Сапфир
Шрифт:
– А я и не хочу управлять вашей Вазамбией!
– Тогда ты умрёшь здесь с голода, так как в Трансильванию мы тебя не отпустим, пока ты не согласишься привозить нам людей.
– Этого не будет! Никогда!
– Тогда голодай, – ответил спокойно брат и кивнув другу, молча стоящему рядом. Тот нажал ещё на какую–то невидимую кнопку в стене, и она открылась. Великие тут же вышли, и стена закрылась, словно в ней и не было никогда не входа, не выхода.
Сапфир вспылил и закричал:
– Вернитесь! Не оставляйте меня здесь одного!
Побесившись
В конечном счёте, он окончательно выйдя из себя, ударил со всей силы кулаком в стену и заорал:
– Малик! Открой!
Стена задребезжала, но осталась целёхонька, и ровно через минуту в ней образовался выход. Сапфир шагнул и, увидев Малика покорно склонившего голову, громко спросил:
– Что за дела здесь происходят? Почему я не могу взять этот чёртов бокал? И почему меня оставили одного в этой гладкой коробке?
Малик ответил спокойным тоном:
– Господин Великий, вы не можете взять наш бокал, потому что не принимаете своей истинной сути, его может поднять только Великий, а оставили вас одного, чтобы вы попробовали это сделать и либо смогли бы, либо нет.
– И что? Что мне теперь делать? Я есть хочу.
– Вам надо всего лишь успокоиться и принять то, что вы тоже из рода Великих, и наш метал вам покорится, тогда вы сможете выпить его.
– Я не Великий! Я – вампир и граф в Трансильвании. Верните меня домой немедленно, иначе всё здесь разнесу к чёртовой матери.
Малик покачал головой и тихо ответил:
– Увы, это невозможно, только Великие могут вас отправить домой. И потом вы не сможете ничего здесь разнести, если даже наш бокал взять не можете, а сейчас мне велено проводить вас на прогулку в низины Вазамбии.
Сапфир негодовал, глаза попеременно меняли цвет с голубого на красный и обратно, но выхода не было, и он угрюмо поплёлся за Маликом.
Малик вошёл в прозрачную трубу, находящуюся прямо перед ними, и кивком головы показал Сапфиру стать рядом с ним. Он подчинился, и Малик достал из кармана брюк какой–то странный малюсенький предмет, похожий на пульт от музыкального центра, нажал зелёную кнопку; и перед глазами Сапфира всё поплыло в огненном зареве. Вспышки одна за другой слепили его, и он невольно закрыл рукой глаза, но вдруг всё стихло, и послышался сухой низкий голос Малика:
– Можешь открыть глаза, мы уже на месте.
Сапфир открыл их, медленно огляделся и опешил: вокруг сплошная розовая пустыня и никакого намёка на жизнь.
– А где же вся эта великолепная растительность, которую мне показывал Великий?
– Это на другой стороне нашей планеты, а здесь мы добываем световые камни.
– Где? – снова удивился Сапфир, – Здесь же один лишь песок, хотя и такой необычный.
– Идём…
И Малик уверенным шагом пошёл вперёд. Пройдя немного, остановился и резко обнял Сапфира со спины, тот не поняв, что происходит, возмущённо вскрикнул:
– Что ты делаешь?
Но Малик
Малик кивнул идти за ним, и он, подчиняясь, молча пошёл. Так они прошли достаточно длинный коридор, и вышли в огромный зал, где копошились сотня вазамбийцев, грязных, по уши в розовой пыли.
Они копали и возили на тачках разного размера неочищенные световые камни. Сапфир с неподдельным интересом пригляделся к ним и спросил:
– Это те же самые камни?
– Да.
– А почему они не светятся, как там, в комнате Великих?
– Потому что они ещё не родились.
– Как это не родились, если их уже откопали?
– Наши камни рождаются, когда выходят наружу, к свету Горонда.
– К свету кого?
– Не кого, а чего, Горонд – это наше светило, как ваше солнце.
– А – а – а, то–то я и подумал, что у вас как–то странно светит солнце, не по нашему.
– Потому что это не ваше солнце. Горонд – светило не только Вазамбии, но и всей нашей галактики. Оно же светит и Верзулии – нашим заклятым врагам.
Малик взял один из самых маленьких камней и протянул его Сапфиру.
– Зачем он мне?
– Он будет вашим талисманом, у каждого Великого есть такой. Наши искусные мастера сделают его вам в виде кулона, и вы сможете его носить на шее, тогда ни один верзулий не сможет вас убить.
– Ха, они итак меня не убьют. Я их сам растерзаю.
– Не думаю, Великий, ваш потенциал ещё не раскрылся.
Сапфир фыркнул, но всё же взял камень и спрятал его в карман брюк.
Они уже собрались выходить из шахты, как вдруг раздался грохот, и им на головы посыпался песок. Малик громко вскрикнул:
– Верзули! Нас атакуют верзули! Прячьтесь!
Сапфир, ещё совсем не понимая, что стоит тоже испугаться, с удивлением стал наблюдать за суетой вазамбийцев, которые сразу начали прятаться в глиняных нишах и закрывать головы руками. Внутрь начали залетать круглые золотистые шары сто двадцати – сто пятидесяти миллиметров в диаметре, пролетая сквозь крышу и стены прямо как острые ножи, разрезающие свежий торт. Они влетали в грунт, который разлетался на мелкие куски в разные стороны. Сарфир открыл широко глаза и вскрикнул:
– А почему вы прячетесь? Что это за шары?
Малик, стоящий в тёмном углу, ответил:
– Нас жестоко атакуют верзули, а это их мощнейшее оружие: шары являются сгустками огненной энергии, и причиняют нам не только адскую боль, но и при точном попадании в голову могут сразу убить.
– Понятно, а что же нам теперь делать? Ждать пока они тут разнесут всю вашу шахту в хлам?
– Да, Великий, именно спрятаться в нишах и ждать, вы всё равно ничего не сможете сделать, только себя загубите, так как сила Великих в вас ещё не проявилась.