вскрытия.
— С каким патологоанатомом? С доктором Йи или доктором Палчак?
— С доктором
— А как насчет Агнес? Мы можем ее увидеть?
Он кивнул.
— Конечно. Она здесь, в конце коридора. Когда миссис Герш будет готова, медсестра вас проводит.
Агнес временно поместили в редко используемую смотровую комнату в конце коридора.
Когда мы уйдем, ее перевезут в подвал, в замороженную тьму морга.
Диц ждал в коридоре вместе с Клайдом, пока мы с Айрин молча стояли возле каталки, на которой лежала ее мать. Смерть смягчила морщины на ее лице. Под белой простыней она казалась маленькой и хрупкой, птичий нос отчетливо выделялся на мирном и спокойном лице.
Послышался осторожный стук в дверь. Молодой полицейский зашел в комнату и представился. Это он привез сюда Агнес и хотел рассказать Айрин о встрече с ее матерью.
— Она казалась очень хорошим человеком, мэм. Я подумал, что вам захочется узнать, что она не доставила мне никаких хлопот…
Глаза Айрин наполнились слезами.
— Спасибо. Я вам очень признательна. Она страдала от боли? Я даже не могу подумать, через что она прошла.
— Нет, мэм, я бы так не сказал. Она была растеряна, но непохоже, чтобы она испытывала боль, или что-то вроде этого.
— Слава Богу. Она спрашивала обо мне?
Краска проступила на щеках полицейского.
— Не могу точно сказать. Я знаю, что она упоминала кого-то по имени Шейла.
— Шейла? — спросила Айрин безучастно.
— Думаю, что да. Она немного поплакала. Просила извинения за беспокойство. Я с ней разговаривал, говорил, что все хорошо. Она потом успокоилась, и казалось, что с ней все в порядке. Я знаю, что врачи сделали все возможное, чтобы ее спасти. Наверное, иногда люди умирают так.
Подбородок Айрин задрожал. Она прижала ко рту платок, качала головой и шептала:
— Я не знала, что она умирает. Боже, если бы мы поторопились, то могли бы приехать вовремя…
Полицейский переступил с ноги на ногу.
— Я пойду в комнату ожидания и закончу свой рапорт. Думаю, представитель шерифа уже здесь. Ему понадобится кое-какая информация, как только вы будете готовы.
Он вышел в коридор, оставив дверь открытой.
Через минуту вошел Клайд. Он обнял Айрин за плечи и повел к выходу. Перед тем, как дверь закрылась, я увидела в коридоре полицейского из офиса шерифа, который совещался со своим коллегой из отделения полиции. Я поняла, что городская полиция сообщила о смерти в окружной коронерский офис, потому что Агнес числилась пропавшей, и в последние часы жизни все еще была неподотчетной. Коронер должен определить обстоятельства и причину смерти. Если ее признают жертвой убийства, городская полиция будет нести ответственность за криминальное расследование. Я предположила, что смерть может быть определена как «нерапортуемая», по определению коронера, но посмотрим.