Самурай-буги
Шрифт:
Ито: визитка Мори попала в дом Миуры, потому что Миура взял ее сам, без спросу.
Более чем когда-либо Кимико Ито уверена, что здесь что-то не так. Она хочет, чтобы Мори удвоил усилия и сосредоточил всю энергию на деле Миуры, чтобы ничто не стояло у него на пути.
– Вы имеете в виду, отложить все другие дела? – спрашивает Мори. – Гм-м-м… Это может создать трудности для человека в моем положении.
Трудности – потому что откладывать больше нечего, и может быть нечего – еще долгие месяцы. Но Кимико Ито этого
– Я прекрасно понимаю ваше положение, – воркует она. – Вот почему я предложила специальный бонус, когда звонила в прошлый раз. Но, может быть, тридцати процентов недостаточно, чтобы компенсировать трудности, о которых вы говорите.
– Недостаточно? – выдыхает Мори, и трубка неожиданно становится легкой в его руке.
– Пятьдесят процентов более ощутимо. А если вам удастся раскрыть это дело, будет еще тридцать процентов. Вам подходят такие условия? Это поможет вам сосредоточиться, Мори-сан?
Мори отвечает, что поможет; и добавляет, что желает ей приятно отдохнуть. Кимико Ито говорит, что выходные несомненно окажутся приятными, если она будет знать, что Мори посвящает себя раскрытию дела Миуры. Потом она описывает вид из иллюминатора – изгибы рек, горы, подернутые оранжевым светом заходящего солнца. Здесь красиво, сообщает она.
Мори выглядывает из собственного окна. Вот что он видит: Синдзюку, ночная версия. Неоновый хаос, джунгли сигнальных огней. Толпы сарариманов пробираются по лабиринту узких улиц. Сырость, темнота, страшная гуща. А у нас, сообщает он Кимико Ито, по-прежнему идет дождь.
Что вы делаете, когда ниндзя, дразнивший вас из переулков, наконец выскакивает из-за угла? Что вы делаете, когда он выхватывает из рукава кимоно серебряную метательную звезду и поднимает руку, собираясь всадить ее вам в глотку? Вы делаете единственно возможную вещь. Вы быстро пригибаетесь.
Ричард Митчелл пригибается точно вовремя. Метательная звезда с жужжанием проносится над головой и ударяется в деревянный столб позади него. Концы звезды остры, как бритвы, и блестят от змеиного яда.
– Хо! – Ниндзя хрюкает от удивления и достает другую звезду. На этот раз он не промахнется. Митчелл отходит назад и прячется за грудой полных рисовых мешков. Краем глаза выхватывает силуэт за окном, затянутым бумагой.
– Здесь безопасно! Входи скорей.
Там гейша, заманивает его внутрь. Митчелл сомневается. Ниндзя скользит вперед, звезда сверкает в его руке. Выбора нет – ныряем! Пальцы ниндзя – сплошным мазком. Митчелл бросается в бумажное окно, проламываясь сквозь раскалывающуюся раму. Позади него метательная звезда врезается в мешок, и рис ручейком сыплется на землю.
Гейша ведет Митчелла в комнату с горячей ванной.
– Этот человек не может последовать за тобой сюда. Таковы правила нашего города.
Вздох облегчения. Правила города непостижимы, но на данный момент он спасен.
– Что вы ищете, уважаемый клиент? – говорит она, низко кланяясь.
Митчелл помнит фразу, которую ему дали.
– Я ищу меч Мусаси.
– Я могу помочь вам найти меч. Но сначала вы должны принять ванну.
Выбора снова нет. Гейша хихикает, когда Митчелл снимает с себя пыльную одежду. Отвернувшись, он омывает себя и робко погружается в воду. Кимоно падает с фарфорово-бледных плеч гейши. Она скользит в ванну, погружая его лицо в свои груди и обвивая ноги вокруг его талии.
Что-то не так. Митчелл ерзает, пытается выбраться из воды, однако ноги женщины крепко держат его. Внезапно он обмирает в панике. Она достает что-то из прически, какую-то жуткую шпильку сантиметров десяти длиной.
– Нет, – выдыхает Митчелл. – Прошу вас, не надо! Рука гейши уходит под воду.
– Ты нарушил правила нашего города, – говорит она с глумливой улыбкой.
– Я не виноват! Никто не объяснял мне этих правил!
Слишком поздно. Рука гейши выбрасывается вперед. Митчелл зажмуривает глаза. Когда он открывает их, между его бедер кружится багровый водоворот.
– Йоууу! – Митчелл срывает шлем и швыряет его на стол перед собой.
– Пожалуйста, будьте осторожны с этим, Митчелл-сан. Это крайне деликатная часть оборудования.
Девушка из рекламной службы смотрит на него с улыбкой. В ее голосе точно та же мелодика, что у гейши.
– П-простите, – мямлит он, и сердце у него бьется, как барабан. – Но это было потрясающе… Я хочу сказать, это было настолько РЕАЛЬНО…
– Разумеется, – говорит рекламная девушка, помогая ему снять громоздкие перчатки. – Наши исследователи имели доступ к новейшим работам по искусственному разуму и нейропсихологии. Это первая игра в мире, основанная на гиперреальности и применяющая КХИ, что означает…
Что означает – Когнитивная Холистическая Интерактивность, типичная идиотская аббревиатура. Поэтому у рекламной девушки не только голос, как у той гейши, но и черты лица. Повинуясь побуждениям КХИ, мозг Митчелла каким-то образом сконструировал гейшу из последней привлекательной женщины, которую он встретил перед тем, как облачиться в шлем и перчатки.
– Вы когда-нибудь слышали историю с синяками? Митчелл кивает, во рту у него до сих пор сухо. Кто-то из команды разработчиков обнаружил у себя на теле синяки после КХИ-индуцированного боя каратэ. Когда Митчелл впервые услышал эту историю, то не поверил – думал, маркетинговый трюк. Теперь, после десяти минут в шлеме, он готов изменить свое мнение. Пот течет по спине, а пульс колотится так, словно Митчелл только что пробежал кросс.