Самозванец
Шрифт:
К тому же этот зазнайка очень гордился своей физиономией и не мог позволить фанаткам разочароваться, когда они увидят его избитую рожу. Хватит и разбитой губы. Хотя тут они, скорее всего, его пожалеют. Но в любом случае это вряд ли усилит его позиции в рейтинге.
— Мы ещё сочтёмся… — процедил он.
— Обязательно! — Снисходительно пробежался по нему взглядом. — Вот только в математике я тебя обошёл. Смотри не обсчитайся.
Последнее слово осталось за мной, когда они покинули раздевалку. Я прошлёпал по хрустящим обломкам пластика к подсобке. Взял швабру и сгрёб
Прибравшись, пошёл к шкафчику и с удивлением обнаружил, что одежда пропала.
— Ну это уже какой-то детский сад! — возмутился я.
И потом возмутился ещё больше, когда понял, что меня заперли. Ума не приложу, как им это удалось, но дверь оказалась заблокированной. Подёргав её ещё, попробовал приложиться плечом, но понял, что скорее выбью его, чем дверь. А получать травмы таким нелепым способом совсем не хотелось. Но и торчать тут — тоже. Было гаденькое чувство, что тогда они победят.
Оставалось только одно — позвать на помощь Шена.
И тут меня ждал третий сюрприз. Браслет оказался сломан. Шипы Арни пробили пластик. Экранчик пару раз моргнул цветастыми всполохами и погас навсегда.
— Покойся с миром… — вздохнул я и покосился на окно.
Тренировочные залы низшего класса располагались на втором этаже над холлом. Прыгать было не так высоко, тем более под окнами как раз торчал козырек. Недолго думая, полез туда.
Ну и, конечно же, зацепился полотенцем за раму и спрыгнул на козырёк, растеряв даже шлёпки.
— Вот от тебя я такой подлости не ожидал! — укоризненно глядя на развивающееся на ветру полотенце, прошептал я.
Пришлось подобрать шлёпки и в чём мать родила спрыгнуть с козырька на клумбу, и уже с неё на землю. Адам, ни дать ни взять. Осталось только найти себе Еву.
Прикрыл достоинство рукой и походкой победителя пошёл к парадным дверям спортцентра, чётко понимая, что камеры, безжалостно выискивавшие самые рейтинговые происшествия, теперь направлены на меня. Благо идти было недалеко — всего лишь за угол и ещё метров десять.
Девчонки, издали поглядывавшие на меня, хихикали и шептались, парни смотрели с недоумением, один даже покрутил пальцем у виска.
Но я не терялся, шёл гордо расправив плечи и сдержанно улыбался. И, как назло, впереди показалась Ляся. Дама, из-за которой Джонни ненавидел меня ещё больше. Сплетни, что чернобраслетный отброс побывал у неё в гостях, расползлись ещё до того, как я переступил порог комнаты.
— Рэй!.. Почему ты голый? — обомлевшая от удивления девушка даже приоткрыла ладонью рот.
— Хочу равномерный загар к лету, — отшутился я и подмигнул.
Камера на корпусе здания, чуть не сломала свою металлическую «шею», пытаясь запечатлеть этот момент.
— Ну, ты даёшь! — смущённо, но не менее восхищённо, произнесла она, понимая, что это шутка.
И всё-таки правильно говорил тренер: «уверенность, невозмутимость и небольшая доля нахальства редко портят образ мужчины в глазах женщины».
Глава 21
Три
Приятно осознавать, что дамы оценили не только мою смелость, но и внешний вид. Сотворил, что сотворил, только из духа противоречия, не желая, чтобы Джонни и шайка добились своего — заперли меня как первоклассника. И такой чумовой эффект!
Я, конечно, знал, что обнажаясь можно собрать много внимания и приподняться, но думал, что это только с красивыми девушками работает. Оказалось — нет. Девушки тоже люди, и совершенно не против попялиться на оголившегося парня.
Рейтинг мой значительно возрос, я обошёл некоторых ребят из бронзы, оставив позади всех чернобраслетных братьев. Руби, надо сказать, отставала от меня всего не четыре позиции, также обойдя всех из нашего сектора.
Ещё из приятных новостей — меня не оштрафовали за потасовку, а значит, можно было и дальше копить монеты или тратить их на тренировки. К сожалению, шайке золотых уродцев тоже ничего не сделали. Всё как-то очень быстро замялось, и даже ректора не стали оповещать.
Браслет в тот же день выдали новый, как и форму, взятую откуда-то из резерва.
А сегодня нас освободили от занятий, что тоже не могло не радовать. Праздновался день душевной чистоты, но вместо того, чтобы думать об этой самой душе, нас почему-то отправляли на горячие источники. Как оказалось, между скалами, опоясывавшими территорию кампуса, имелся огороженный забором участок, который вёл к реке, небольшому горному водопаду и тем самым источникам.
Из грустного — девчонки и парни в этих источниках должны были отдыхать раздельно. Шен когда узнал, чуть идти не перехотел. Но Терр быстро напомнил ему, что тот умеет вытягиваться и может прихватить с собой зеркало. Ну, так, чисто на всякий случай, вдруг пригодится.
Из радостного — нас не стали делить по цветам. Каждый мог записаться на удобное время и пойти со своей группой. Сто сорок человек за вычетом пропавших поделили на четыре группы. Шен с Терром вписали меня во вторую вместе с собой, обосновав, что в это время идут самые горячие девчонки. И не соврали. Одних только Руби и Ляси было достаточно, чтобы счесть группу самой горячей. Но как пояснили парни, там будет и ещё на кого посмотреть. Кроме того, сопровождающей у девчонок оказалась не кто иная, как та самая доктор Дэниелла, увиденная мною в первый день оп прибытии в Школу, и отчитывавшая блондинку-медсестру за безответственность.
Мы покидали в рюкзаки воду, плавки, кое-какую закуску, на которую потратили по монете, и рванули на великах в другой конец кампуса, к горной тропе, у которой нас ждали сопровождающие.
Доктор Дэни встречала девочек, физрук — мистер Роджерс — парней. С сопровождающими каждая группа составляла восемнадцать человек, и надо сказать, что почти все восемнадцать девчонок были хороши. С Лясей было ещё трое с золотыми браслетами, и каждая как с картинки. Стройные, подтянутые, видно, что времени на себя тратят много. Ну и хорошее питание — это всегда видно по цвету и стоянию кожи. Я бы провёл им пару персональных тренировок.