Сарти
Шрифт:
– Нет, не видели, а что такое?
– Да говорил я ему, давай вместе прыгнем, а он – нет! Хочу, мол, сесть на этот замок и все тут!.. Ну и спрыгнул немного раньше. Я и потерял его… – словоохотливо объяснял Люлю. – Как бы не случилось чего! Юлли в последнее время стал такой нервный. Эти рахиминисты совсем задергали бедного Юлли. Я-то что, мне нипочем, а Юллиус – ты же знаешь, Сэм, он такой впечатлительный.
– Ну-ну, Люлю, все будет хорошо. Мы сейчас его найдем, – стал я успокаивать Шоколадку. – Не мог он далеко улететь.
– Вот и я так думаю, – согласился Люлю, и тут я заметил, что ручка-индикатор в его нагрудном
– Сэм, ты это, не убивай меня пока, ладно? Потерпите минуту, и я все объясню! – Он проворно сбросил рюкзак, и я, не спуская пальца с курка кольта Леклера, стал внимательно наблюдать, как он открывает верхний клапан рюкзака.
Люлю достал оттуда некий прибор, размером с блок сигарет, положил его на землю, щелкнул выключателем, постучал пальцем по индикатору и нажал сразу три кнопки. Приборчик сыграл «Rock 'round clock».
– Ну вот, – удовлетворенно заключил Люлю и уселся на землю, – теперь можно и поговорить.
– Что это за штуковина? – поинтересовался я.
– Это… черт, мне Аллен говорил, этак по-научному… да все вылетело, конечно… – Люлю заковырял пальцем в затылке. – Ну, в общем, эта штука создает вокруг нас мощное экранирующее поле, и нельзя подслушать, о чем мы болтаем. Вот. У меня вообще полный рюкзак всяких штучек. Наша лаборатория работает в полную силу!
– Так, – сказал я и засунул револьвер за пояс. – Ну, дальше.
– По поводу этой хреновины, – продолжал Люлю, вытаскивая индикатор, горевший неугасимым огнем. – Сначала она казалась очень полезной. Потом Аллен пораскинул мозгами, мы эти штуки все проверили, и оказалось, что некоторые просто напичканы микрофонами. Техники говорят, что конструкция просто-таки виртуозная, одним словом, послезавтрашний день – ни фига не засекается. Да и обнаружили-то случайно, там один малец есть головастый, в лаборатории. Все разбирать до винтика любит, хочет вникнуть буквально во все. Ну и вот, разобрал он одну такую ручку буквально дотла, потом стал назад собирать – гля, а какие-то очень мелкие детальки остались. То есть – собрал, ручка работает. Без этих фиговинок. Ну и он стал проверять… Короче, на тех же схемах мы смонтировали свой индикатор, а в этом я питание присобачил напрямую к лампочке и так уже три дня хожу, а все пугаются! – Люлю был в восторге от своих шалостей. Потом он достал две телесного цвета дужки и предложил нам с господином Кэ-и прикрепить их себе за правое ухо.
– Это наш индикатор, – объяснил Люлю. – Только он гореть не будет, а даст знать о роботе легким покалыванием. Потом будут модели поменьше.
Дальше Люлю достал два металлических браслета и велел нам их надеть на руки.
– Приспособленный к местным нравам и обычаям вариант усиленного мобильника. Работает на нашей новой специальной волне. Средство связи на крайний случай… А где, кстати, Лиззи и Маэда-кун? У меня и для них есть все эти штуковины.
– Видишь ли, Люлю, мы сами только что выбрались вот из этого замка. Нас там держали в подвале с крысами, обижали, грозились даже повесить на крюке, – объяснил я.
– Да что ты! – широко распахнул глаза Люлю. – Ну, тогда мы им сейчас покажем! Да мы… да я… Вот дай только Юлиуса найти! – закончил он и принялся было надевать рюкзак.
– Погоди, погоди, Люлю. Не спеши. – Я защелкал зажигалкой, поджигая потухшую сигару. – Тут вот какое дело… В этом
– Да ну?! Тогда тем более…
– Все правильно, но… Знаешь, Люлю, в чем странность? Он нас отпустил. Понимаешь? Просто взял – и отпустил. Более того, нас с Кэ-и ведь обвинили в стагнационизме…
– В чем-чем?!
– Ну это как рахиминисты, только их тут вешают, предварительно пропустив через мясорубку, – благожелательно пояснил господин Кэ-и.
– О! Это я удачно зашел! – обрадовался Люлю.
– Ну да. То есть нас объявили государственными преступниками, фактическими кандидатами на электрический стул…
– Скорее нам бы оттяпали головы каким-нибудь ржавым топором.
– Возможно, но не это главное. А главное то, что Вайпер – он это обвинение с нас снял. Идите, говорит, вы свободны. Отдал нам все отнятое при аресте, даже кольт Леклера вернул, который они из его дома поперли. Ведь это не ваша территория, говорит. То есть: не вмешивайтесь, цените, что я вас отпускаю в целости и сохранности.
– Дела-а-а… – задумчиво протянул Люлю. – Наверное, у него есть какие-то планы, у этого поганого Вайпера. Еще пива? Пока не нагрелось.
– Да, пожалуй. Я думаю, в этих обстоятельствах разумно будет Вайпера пока не трогать и не преследовать. Явно не преследовать, – уточнил я, видя возмущение на лице Шоколадки. – Будет лучше, если мы притворимся, будто его намек понят и мы в его дела не суемся. Уверен, Вайпер ни на секунду нам не поверит, но какое-то время нам такой маневр явно даст.
– Все это хорошо. – Господин Кэ-и звучно кашлянул, принимая очередное пиво. – Однако же герцог Упп – не Вайпер, и герцог Упп определенно нанес нам проникающее в душу оскорбление. Не знаю как у вас, господа, а у меня руки чешутся повидать герцога еще разочек. Не затрагивая при этом вашего Вайпера, будь он не ладен, цзибадань [1] !
1
Грубое китайское ругательство.
– С этим совершенно невозможно спорить, потомственный дворянин Кэис, и я, не менее потомственный дворянин Бак ди Барямба, просто задыхаюсь от гнева, порожденного небывалой родовой спесью. – Я показательно завращал глазами.
– Ух, как ты умеешь, Сэм! – восхитился Люлю. – Так что, где этот ваш герцог? Пора с ним побеседовать, а? Пусть даст нам удовлетворение. Тем более и Юлли найти надо. Да, кстати, Сэм, Джилли просил передать, что какого-то там Патрика он изловил для тебя, посадил в камеру и спрашивает, что с ним теперь делать. Аллен тоже велел кланяться. От себя и от супруги.
Еще минут пятнадцать мы потратили на то, чтобы переодеться в новую, без микрофонов местную униформу, оказавшуюся у запасливого Люлю в рюкзаке в нужном количестве, потом помогли сделать то же самое бравому Шоколадке, нацепили на него цепь, нарекли потомственным дворянином Шаттусом и слегка спрыснули пивом, чтобы пах правдоподобно. Для полноты образа надо было конечно немного изваляться в грязи, но мы справедливо рассудили, что это нам так или иначе предстоит в самом ближайшем будущем: ведь мы вознамерились посетить вышестоящий замок и его обитателей, поскольку именно там видели предмет нашего интереса, очаровательного кривоногого герцога, бодрячка с кружевным платочком.