Самозванцы
Шрифт:
— Что там? — спросил Чигирев у одного из стражников.
— Царь на боярина нашего осерчал, — явно волнуясь, ответил тот. — Стрельцов из Кремля прислал. Выдать Федора Никитича требуют.
— И что будет?
— Как боярин скажет, так и сделаем, — ответил стражник. — Повелит на милость царя отдаться — отдадимся. Повелит костьми лечь — ляжем.
Чигирев поморщился. Перспектива «лечь костьми» за Федора Романова его явно не вдохновляла.
Толпа расступилась, и в сопровождении двоих дворян к воротам вышел Федор
— Кто меня звал? — зычным голосом крикнул он, обращаясь к невидимому собеседнику за воротами.
— Петр Басманов я, — последовал оттуда ответ. — Грамота у меня от государя к тебе, боярин. Велено тебе к царскому двору под стражею немедля быть. А людям твоим велено нам помех не чинить, в палаты царевых людей впустить и оружие сложить. Если же ослушаетесь царева указа, то будешь ты, боярин Федор, изменником оглашен. А люди твои, аки воры, в железа закованы будут и перед царем на суд и расправу предстанут.
Ни один мускул не дрогнул на лице Федора Никитича.
— Государь наш нынче немощен, — громко объявил он. — Не мог грамоты сией писать. Заговор супротив меня худые бояре затеяли. А ты, Петька, сам изменник государю и есть. Прочь от ворот моих!
— Одумайся, боярин! — прокричал Басманов. — Гнев царский на себя навлекаешь. Со мною стрельцы числом многим. Силою тебя возьмем.
Не удостоив царского посланца ответом, Федор Никитич быстро обвел собравшихся глазами, ткнул пальцем, указывая на трех человек, и произнес:
— Вы, трое, со мной. Остальным оборону держать и стрельцов в палаты не пущать.
Немедленно всё пришло в движение. Выскочивший вперед Петр Малахов скомандовал:
— Кто с огненным боем, в первый ряд становись. Остальным за стрелками стоять.
Люди сорвались со своих мест, выполняя приказание. Только Басов, Крапивин и Чигирев замешкались. Это не укрылось от зоркого взгляда Федора Никитича.
— Ты, — ткнул он пальцем в Басова, — тоже со мной иди. Ты, — он указал на Чигирева, — к первому писцу моему ступай. А ты, — боярский перст потянулся к Крапивину, — при Петре стой.
Распорядившись таким образом, Романов зашагал в дом. За ним поспешили отобранные им люди. Разведчики обменялись взглядами. Всем троим хотелось обсудить ситуацию, но они понимали, что даже секунда промедления может быть воспринята окружающими как измена. Хлопнув Крапивина по плечу, Басов двинулся за боярином. За ним последовал Чигирев.
Подполковник остался один. Немедленно к нему подскочил Малахов.
— Чего рот раззявил?! — рявкнул он. — Вон, на правой руке людишки неровно встали. Поправь. Да проследи, чтобы копейщики прям за стрелками встали. Времени уж нет.
Времени явно оставалось мало. Ворота уже гудели под мощными ударами тарана. Выхватив саблю, Крапивин ринулся на правый фланг.
Совместными усилиями
Под натиском тарана ворота рухнули, и в образовавшуюся брешь с яростными криками ринулись облаченные в красные кафтаны стрельцы, вооруженные саблями и бердышами.
Раздался неровный залп первой шеренги защитников. Некоторые из прорвавшихся во двор стрельцов повалились на землю. Стрелки первой шеренги быстро опустились на одно колено. Тут же захлопали выстрелы второй шеренги обороняющихся. По двору поплыл едкий пороховой дым. Разрядив свое оружие, стрелки отступили назад, под прикрытие копейщиков. Теперь строй ощетинился копьями и алебардами.
Однако атакующие явно не намеривались бросаться на противника. Те из стрельцов, кто остался в живых, быстро ретировались, а в воротах возникли стрельцы, вооруженные мушкетами. Первый ряд опустился на одно колено, второй прицелился, встав в полный рост. Грохнул залп. Несколько защитников, стоявших в первых рядах, повалились на землю. Строй дрогнул.
— На месте стоять! — взвыл находившийся на правом фланге Малахов.
«Это же самоубийство! — пронеслось в голове у Крапивина. — Стоять в полный рост, плотным строем, под огнем противника, бьющего с тридцати метров…»
Вперед снова вышли стрелки. Грохнул новый залп. Из-за густых клубов порохового дыма, плывших по двору, стрелки били почти вслепую, но в плотном строе каждый заряд находил свою жертву.
Когда дым чуть рассеялся, стало видно, что двое стрельцов лежат неподвижно. Несколько человек в задних рядах тоже пали. Однако это не помешало атакующим произвести третий залп. За ним почти сразу последовал четвертый.
Строй защитников смешался окончательно Очевидно, это и требовалось стрельцам. Теперь с бердышами наперевес они снова ринулись во двор, а навстречу им двинулась толпа боярских воинов. Последние остатки строя распались.
— Твою мать, песьи дети! — взвыл Малахов. — Строй держите!
Было уже поздно. Два отряда с грохотом сшиблись. Зазвенело оружие. Первые минуты Крапивин не мог протиснуться сквозь плотный строй соратников, но вот бившийся перед ним воин повалился на землю, закрывая руками рассеченное саблей лицо, и перед Вадимом предстал разгоряченный боем стрелец. Инстинктивно Крапивин сделал выпад и воткнул свою саблю в живот атакующему. Тот охнул, скрючился и рухнул прямо на павшего под его ударом противника.