Санация
Шрифт:
– Не учи меня, - проскрипел зубами Саня и сжал кулаки. Слова Фила эхом прокатились в голове Брюса, пронзая его нутро тысячей острых иголок.
– Я всего лишь хотел предостеречь тебя от возможных разочарований. А впрочем, это не моё дело! Поступай, как знаешь!
Мизантроп вышел из машины, громко хлопнул дверью и присел на одну из лежащих поблизости бочек. Все его нервы были натянуты, как тетива хорошего лука, вот только острие ядовитый стрелы так и не пронзило свою жертву, оставшись растворяться в душе Брюса. Наш герой надеялся, что его друг последует примеру, однако всё вышло иначе. Фил не только остался
29 апреля 2013 года...
Ничто так наглядно не демонстрирует естественный отбор, как стремление оказаться в вагоне метро. Пожилые люди перестают причитать и жаловаться на маленькую пенсию, а беременные женщины забывают про живот, вступая в жесточайшую борьбу за кусочек пространства. Начинается дикая давка, итогом которой для каждого из пассажиров становится стратегическая поза, в которой удаётся закрепиться до следующей остановки.
Повиснув на поручне, Брюс с интересом смотрел на то, как лихо одна старушка управлялась с планшетом, подмечая, что на фоне её обращения с техникой даже он чувствует себя дилетантом. "Что-то сильно я разволновался",- удивился мизантроп, ощущая ускоряющееся биение сердца. Всё-таки это была всего лишь прогрессивная бабуля. Когда же внутренний карман куртки начал дымиться, наш герой заподозрил неладное и чуть не обжёгся, вытащив оттуда раскаляющееся перо.
От прикосновений перо сразу охладилось, однако пульсировать не перестало. Сообразив, что оно может выполнять функцию передатчика, Саня начал искать способ принять входящий сигнал. Добиться, правда, получилось обратного результата: перо не выдержало тошнотворной тряски в руке и поспешило развалиться на части, не оставляя надежды на восстановление. От досады Брюс даже врезался лбом в злополучный поручень, не среагировав на приближение к станции, и ещё больше обозлился на мир. "Лучше б ты телефон обронила", - мысленно высказал свою критику в адрес Али наш герой.
Уже подходя к общежитию, он почувствовал знакомую вибрацию в кармане.
– Что надо?
– недовольно спросил мизантроп.
Взывавшим к вниманию Сани оказался Сид, один из немногих друзей в Минске.
– Привет, длинный. Ты в общаге?
– послышался весёлый голос на другой стороне.
– Зайди, проверь, - предложил наш герой.
– Если я не найду тебя в комнате, то позвоню ещё раз. Согласен?
– усмехнулся Артём.
Перспектива повторного звонка не понравилась Брюсу. Слова его друга редко расходились с действиями.
– Так что нужно?
– повторил Саня.
– В какой у нас аудитории семинар по истории?
– Более идиотский вопрос не мог придумать? Как держать вилку, например?
– раздражённо сказал мизантроп, временами подрабатывающий для одногруппника расписанием.
– Неа, - честно ответил Сид, ставя в тупик своей прямолинейностью.
– 506-ая аудитория, четвёртого корпуса.
– Пасибки. Зайдёшь за нами, - бросил на прощание Артём.
Ответить что-нибудь едкое Саня не успел, оказавшись вдруг сбитым с ног. Брюс выставил назад руки и ценой протёртых ладоней сдержал вес тела. Рефлекс этот был вынужденным, так как бережливость была для мизантропа лучше подушки безопасности.
– А это тебе за Яну, ублюдок, -
– Артём Викторович из будущего, как я понимаю, - вытерев кровь, предположил мизантроп, осмотрев обидчика. Кудрявая шевелюра на голове пришельца, характерная для Сида теперешнего, испарилась, сменившись короткой стрижкой. Облачён он был в странную чёрную майку с черепами, плащ и светлые джинсы, на голени левой ноги красовалась наспех намотанная повязка. Лишь одна вещь осталась неизменной, несмотря на время: начищенные бутсы. В глазах этого нового человека была если не ненависть, то явная антипатия.
– Из будущего? Думаешь, я так легко поведусь на твои уловки?
– гневно спросил Артём.
– Что для тебя убедительнее: календарь на моём ноутбуке или мнение беспристрастного прохожего? Могу ещё привести другого Сида, который существует в этом времени, - не растерялся Брюс, вооружившись аргументами в свою защиту.
– Кто бы мог подумать, что пройдоха Чиж действительно сможет перенести нас во времени!
– на мгновение улыбнулся пришелец, поверив мизантропу на слово. Ослабил хватку Сид с заметным сожалением: Саня, видимо, не созрел до версии желанной груши для битья.
– А Аля с крыльями быстрее сообразила, что к чему, - укоризненно покачал головой Брюс.
Лёгкий страх давно собрал чемоданы и укатил, зато наглость и ехидство, неразлучные спутники нашего героя, деловито зашаркали у порога.
– Аля? Бедняга, ей столько всего на голову свалилось, - с пониманием вздохнул Сид, с более мягким выражением лица рассматривая родное общежитие.
– О чём ты?
– не понял Саня.
– Психологическая травма. Иногда в её голове щёлкает переключатель, и она начинает видеть образы из прошлого, заново переживать события... Покажись ей на миг, что ты, например, Спайрекс, и она бы тебя растерзала. Эта Аля уже не то милое существо, которым ты её представляешь.
Саня невольно представил блондинку с пилкой для ногтей в руке, сидящую на его обезображенном трупе, и чуть не оставил на земле сегодняшний завтрак. Воображение довольно замурлыкало, убедившись в реальности представленных им картин.
– Вы там, надеюсь, не все с приветом?
– аккуратно спросил Брюс, невольно засмотревшись на кастет, красующийся на правой руке Артёма.
– Каждому выпали свои испытания. Либо ты, сжав зубы, берёшься преодолевать следующее препятствие, либо сдаёшься, и фигурка в чёрном балахоне в скором времени находит тебя, произносит несколько утешающих слов в стиле "со всеми бывает", и дарит забвение.
– С каких пор ты в философы записался? Ты же книги рассматривал, по большей части, как подставку для книг!
– фыркнул Саня.
– Меня заключили в Национальной библиотеке под стражу, так что мне, по-твоему, там было делать? Крепости из энциклопедий надоели, самолётики из вырванных страниц тоже, в качестве метательного предмета книга тоже не годится, предпочитаю нож. Кроме еды я ничего не получал, даже кровать и подушку пришлось делать из подручных средств.
– Не позавидуешь, - искренне посочувствовал мизантроп.
– А за что тебя заключили?