Сам себе Парамон
Шрифт:
– Данька, мы сейчас поедем в одно место… – Он в замешательстве кашлянул. – Ты только не пугайся. – Он с волнением окинул его взглядом.
Мальчик не реагировал. Он стоял, низко опустив голову, и рассматривал свои ноги. На нём был только один тапок, второй, видимо, потерялся, когда он сопротивлялся, или когда отец нёс его. Даня смотрел на свою одетую в носок ступню и чувствовал, что сквозь тонкую ткань ощущает прохладу напольной плитки. Он понял, что его начинает трясти, но не от холода, а от осознания того, что произошло что-то
– Я всё испортил? – надломленным голосом спросил он. – Теперь уже не будет так, как раньше?
– Будет ещё лучше, – уверенным тоном произнёс отец и подал сыну куртку.
***
Они молча ехали по пустынному ночному шоссе. Отец уверенно вёл машину и время от времени посматривал на сидящего рядом Даньку. Мальчик держался рукой за ремень безопасности и внимательно глядел на дорогу. В его взгляде больше не было ни испуга, ни тревоги. И Александр подумал, что, возможно, всё произошедшее к лучшему.
Через полчаса они свернули на глухую просёлочную дорогу. Внедорожник мягко пружинил по ухабам и уверенно освещал фарами узкую колею.
Александр поднёс ко рту запястье и что-то быстро сказал в него на непонятном языке. Данька встрепенулся и внимательно на него посмотрел.
– Что ты делаешь? – в замешательстве спросил он.
– Я разговариваю со своими друзьями. – Отец бросил на сына испытывающий взгляд. – Чтобы тебе было комфортнее, я буду говорить на привычном для тебя языке. Я просто предупредил их. – Он снова поднёс запястье ко рту и уверенно произнёс: – Встречайте! Я с Даней.
Мальчик с любопытством окинул отца взглядом. Такое до боли родное лицо, привычная трёхдневная щетина, знакомый изгиб рук. Но на его запястье не было никакого устройства. Кто же он?
Александр прижался к обочине и остановил машину. Когда они вышли, глухая чаща встретила их своей угрюмой безмолвностью и кромешной темнотой. Данька с тревогой посмотрел вглубь леса и вложил ладошку в руку отца.
– Не бойся, – ободряюще сказал Александр. – Тебе здесь совершенно нечего бояться. – Он крепко сжал руку сына.
Они стояли рядом с автомобилем. Проплывающие по небу облака скрыли под собой свет и без того тусклой луны, отчего стало ещё темнее. Где-то вдалеке заунывно ухнула сова.
Мальчик снова напрягся, но тут же изменился в лице. Над самой их головой, высоко в небе вспыхнула яркая точка и стала увеличиваться в размерах. Она росла, пока не разлилась в пространстве гигантским световым пятном. Пятно заискрилось и в нём образовался проём, из которого вынырнул большой летательный аппарат. Он был плоский и круглый в сечении, а в его середине находился отливающий металлом купол. Мигая навигационными огнями, аппарат опустился и завис прямо над ними.
Данька задрал голову и с восхищением на него посмотрел. Порыв ветра распахнул его незастёгнутую куртку, но мальчику было всё равно. Он всплеснул руками и,
– Папа! Это же летающая тарелка!
Отец кивнул и слегка улыбнулся. Подойдя к сыну сзади, он взял его за плечи.
– Мы сейчас туда поднимемся, – он привлёк его немного к себе. – Ты не боишься?
– Нет! – Данька радостно засмеялся. – Совсем нет.
На дне летательного аппарата яркими светящимися линиями обозначился правильной формы квадрат. Он слегка завибрировал и растаял. Из возникшего отверстия перпендикулярно земле хлынул поток пронзительного света и через секунду преобразовался в полупрозрачную густую субстанцию.
Александр указал на неё рукой:
– Не бойся! Эта штука поднимет нас наверх. Надо всего лишь в неё войти. – Он взял сына за руку и повёл к образованию.
Данька послушно последовал за ним. Когда он вступил в субстанцию она обволокла его и слегка наклонила. Через секунду он почувствовал парение и понял, что взлетел над землёй. Оказавшись наверху, он первым делом нашёл глазами отца. Тот выходил из поднявшего его потока и широко улыбался мальчику.
– Не страшно? – с волнением спросил он.
– Совсем нет, – ответил обалдевший Данька.
Мальчик осмотрелся. Они оказались в маленьком залитом светом пространстве. Его стены напоминала сморщенные меха гармошки, которые то сжимались, то разжимались. И складывалось впечатление, что пространство дышит.
Отец перехватил взгляд сына:
– Это стыковочный шлюз, – пояснил он.
Они подошли к герметично закрытым створкам и Александр прикосновением запястья открыл их. Перед Даней предстала рубка космического корабля. За пультом управления в больших пилотных креслах сидели два человека и внимательно смотрели на него. Мальчик понял, что начинает теряться.
– Даня, это мои коллеги – Альзов и Якааб. – Александр подошёл к ним, и они по очереди соприкоснулись лбами. – Ты уже, наверное, догадался, кто мы? – Отец внимательно взглянул на мальчика.
– Вы инопланетяне? – восторженно воскликнул Данька.
– Да! – Александр кивнул и приблизился к нему. – Тебя это не пугает? – Он присел на корточки и обнял сына за талию.
– Нет, меня это не пугает, – ответил Данька и для наглядности отрицательно мотнул головой. – Только я не понимаю, ты ведь мой папа… – Он в недоумении взглянул на отца.
– Я твой приёмный папа, – ответил Александр и принялся теребить пуговичку на куртке сына. – Я усыновил тебя ещё в младенчестве. – Он заглянул мальчику в глаза.
– А зачем ты это сделал? – в голосе Даньки проскользнули тревожные нотки. Он бросил беглый взгляд на друзей отца и заметил, что те потупили глаза.
– Я должен был передать тебе свои необычные знания… – Александр замолчал, подбирая слова. – Но это нужно не только тебе… – Он тяжело вздохнул.
– А кому ещё это нужно? – Данька взволновано на него посмотрел.