Самозванец

Плакса Миртл

Руквуд применил Акцио, и артефакт выехал из-под кровати.

– Твой, что ли?
– спросил он у Нотта.

– Не...

– А давайте глянем, - сказал Руквуд. Он размешал палочкой содержимое думоотвода и вытянул со дна какое-то воспоминание.

Ему попалось воспоминание, в котором Дамблдор в возрасте лет сорока вразумлял юного Хагрида в рейвенкловской форме:

– Послушайте, юный натуралист, ваша любовь к экзотической фауне достигает уже паранойи! А если ваш питомец захочет студентами полакомиться?

Хагрид

невнятно бормотал оправдания, что ядовитый арахноид из коробочки не выходит.

– Так это думоотвод Дамблдора, - сказал Руквуд и потянул еще одно воспоминание. Нотт прищурился:

– А как он здесь оказался?

– У Дамба спионерили думоотвод и нам подсунули!
– взвился Барти.

– Это не я, - хором отреклись Руквуд и Нотт.

– Я догадываюсь, что не вы, мальчики-колокольчики! Кто-то нам решил заподло сделать! Дамб будет искать и найдет... Август, а ну поменяй запирающее!

Поскольку думоотвод нашелся именно под его кроватью, мысль Барти потекла в направлении поиска подозреваемых.

Версию о мародерском проникновении Барти отправил в дальний угол сознания. Конечно, Поттер мог подлететь на метле к окну директорского кабинета, разбить стекло и утащить думоотвод. Конечно, Сириус мог узнать у Люциуса, Регула или сестер Блэк пароль в слизеринскую общагу и номер Бартиной комнаты. Но для мародеров это слишком сложная многоходовая операция, требующая предварительного планирования.

Зато Люциус Малфой уже лазил к Дамбу в закрытый кабинет. Значит, догадался, кто его раздел.

Наутро, когда все ушли завтракать и общежитие опустело, Барти вернул думоотвод Люциусу. И тоже под кровать поставил. Бъем врага его же оружием.

* * *

Выбив в министерстве дополнительное финансирование, Дамблдор возвернулся в Хог и на следующий день обнаружил пропажу в своем кабинете. Он позвал эльфа, которому в свое отсутствие поручал кормить феникса, и на него завопил. Домовой признался, что во время ловли феникса бросил дверь кабинета нараспашку.

Дамблдор созвал всех домовых и разогнал по Хогу - обыскивать комнаты.

– Господин директор, вот ваш думоотвод... Он стоял в общежитии Слизерин, в комнате Люциуса Малфоя и Северуса Снейпа.

– Ведите их сюда, - проскрипел директор, багровея.

Вскоре Люциус и Снейп прибыли.

– Северус, - прошелестели скорбные уста директора, - зачем же красть? Ты бы попросил - я б тебе и так дал. Северус! Нет тебе после этого доверия! А я рассчитывал тебя на кафедре оставить... Ты понимаешь, Северус, что ты перечеркнул свое будущее? Вот так вот, - Дамб показал вручную, - и жирный крест! Я тебя, Северус, такой рекомендацией осчастливлю, что не возьмут такого воровитого выпускника даже посудомойкой в «Кабанью голову».

Ораторские способности Люциуса исторгли такую речь:

– Сэр, у Снейпули алиби! Я же с ним круглосуточно. Выходит из своей берлоги

только в столовую и на пары. Всё варит. Понимаете, сэр, когда домовые выволокли у нас этот думоотвод, у нас со Снейпулей челюсть отвалилась до центра Земли! Сэр! Ну зачем нам воровать думоотвод? Qui prodest? Точно не нам со Снейпулей! Снейпу нельзя позорить свою репутацию! А мне если понадобится - то мне купят. Только мне не понадобится, потому что я не окклюмент.

– Мистер Дамблдор, - повесил голову Снейп, - это нам подсунули. Оклеветали нас!

– Кого обвинять начнете?
– откинулся на стуле Дамблдор, сцепив пальцы на животе.

Люциус затараторил:

– Знаете, господин директор, я раньше думал, что у меня врагов нет. Я со всеми дружу, Снейпуля тоже никого не обидел. А теперь, после «Отелло», я убедился, что есть враг! Кого-то завидки съели! Со стороны может показаться, что я очень счастливый и у меня есть всё, кроме проблем. И Снейпу можно позавидовать, за то, что он умный.

– Я сам был поражен, и весьма неприятно, узнав, что мой думоотвод был найден именно в вашей спальне. Предположим, мальчики, я вам поверю. В ваше «кто-то позавидовал». Но думается мне, что у вас есть кандидатурочка на примете.

– Да, сэр.
– заговорил Снейп.
– И мы уверены, что вы думаете о том же человеке, что и мы. Подсунуть нам мог только слизеринец. И мы считаем - что это тот самый, который уже проникал в ваш запертый кабинет. Брал ваш волос, вашу мантию, вел за вас урок окклюменции, пользуясь вот этим самым думоотводом...

– Резонно.
– согласился Дамблдор.

* * *

Барти явился на зов. Дамблдор одарил его снисходительным взором и назидательно произнес:

– Барти, разве ж так привлекают внимание любимого человека?

Барти выпучил глаза:

– Вы о чем???

– Ты как маленький мальчик, дергающий девочку за косички, подставляющий подножки, снежками обкидывающий, а это у него любовь такая. Я понимаю, Барти, у тебя ревность ко всему, что движется, особенно к Снейпу. Да еще и ты сам себя не понимаешь, это ведь твоя первая влюбленность - мальчик. Ты сам себе стесняешься признаться, а тем более - ему, самому популярному парню в колледже. Но зачем же так агрессивно, Барти?

– Вы в чем меня подозреваете?!
– проблеял пораженный Барти.

– Я помогаю тебе осознать, что твои чувства к Люциусу - это не стыдно, не запретно. Любовь, она и в Африке любовь. Главное - встретить взаимность и быть счастливым. Эх, маглы раскрепощеннее, уже и жениться на мужиках разрешили, а мы живем по старинке...

– Мистер Дамблдор, вы что считаете - если у меня нет девчонки, так сразу гомик???

– Это же видно и слышно со всех сторон! Ты превращался в девушку, одевал ее одежду. И зашел в класс под руку с Люциусом, пока он не догадывался, что ты - это ты.