Сашка
Шрифт:
— Там есть кому работать. Ну, найдём. А вот за порядком в доме следить… — успокоил отставного солдата Кох.
— За хозяйством? А что я до каптенармуса дослужился. Можно и съездить. Далече ли село ваше…
— Это мой шурин. Так уж получилось, что он тоже Болоховский. Князь Александр Сергеевич Болоховский. А село в восьмидесяти верстах южнее Тулы. А ведь правда — замечательная мысль. И тебе Агафон на старости сытость и достаток, и за Сашеньку я буду теперь спокоен, ты его в обиду не дашь. Соглашайся Агафон, мы послезавтра выезжаем. Успеешь собраться? — обрадовался Николай Иванович и как-то победно на жену глянул.
Ксения вздохнула, радости мужа не разделяя. Хромой, дедок, заросший волосом весь и со свистульками — тот ещё защитник.
Кроме Агафона привезли в Болоховское и нового управляющего. Парень был молодой. И не немец, что по нонешним временам необычно. Он был греком. Был, правильное слово. Выходец из Крыма — Андроникос Константинович Павлидис. Работал помощником управляющего у купца Афанасия Коробкова, а когда через сыновей хозяина узнал, что Сашка отправляется в имение, и что там нет управляющего, сам пришёл к князю Болоховскому и предложил свои услуги.
— Не нравится мне в городе. Суета. Грязь. Я до семнадцати лет в ауле жил в Крыму. Там богатые виноградники у отца… Были. Помер от чумы и мать и братья, а домом и виноградником дядька мой завладел, а меня выжил. Вот я к дальнему родственнику в Тулу и подался, но не нравится мне здесь. Я грамотный и книги амбарные вёл. Почитай всё содержание дома на мне было. Справлюсь с хозяйством, не переживайте Ваша Светлость.
Другого кандидата искать было некогда, и Сашка к тому же, дёрнул за рукав князя и кивнул. Так и появился в их кавалькаде новый управляющий. Он же посоветовал купить на рыке пару девушек в прислугу. Ксения сначала замахала руками, но поглядев на монгольскую рожицу брата согласилась. Действительно в доме нужно кому-то за порядком следить и Сашку обихаживать.
— Пару много. Что одна не справится? Купим одну девку.
Так появилась Машка. Помощница будет у тёзки — переводчицы. Машку выбирали по фигуре, ну мало ли, вдруг Сашеньке плохо станет и его тащить придётся. Потому купили деваху под метр восемьдесят и с плечами за метр. Богатырша такая. Про неё Некрасов, наверное, и напишет. Точно коня на скаку остановит. Да конь просто обделается, когда она его за уздечку схватит. И при этом девушка была вполне миловидная. Русая коса толстая, серые глаза умные, и веснушки на носу. Прикольные.
Добирались до Болоховского на пяти телегах и пролётке, целый «санно-гусеничный» поезд. Санно, потому что один из нанятых возчиков болел энурезом или что с почками у него, но он каждые полчаса останавливался и нырял в придорожные кусты. Одна телега занята самогонным аппаратом, вторая семенами, что Сашка на рынке закупил, в основном мешки с озимой рожью и пшеницей, и с картофелем ещё. Всё это специально в небольших количествах Сашка закупал у всех продавцов, чем вызвал неудовольствие Ксении в очередной раз.
— Чем эта картошка от той отличается, что перед этим купили? Та даже крупнее была.
— А если… — Кох себе мысленно оплеуху со всей силы влепил. Дебил! Давай начни про фитофтору рассказывать и скороспелость, про лёжкость ещё.
— Чего если? — не дождалась продолжения сестра.
— А если этих мелких будет больше в кусте? — вывернулся Сашка.
— Мне тоже не понятно, Александр? — покрутил в руке небольшую картофелину князь. — Больше в кусте. Меньше по размерам. В сумме то на то.
Нужно было рассказывать про условия, про удобрения, про скрещивание, наконец. Интересно бы на это было со стороны посмотреть, но на сторону не станешь, вопрос в лоб задан.
— Вам жалко пяти копеек? — классный ответ.
— Хм. То есть, сейчас не скажешь, следующей осенью узнаем, — развеселился Николай Иванович. Он уже устал причудам шурина удивляться.
— Точно, осенью.
Кроме трёх основных культур купили и много всего разного, Сашка, если честно, от 1830 года такого изобилия диковинных овощей не ожидал. Подсолнух был. Семечки продавали в трёх местах, и у двоих если и не огромные были зёрнышки, то и мелкими не назовёшь, обычные семечки из детства Коха, когда их жареными стаканами покупали у бабок на площади или на базаре за двадцать копеек. Или стопочку стограммовую можно было купить за десялик. Купили по мешочку семян у всех троих, опять под мотание головы Ксении. Кукурузы купили два мешка на виски будущий и у разных торговцев опять понемногу на семена. Были у одного мужика баклажаны. У него же были и томаты. Сашка, узнав цену в рублях измеряемую, офигел. Копейку стоит два фунта пшеницы или ржи. А тут два рубля за полтора фунта помидор. И два с половиной рубля за два фунта баклажан. Пять почти рублей. Это же четыреста кило пшеницы. Восемь мешков! Ксения чуть не умерла от жадности.
— Сестрёнка, обязательно надо купить. Не пожалеете. Осенью с огромной прибылью верну.
— Саша, это очень большие деньги, ты не понимаешь! — и крестится, что Господь дурня вразумил.
— Ксения Сергевна, пусть, не обеднеем. Я в Сашу верю, — вступился в очередной раз за Сашку князь.
— А делайте, что хотите. Я тут с вами словно не княгиня Болоховская, а купеческая дочка, торгуюсь хожу. Делайте, что хотите, зря с вами пошла.
Дальше Ксения и правда ходила молча, только иногда глаза закатывала.
Ячмень продавали двое всего. Пока так далеко на север эта культура не распространилась. Но Кох по мешку у продавцов взял. Если, подумать, то может и не нужно выращивать. Найти специалиста по варению пива. Хмель здесь расти должен. Этот сорняк, где хочешь, вырастет.
Прикупил Виктор Германович и гороха. Даже фасоль была у одной торговки. А вот бобов найти не удалось. Тыквы тоже не попались. Хотя может и рано ещё. Это осенний овощ. И уже уходя с базара Сашка наткнулся на очередную диковинку. Тётка торговала кедровыми орехами. Весь мешок у неё Сашка выревел. Опять огромные деньги — полтора рубля серебром, но и мешок не маленький — килограммов семь — восемь. Орех легче воды, так что ведра полтора — два.
— Всё, Николай Иванович, я устала, поехали домой, — решительно дёрнула за рукав Ксения отсчитывающего серебряные монеты мужа.
Событие сорок пятое
— Можно вопрос? Скажем, я взял вещь, которая принадлежит кому-то другому…
— Будешь арестован.
— А если эта вещь мне нужнее, чем хозяину?
— К сожалению, такой закон!
Стражи галактики (Guardians of the Galaxy)