Самозванец
Шрифт:
— Ты только глянь, — шепнул Шен, — под школьной формой какая красота пряталась.
И действительно, в неучебный день на неучебное мероприятие все пришли в повседневной одежде. Кто в летнем платье, кто футболке и шортах. И пусть одежда была типовая, каждая красотка попыталась украсить её как можно оригинальнее. Золотые девочки, сговорившись, подвязали простые белые футболки под грудью в узелок, обнажая плоские животы. Руби с подружками пришли в бежевых летних платьях на бретельках, подвязав пояса и шарфы на талии, чтобы отличаться. Кто-то повесил брелочки и брошки — всю эту мелочёвку
Мы же с парнями были в обычных джинсах, майках, футболках, рубашках. Никакого креатива.
Правильно поняв мою реакцию, после осмотра наших шмоток, Терр произнёс:
— Мы смотреть пришли.
И был прав. Красоваться — удел девчонок. Хотя я поймал на себе пару заинтересованных взглядов, после чего барышни захихикали и отвернулись. К их разочарованию сегодня обнажаться больше обычного я не планировал.
Дождавшись всех записавшихся, мы оставили велосипеды и пошли между скал по проложенной дорожке. Прохлада и влажность освежали, сама тропа радовала видами. Здесь было так тихо и умиротворяюще, что даже едва доносившийся издали шум воды ввергал медитативное состояние. Все шли молча, заворожено глядя на величие скал и провожая стайку птиц, парящих над нами и следующих какой-то своей дорогой.
Когда вышли к водопаду, девчонки из золотых попросили Дэниеллу остановиться, чтобы сфотографироваться на планшет. Руби же достала из кармана своего лёгкого платья небольшой блокнот и набросала эскиз. Ляся просто наблюдала за водопадом, думая о чём-то своём.
Горная речушка оказалась не такой большой, как ожидалось, но зато показалась очень быстрой и способной сбить с ног любого желающего её перейти. Вдоль неё мы шли ещё минут пять и затем тропинка разделялась, выводя каждую группу к своей раздевалке, представлявших собой два небольших деревянных домика, упиравшихся в заборы, за которыми, судя по всему, и находились источники.
— Парни налево, девушки — направо, — скомандовал физрук.
Шен грустным взглядом проводил девчонок и поплёлся за Терром. Разделяя их тоску, тоже поплёлся следом.
Наскоро ополоснувшись и натянув плавки, напомнил парням не взять зеркало. Как оказалось, они взяли стразу три — чтобы всем хватило. Шен, пряча своё от сопровождавшего нас Роджерса, не знал, куда деть руки — то нелепо прятал за спину, то сплетал на груди, то снова за спину. Ни разу не подозрительно, ага.
Но Роджерс всё равно ничего не заметил и проводил нас до источников. Сам же расположился на одном из шезлонгов на веранде с журналом.
Вода оказалась не очень горячей, но в прохладе горной расщелины приятно согревала. Девичий смех, плеск воды и радостное щебетание доносились с другой стороны забора, но мы ничего толком не могли расслышать.
Меня удивило, что Джонни с прихвостнями не записались в эту группу, упуская возможность поглазеть на Лясю. Может, мест же не было, а может — из опасения спалить симпатию.
Мы какое-то время поперемывали им косточки, а потом перешли совсем на праведный гнев, но уже по другой причине.
— Мы, значит, девчонок не увидим, — посетовал Шен, — а зрители увидят.
Камера, направленная на источник наверняка присутствовала
— Надо найти место, где ни камера, ни Роджерс нас не увидят, — предложил я.
— Роджерс ничего не увидит. Он спит, — сообщил Терр.
И правда, тот сладко задремал, сложив на груди журнал.
— Значит, дело за камерой. Могу попробовать её слегка отвернуть, чтобы дальний край источника не попадал в обзор, — предложил я, и все радостно поддержали.
Пока возился, к нам подтянулось ещё несколько человек, увлечённых движухой. Шен радостным шёпотом посвящал в наш план всех желающих, и к моменту, когда камера поддалась, мы стояли уже плотной кучкой.
— Посмотреть в зеркало — одна монета! — гордо произнёс Шен.
Желающих не убавилось, хотя недовольное ворчание последовало. Предприимчивый червяк делал всё по заветам классиков: утром — деньги, вечером — стулья. А именно: сначала монета, переведённая на его браслет, затем полминуты просмотра в зеркало.
Мы с Терром шли вне очереди и бесплатно. Гордый Шен вытянул руку, стараясь не слишком близко стоять к забору, чтобы девчонки ничего не заметили, и настроился. Сначала полюбовался сам, потом пустил Терра, приговаривая, как же сногсшибательно хороши барышни в тоненьких маленьких раздельных купальниках, и тем самым разогревая толпу.
После Терра настала и моя очередь. И каждый норовил уточнить, что же я вижу. Первой на глаза попалась самая ярка леди — Руби. Её красная грива, собранная в пучок на макушке, будто полыхала пламенем, а изумрудный купальник едва сдерживал грудь, по которой катились капли воды.
Комментировать это никак не стал, решил оставить впечатления только для себя, но сообщил, что монета действительно стоит того.
Дальше зеркальце поймало двух золотых девочек, отбивающих надувной цветастый мяч. Как подпрыгивали при этом самые аппетитные части тела, не стоит и говорить. Их смех и радость, когда мяч подлетал вверх, были сравнимы с моей радостью от созерцания блестящих золотистых купальников лишь номинально скрывавших грудь и подтянутые попки.
Потом Шен выхватил Лясю на веранде, которая почему-то предпочла остаться в шезлонге рядом с доктором Дэни, и даже осталась в полотенце, из-под которого виднелись бретели верхней части купальника. Может, боялась обгореть, хоть солнце здесь и не палило, может, просто хотела спокойно подышать горным воздухом без активных развлечений в источнике.
Шен опять повернул зеркальце, но я попросил вернуть. Он удивился выбору, потому что тоже видел, что в зеркальце отражается Ляся в полотенце. Но заинтересовала меня не она.
Доктор Дэни что-то напряжённо писала кому-то по телефону. Хмурое серьёзное лицо отвлекало от приятных зрелых форм. Ей было слегка за тридцать, если определять на глаз. Немного старше меня прежнего, но не настолько, чтобы перестать быть интересной.
Дописав сообщение, она бегло осмотрела девушек, шепнула что-то Лясе и спешно скрылась за дверью. Это показалось мне любопытным, и я уступил свою очередь парням, готовым расстаться с накопленными монетками.