Самозванцы
Шрифт:
— Ну, а нам за твой товар свои головы подставлять почто? — грозно спросил Крапивин.
— Так я заплачу, — снова засуетился купец. — Алтын!
— Алтын?! — Чигирев презрительно фыркнул. — За охрану? Да ты в уме ли, купец?
— Ну, а вы сколько спросите? — жалобно осведомился купец. — Только денег у меня нынче мало. Всё на товар ушло.
— Три, — жестко произнес Крапивин.
Лицо Ефима сделалось плаксивым.
— Три — то дорого, — простонал он. — Может, за два?
— Пес с тобой. Два, — фыркнул Крапивин. — Когда выходим?
— Сейчас, миленькие мои, сейчас, — вновь засуетился купец. — Только упряжь приладим.
— Да
— Как скажете, государи мои, как скажете, — Ефим вскочил с лавки и, низко кланяясь, отошел в сторону.
— Зачем тебе это надо? — негромко спросил Чигирев у Крапивина, когда купец удалился. — Денег у нас достаточно, а верхами, без обоза, мы уже завтра к вечеру на Москве будем.
— Есть такой термин: «легализация», — спокойно ответил Крапивин. — Когда будем на Москве, нам совсем не помешает человек, который сможет подтвердить наши личности. А послезавтра и этот Ефим, и все его люди хоть под пыткой подтвердят, что мы из Сибири. Да и в город нам войти стоит вместе с людьми, не вызывающими подозрений. Правильно я говорю, Игорь?
Басов как-то неопределенно пожал плечами, что могло означать от «совершенно верно» и «наверное» до «решайте сами».
И снова путников окружал дремучий русский лес. Щадя утомленных долгим передвижением в седле Крапивина и Чигирева, Басов предложил всем спешиться. Теперь они вышагивали впереди обоза из четырех телег, держа коней под уздцы. Разговор не клеился. Разведчики опасались, что их слова могут подслушать возницы или Ефим. Кроме того, известие, что обоз рискует подвергнуться нападению, заставило Чигирева напряженно всматриваться в густую чащу, а Крапивина двигаться так, как он привык ходить в зоне боевых действий, медленно «сканируя» окружающее пространство всеми пятью органами чувств, плюс максимально используя необычайно развитую у него интуицию. Один Басов, казалось, был совершенно беззаботен и спокойно шагал по дороге.
Хмурое октябрьское небо всё больше темнело, явно грозя пролиться на землю противным осенним дожем. Холодный встречный ветер пронизывал до костей.
— Непогодится, — поежился Басов.
— Ничего, Ефим сказал, что через час — постоялый двор, — недовольно отозвался Крапивин.
И в этот момент лихой разбойничий свист пролетел над дорогой, заставив путников остановиться. На них прямо из лесной чащи вышли три человека и перегородили дорогу. Вид у незнакомцев был весьма угрожающий. Все, как на подбор, — здоровенные мужики со всклокоченными немытыми бородами, одетые в крестьянскую одежду. Один держал в руках саблю, другой — топор, третий — кистень. Бросив взгляд назад, Крапивин увидел, что к обочинам из зарослей вышли еще трое разбойников с топорами и рогатинами. Эти взяли обозных лошадок под уздцы, а еще двое — один с кистенем, другой — с топором перекрыли дорогу сзади.
— Будешь работать сзади. Только саблей, без пальбы, — быстро прошептал Басов, обращаясь к Крапивину.
— Ясно, — отозвался Крапивин.
— Куда путь держите, люди добрые? — неприятно ощерившись, громко произнес мужик с саблей. — И не желаете ли поделиться товаром вашим и мошной с рабом божьим Хлопоней, Христа ради?
— Не желаем, — сухо ответил Басов. — А ежели сей раб божий пути добрым людям не даст, то пострадать через это может.
Над обозом повисла
— Нехорошо говоришь, — промолвил после непродолжительной паузы Хлопоня и вдруг неожиданно ловким движением метнул Басову в горло выхваченный из-за пояса нож.
Мгновенно обнажив саблю, Басов отразил ею нож и ринулся вперед. Б тот же момент Крапивин рванул назад, к телегам. Замешкавшийся на мгновение Чигирев тоже выхватил саблю и поспешил за Басовым.
Разбойники тоже двинулись на своих противников. Однако, когда до Басова оставалось буквально два шага, Хлопоня неожиданно остановился, предоставив атаковать бойца идущему слева товарищу. Легко уклонившись от удара кистеня, Басов, словно играючи, срубил голову противнику и в мгновение ока оказался рядом с главарем. Хлопоня даже не успел поднять оружие, прежде чем Басов пронзил его молниеносным выпадом басовской сабли.
Б тот же момент Чигирев увидел третьего разбойника. Тот нёсся на историка, занеся над головой топор. Мгновенно сработал рефлекс, который выработал у своего ученика Басов. Отступив влево на полшага, Чигирев пропустил мимо себя смертоносное оружие и воткнул саблю в бок бандиту. Издав протяжный крик, тот повалился на дорогу. Чигирев выдернул саблю из тела разбойника и остановился в нерешительности. Его вдруг начала бить мелкая дрожь. Он впервые убил человека! Настоящего, живого. Который только секунду назад…
— Чего клювом щелкаешь… — рявкнул внезапно оказавшийся рядом с ним Басов. — Бон, у сотника беда.
Эти слова быстро вывели историка из ступора. Со всех ног он бросился следом за Басовым.
Крапивину действительно пришлось нелегко. Подскочив к первому бандиту, он мощным ударом сабли раскроил ему голову и ринулся дальше. Там его встретили уже двое. Не в силах устоять перед яростным натиском гиганта, они начали отступать, с трудом защищаясь от обрушившегося на них града сабельных ударов. Но тут им подоспели на подмогу еще двое товарищей, зашедшие Крапивину в тыл. Теперь подполковник оказался в окружении. С диким ревом вращая саблю и вертясь на месте, он отбивал непрестанные атаки осмелевших противников.
Помощь пришла незамедлительно. Б мгновение ока оказавшийся рядом с Крапивиным Басов молниеносным выпадом сразил одного из нападающих. Подоспевший за ним Чигирев атаковал второго. Неловко увернувшийся от его выпада бандит взвыл, когда сабля историка полоснула ему руке, выпустил рогатину и бросился наутек в лесную чащу. Почувствовав поддержку, Крапивин мощным движением рассек грудину третьего противника. Четвертый в ужасе метнулся прочь.
Победители застыли на месте, осматривая прилегающие заросли. Однако лишь треск ломаемых веток свидетельствовал о присутствии посторонних в этом диком лесу.
— Ловите их, ловите! — заголосил Ефим, вылезая из-под телеги. — За вора-то пойманного награда причитается!
— Сам лови, — недовольно буркнул Басов.
Он поднял с ближайшей телеги кусок холстины, вытер им саблю от крови и легким движением спрятал смертоносное оружие в ножны. Его примеру последовали и Крапивин с Чигиревым. Стоявший в нерешительности купец почему-то отступил назад, и на лице его отразился испуг. Очевидно, он решил, что столь грозные спутники после своей блестящей победы над бандой Хлопони непомерно увеличат плату за сопровождение обоза или вообще отберут товар, а его самого прикончат.