Сан-Андреас
Шрифт:
Она благодарно улыбнулась ему, но ничего не сказала.
— Вы всё верно поняли, боцман. Кроме всего прочего, я уверена в этом, потому что иного объяснения быть не может.
Паттерсон почесал подбородок.
— Я вот думаю относительно предстоящего допроса. Как мы будем его проводить?
— Я предлагаю сперва проверить их на честность, то есть выяснить, действительно ли они являются теми, кем себя называют. Хартли утверждает, что он механик. Им, выходит, займетесь вы. Симмонс говорит, что он старший оператор-торпедист. Значит, с ним поговорю
Никому из вошедших Паттерсон даже не предложил сесть. В течение нескольких секунд он холодно и задумчиво рассматривал их, а затем сказал:
— Я — старший механик Паттерсон. Временно я исполняю обязанности командира этого корабля. У меня к вам несколько вопросов. Почему эти вопросы возникли, вы узнаете позже. Кто из вас механик Хартли?
— Я, сэр.
Хартли был несколько выше, более кряжистым, чем Симмонс. В остальном они совершенно не отличались друг от друга. Смущение Маргарет Моррисон, когда заходила речь об этой парочке, теперь было понятным.
— Вы утверждаете, что вы — механик. Вы в состоянии это доказать?
— Доказать? — Хартли несколько опешил. — Что вы имеете в виду под этими словами, сэр? У меня нет при себе никакого удостоверения, если речь идет об этом.
— Можете ли вы пройти практический тест?
— Практический тест? — Лицо Хартли прояснилось. — Конечно, сэр. Я никогда не был в вашем машинном отделении, но это не имеет значения. Механик есть механик. Отведите меня в ваше машинное отделение, и я назову вам каждый механизм, который там имеется. Я могу это сделать с забытыми глазами — достаточно одного прикосновения. Я расскажу вам о предназначении каждого предмета оборудования, разложу его на части и тут же соберу.
— Гм, — хмыкнул Паттерсон и посмотрел на Джемисона. — Что вы скажете об этом?
— Я бы не стал терять времени, сэр.
— Я бы тоже.
Паттерсон кивнул боцману, который обратился к Симмонсу:
— Вы старший торпедист Симмонс?
— Д-да. А вы кто такой? — Маккиннон взглянул на это тонкое, наглое лицо и подумал, что кровными братьями они никогда бы не стали. — Вы — не офицер.
— Я — моряк.
— Я не отвечаю на вопросы моряков торгового флота.
— Не отвечаете, так будете отвечать, — рявкнул Паттерсон. — Мистер Маккиннон — не простой моряк. Равного ему среди моряков не найдешь. Он — старший матрос, что у вас соответствует мичману. Но даже это не имеет значения. Он действует в соответствии с моими приказами, и, если вы не подчиняетесь ему, значит, вы не подчиняетесь мне. Вы это понимаете?
— Нет.
Маккиннон спокойным, ровным голосом поправил:
— «Нет, сэр», когда разговариваете со старшим офицером.
Симмонс фыркнул. Мгновение — и Симмонс согнулся вдвое, булькая горлом и глотая воздух ртом. Не обращая на него никакого внимания, Маккиннон обратился к Паттерсону:
— Вы разрешите мне переговорить с этим человеком, сэр? Он явно подозрительная личность.
— Я с вами согласен. Можете
— Либо на цепь, голый хлеб и воду, пока мы не доберемся до порта, либо вы отвечаете на мои вопросы.
— На цепь! — прохрипел Симмонс, потому что не так-то легко прийти в себя после удара в солнечное сплетение, которым его наградил Маккиннон. — Вы не имеете права меня бить.
— Имеем и, если возникнет необходимость, будем бить, — ледяным тоном произнёс Паттерсон. — Я несу ответственность за всё, что происходит на корабле. Если я приму такое решение, вас просто бросят за борт. Если у меня появятся доказательства, что вы — шпион, вас как шпиона расстреляют.
— Я его лично допрошу, — сказал Маккиннон.
— Арчи, каковы можете... — в ужасе воскликнула Маргарет Моррисон.
— Успокойтесь, — ледяным тоном остановил её Паттерсон. — Я предлагаю вам, Симмонс, даже советую ответить на несколько простых вопросов...
— Вы — старший оператор-торпедист? — спросил Маккиннон.
— Конечно.
— Можете ли вы это доказать?
— Подобно Хартли, присутствующему здесь, у меня при себе нет соответствующего документа. А у вас нет торпед, чтобы испытать меня. Впрочем, вы не сможете отличить одну торпеду от другой.
— Где располагается ваша воинская часть?
— В Портсмуте.
— Где вы получили квалификацию старшего оператора-торпедиста?
— Конечно, в Портсмуте.
— Когда?
— В начале сорок третьего года.
— Покажите мне вашу расчетную книжку. — Маккиннон быстро пролистал её, а затем посмотрел на Симмонса:
— Чересчур новая и чистая.
— Некоторые люди умеют хранить вещи.
— Но сохранить старую вы не смогли, да?
— Что, чёрт побери, вы хотите этим сказать?
— Это либо совершенно новая книжка, либо ворованная, либо подделанная.
— О господи, я не понимаю, о чём вы говорите!
— Прекрасно все понимаете. — Боцман швырнул расчетную книжку на стол.
— Это подделка, а сами вы — лжец и совсем не старший оператор-торпедист. К несчастью для вас, Симмонс, я был помощником командора в торпедном подразделении Военно-морского флота. Ни в начале сорок третьего, ни раньше, ни позже не готовили операторов-торпедистов в Портсмуте. Их готовили в Родан-колледже близ Брайтона, в колледже, который до войны был ведущей женской школой в Британии. Вы — мошенник и шпион, Симмонс. Как зовут вашего сообщника на борту «Сан-Андреаса»?
— Я не понимаю, о чём вы говорите.
— Потеря памяти. — Маккиннон посмотрел на Паттерсона. — Вы разрешаете его запереть, сэр?
— Разрешаю.
— Никто не имеет права запирать меня, — заорал Симмонс. — Я требую...
Его голос перешел в визг, когда Маккиннон заломил ему руку за спину.
— Вы остаётесь здесь, сэр? — спросил Маккиннон.
Паттерсон кивнул.
— Я недолго. Вернусь минут через пять — десять. Нам больше не нужен механик Хартли?
— Конечно, не нужен. Простите, механик, но нам необходимо было выяснить.