Сарти
Шрифт:
– Н-да, – заметил господин Кэ-и. – Похоже, миссию нам выполнить не удастся. Зря вы вчера так решительно обещали господину шерифу во всем разобраться.
– Погодите, сэр! – отвечал я. – Возможно, это не по нашу душу.
Но тут грузовик, разгрузившись, отъехал в сторону, а на его место уверенно встал «тигр» и стал разворачивать пушку в сторону дома, занимаемого потомственным дворянином Баком ди Барямба.
Потом подъехал белый «форд» и зарулил за танк. Из-за танка показался какой-то щупленький тип в
– Начальник приехал. – Лиззи откупорила новую банку пива.
Предполагаемый начальник тем временем подошел к стоявшему перед танком идиоту в треуголке. Тот живо сорвал эту самую треуголку и отвесил замысловатый почтительный поклон. Началось совещание, но мы, конечно, ничего не услышали. Лень было вытаскивать направленный микрофон. Хотя Шатл бы не поленился.
Солдаты тем временем залегли, выставив стволы своих «стэнов».
– Н-да, – заметил вновь господин Кэ-и. – А не сыграть ли нам партию в мацзян?
– Нет, я думаю, сейчас нам будет не до мацзяна, – отвечал я. – Смотрите, господа, этот тип в шляпе с перьями идет сюда.
В самом деле, посовещавшись с начальством, увешанный невозможным числом цепей и украшенный треуголкой флегматичный господин выдвинулся в сторону нашего дома. За ним нестройно вышагивал взвод солдат.
– Чудненько, – подытожил я. – Садитесь все за стол. Оружие чтоб было под руками. Маэда держит второй этаж. Мы же играем в карты и предаемся изысканной трапезе. И, ради бога, уберите пивные банки! Поставьте бочонки… Кэ-и-сяньшэн, включите, пожалуйста, музыку. Лиззи, иди сюда, сядь рядом. Ну, начали. Сдавайте для покера, Кэ-и-сяньшэн!
В дверь забарабанили, и я недовольным голосом рявкнул:
– Кого несут черти? – Вежливости в моем вопросе было хоть отбавляй, как это и пристало потомственному дворянину. Но ответ из-за двери был еще более восхитителен:
– По государственному делу. И не вздумайте стрелять, потому что не надо. – Вслед за этим дверь растворилась, и парламентер осторожно проник в помещение, остановился на пороге. За его спиной в открытую дверь хорошо были видны солдаты, вытягивающие от любопытства шеи.
Полуобернувшись к нему я, как был – с картами в руке – продолжал:
– А почему, собственно, такое неуважение к потомственному дворянину? Зачем это мне стрелять в кого попало? Что я – ненормальный? – И, возмущенно пожав плечами, я отвернулся от вошедшего, как потом сделал вид, будто понял, что у господина ко мне, кажется, есть какое-то дело, и посмотрел на него снова. – А вы кто, собственно, будете и какого лешего вам тут надо?
И я хотел вернуться к игре, но тут сзади раздался шум, и стало ясно, что нежданные гости пришли с самыми серьезными намерениями: тип в треуголке небрежно посторонился, и солдаты, повинуясь команде, ринулись в помещение.
– Это еще что такое?! – брызжа слюной и вращая глазами возопил я и отбросил карты. – Эт-та еще что?! Фофо!
На зов тут же, как чертик из-под земли, явился Маэда, непостижимо быстро вышвырнул всех вошедших за дверь, и уже хотел отправить туда же господина в треуголке, как я указал на него:
– А вас я попрошу остаться!
Маэда за шиворот подволок ко мне этого господина, потерявшего всю важность (и треуголку: она свалилась, и Маэда непочтительно на нее наступил) и оказавшегося при ближайшем рассмотрении весьма мерзким и грязным. На лице его, несмотря на обильную пудру, проступали грубые морщины. Немало украшали этого типа и кучно росшие у левого угла рта бородавки, покрытые редкими черными волосками.
Насладившись рассматриванием, я вопросил:
– А кто вы такой, чтобы врываться в мой дом и мешать мне играть в карты? Я вас спрашиваю, черт возьми!
Господин без треуголки был настолько взволнован произошедшим, что не нашелся как ответить, и только сглотнул.
– Н-да, – подал голос господин Кэ-и. – Может, он немой? Господин ди Барямба, может, прикажете взглянуть, а есть ли у него язык?
В это время снаружи раздался мегафонный рев:
– Барямба! Если ты со всей своей шайкой через три минуты не выйдешь с руками на затылке, я разнесу дом к чертовой матери вместе с тобой и твоими слугами.
– Н-да, – философски обобщил господин Кэ-и.
– Это кто там гавкает? – спросил я схваченного, тыча большим пальцем правой руки через плечо.
– Г… г-господин… де Упп… – скрипучим голосом произнес он, почему-то щурясь, и облизнул пересохшие от навалившихся переживаний губы.
– А! Это тот самый герцог де Упп, который командует службой охраны? – обнаружил я знакомство с предметом. – Очень мило. А какого черта ему надо?
Маэда встряхнул задержанного.
– Господину Уппу сообщили, что вы стагнационист, – отвечал тот.
– Какое место?! – не понял я.
За спиной звучно заржал господин Кэ-и.
– Герцог рехнулся, – сообщила Лиззи. – Ты, Бак, такой же стагнационист, как Кэис – вождь бедуинского племени из Сахары.
Господин Кэ-и горделиво приосанился.
Я перевел взгляд на схваченного.
– Ты слышал, что сказала госпожа фон Кочетт?
Тот кивнул.
– Так чего вам еще надо?.. Кстати, ты сам-то кто?
– Потомственный дворянин граф Гага де Пастус…
Беседу снова прервал мегафон за стеной.