Шрифт:
Annotation
Брат и сестра. Вдвоем против враждебного мира. Без родителей, учителей,соседей и друзей. Попытка написать книгу на конкурс по вселенной Артема Каменистого. Литературный эксперимент.
Северный Миша
Северный Миша
S.T.I.K.S: Сестра. Глава первая. Прибытие
S.T.I.K.S:
Глава первая. Прибытие
Даша смотрела на брата и спрашивала, спрашивала, спрашивала. Повторяла одно и то же стараясь пробиться сквозь его оцепенение. А у него не было ответа.
– Что это?
– шептала Даша.
– Братик что это?
Она дрожала, не переставая и чем дальше, тем сильнее, как будто подхватила лихорадку или свиной грип какой-нибудь. Паша сцепил зубы и ничего ей не ответил, только приложил палец к её губам. Молчи, мол.
Если бы он открыл рот и попытался ответить, закричал бы. Обязательно закричал во всю глотку, привлекая внимание этого получудовища-получеловека. Нельзя, нужно молчать.
Они выглядывали из подъезда многоэтажного дома и дрожали. Паша тоже дрожал, обнимая сестру. Если она закричит, то он не сможет её защитить.
А ведь всего несколько часов назад мир был прежним.
***
Паша спускался в школьную раздевалку и переживал о том, что не успеет на кружок программирования, когда увидел сестру, одиноко сидящую на скамеечке рядом с кастеляншей Марией Сергеевной. Даша не видела его и смотрела большими глазами на шумных старшеклассников. Девочки щебетали о своем, щелкали новыми мобилками, а пацаны искали потерянные куртки, галстуки и шапки, складывали поцарапанные планшеты и вообще радовались окончанию учебного дня.
Шестиклассники в школе отличаются от третьеклассников, как страны Третьего мира от Европы несмотря на трехлетнюю разницу в возрасте. На маленькую третьеклашку с косичками никто не обращал внимания, благо она была под защитой строгой Марии. Или "Просто Марии".
– Павел, - позвала она его, когда Паша сделал шаг назад, интуитивно стараясь уйти, предчувствуя проблемы, которые может принести дурацкая младшая сестренка.
– Что Мария Сергеевна?
– Твоя сестра тебя искала, я не пустила ее гулять по этажам, сказала, чтобы ждала тебя здесь. Не дай бог увидела бы завучка, получили бы все мы. Забирай свою родню.
– Хорошо, Марина Сергеевна.
Даша наконец увидела брата и улыбнулась робко. Ьрат ухмыльнулся в ответ и подошел.
– Ты чего не дома?
– спросил он, рассматривая суету вокруг.
– Никого нет, - ответила Даша, улыбаясь каким-то своим воспоминаниям и тоже рассматривая пионеров, снующих вокруг. Начал длинно и звонко кричать школьный звонок, большая перемена заканчивалась. Дети побежали на уроки, и Паша шагнул ближе к сестре, взял ее легонько за шиворот, как мягкую персидскую кошечку. Какая бы она не была противная,
"А ну тихо там!" - крикнула Просто Мария и встала, пошла по раздевалке разгоняя школьников, как волны в море.
– Батурин, ты куда так гонишься, как на пожар! Опаздываешь? У тебя двадцать минут отдыха было! Надо было успевать!
Динный как телеграфный столб Батурин замедлился и начал подпихивать впереди идущих учеников. Возникла настоящая пробка из детских тел. Раздевалка находилась ниже уровня первого этажа и туда вела только одна лестница, которая сейчас не справлялась с потоком желающих учиться.
"Не хулиганить!" - надрывалась Мария Сергеевна и по мере сил регулировала движение. Старшеклассника с сестрой она посадила на свою скамеечку во избежание. У них всё равно уроки кончились, подождут пару минут от греха подальше.
– Пошли!
– захныкала Даша, которой надоело сидеть и уже тошнило от местной духоты и тесноты.
– Погоди, - буркнул Паша, - сейчас отведу тебя домой.
Через минуту в раздевалке остались только они трое. Мария Сергеевна вытерла пот со лба широким размашистым жестом и улыбнулась детям.
– Зоопарк! Полный Хаос! Большая перемена - это нечто невообразимое!
Говорила она как учительница литературы, пафосно, напыщенно и не всегда понятно, но всего лишь дежурила в раздевалке, помогала на школьных праздниках и иногда мыла полы в школе. Дети внимания на женщину не обращали, пока не начинали зимой терять шапки, варежки, иногда даже портфели, сумки и ноутбуки. Тогда без старенькой кастелянши в аккуратных очках было уже не обойтись. Она открывала коморку ключом, который принадлежал только ей и доставала потерянные вещи.
"Пойду, проверю под скамейками. Обычно там наши рассеянные с улицы Бассейной любят забывать мелочушку", - Мария кивнула детям и медленно, не оглядываясь,пошла прочь, высматривая потерянные вещи.
Паша достал из рюкзака мобильник и мельком глянул на цифры.
– Пятнадцать минут до курсов, пошли бегом.
Даша не двинулась с места и не собиралась бежать за братом, только скривила рот и молчала.
– Чего сидишь?
– еле сдерживаясь, прошипел сквозь зубы Паша, - пойдем, я спешу.
– Мама придет с работы в шесть. А папа в девять. Мне нельзя самой гулять.
– Я открою дверь и пойду на курсы. Будешь сама дома. Ты уже взрослая.
– Я боюсь сама. Мама написала в записке, чтобы ты взял меня с собой.
– Покажи.
Родители иногда оставляли записки на столе или в двери, но редко. Обычно мама успевала прийти раньше Даши, покормить её, оставить обед сыну и уйти вместе с дочкой на работу. Тогда Паша спокойно шел на курсы, занимался, возвращался домой, кушал от пуза, читал и даже делал уроки, пока семья возвращалась. Он любил когда все шло ровно и без препятствий. Школа - курсы - отдых - уроки. Сегодня традиция была нарушена.