Саварка
Шрифт:
– Ты чего расселся?
– подлетел к Саварке запыхавшийся Тепка. Пароход идет. Бежим скорей.
– Повернул школьную фуражку козырьком назад, чтобы не слетела.
– "Амур" подходит. Я по гудку узнал.
– Вытянул губы трубкой и затянул: - Гу-гу-ггг-гу-ууу!
– Большая беда!
– Дурак ты!
– не удержался Тепка.
– Пострелять дашь из ружья? Я знаю, где много уток.
Саварка промолчал. Хороший охотник никогда не просит чужое ружье.
– Жадный!
Саварка повернулся к Тепке спиной. Натянул капюшон на голову, чтобы
Тепка побежал к берегу, громко стуча пятками по широким доскам настила.
"Охотиться хочет, а ходить не научился!" - подумал мальчик и принялся разбирать ружье. Негромко затянул:
В снежном вихре мчат олени,
По холмистой тундре мчат,
Не бегут мои олешки,
А по воздуху летят.
– Гу-гу-гу-ггг-гу-ууу!
– рассерженным басом ревел на реке пароход.
Саварка заткнул уши пальцами. Но это не помогло. От гудка дрожали стекла в окнах, гудели бревна рубленого дома интерната.
Скоро к интернату вернулась стая собак. Разлеглась недалеко от двери столовой. У ребят должен был быть обед, а собаки знали время завтрака, обеда и ужина в интернате.
Нябинэ шла в обнимку со своей школьной подругой. На пароходе встретила Катю Хороля. Помогала ей нести мешок с вещами.
– Это Явтысов!
– сказала Нябинэ и показала на Саварку пальцем.
– В первый класс его записали. Тупой.
Саварка не понял, почему Нябинэ назвала его тупым. Ножик может быть тупым и острым. А у него хороший нож. Отец сделал его из напильника. Можно на медведя идти. Оселок у него в кармане. Не забыл он его дома. Затупился ножик - поточит!
– Тупой!
– засмеялась Катя Хороля и отбежала подальше от первоклассника.
Саварка не обратил внимания на смеющуюся девчонку, не погнался за ней, чтобы отлупить. Пока он не нашел для себя дела, второй раз принялся чистить ружье.
На крыльцо вышла Лариса Ивановна.
– Катя приехала! Здравствуй, Катя Хороля! Дай я на тебя посмотрю. Выросла. Скоро ты меня догонишь.
– Посмотрела на Саварку.
– Явтысов, ты Тепку не видел?
– Гоняет шибко, как пелей!
– Нябинэ, надо парты вынести. Будем красить.
Саварка быстро собрал ружье. Спрятал протирку. Шомпол. Направился за учительницей в класс.
Первый раз мальчик оказался в классе, где его должны учить читать и писать палочки. Увидел на стене большую черную доску. Она была закопчена, как труба парохода. В шкафах стояли книги. Большой круглый шар на ножке показался ему глыбой льда. Он осторожно дотронулся пальцем до шара, чтобы убедиться, что он вырублен из льда, но шар завертелся.
– Не мешай, Явтысов!
– сказала Лариса Ивановна, когда он взялся за парту.
– Тебе не поднять. Нябинэ мне поможет.
Саварка не смог снести такой обиды. Вышел из класса. Уселся на крыльце. "Никому я здесь не нужен, - подумал он, подставляя щеку солнцу.
– Пусть прогонят домой. Буду отцу ловить олешек, ставить сеть. Капканы на песцов!"
– Тепа, ты где пропадал?
– спросила учительница, вынося с Нябинэ
– Я приготовила тебе краску и кисть.
– "Амур" будет у нас стоять!
– выпалил сразу Тепка.
– Поломался. Чинить будут.
– Хорошо, - обрадовалась Лариса Ивановна.
– Магнитофон послушаем. Я знаю радиста с "Амура".
– Много мне красить?
– Сколько сумеешь, идем еще вынесем парты.
– Лариса Ивановна, - сказал Тепка и посмотрел на Саварку.
– Пусть Явтысов красит со мной. Я его научу.
– Вымажется он, а потом и не отмоешь!
– Правда, он не сумеет, - сразу согласился Тепка и глубоко вздохнул.
– Руки испачкает, лицо испачкает. Мыла не хватит отмыть! Красить надо уметь! Я умею красить!
– Ты умеешь, - согласилась учительница.
Саварка второй раз должен был пережить оскорбление. "Разве я плохой охотник? Разве я плохой пастух? Разве я плохой ясовей?" Достал из кармана охотничий нож, который получил за победу на оленьих гонках от председателя колхоза. Принялся строгать палку. Пусть у него будет два шомпола!
Тепка вытер парту тряпкой. Потом окунул кисть в банку с краской, поболтал там. Старательно провел кистью по крышке парты, оставляя ровную зеленую дорожку. Отошел в сторону, чтобы полюбоваться на свою работу.
Саварка прошел по крыльцу и сел напротив Тепки. Пусть Тепка смотрит на охотничий нож и злится. Обогнал Тепку и хвальбушку Нябинэ на оленьих гонках! Премию получил от председателя! Изучил Саварка свой нож. Есть два лезвия - одно большое, другое маленькое, острое шило, кривое лезвие открывать банки. Есть приспособление, чтобы вытаскивать застрявшие гильзы из ружья. Нет цены такому ножу!
Не мог Тепка смотреть на нож. Он должен был его выиграть. Так и рассчитывал. Обозлился он на Саварку и сказал:
– Давай проваливай! Солнце загораживаешь! Парты будут долго сохнуть!
Но Саварка не обратил внимания на предупреждение. Стал открывать лезвия. Дошла очередь и до острого шила. Он старательно провертел в обструганной палке дырку.
– Уходи, а то влеплю!
– пригрозил Тепка.
– А ты шалабан хочешь?
– спросил Саварка, напоминая Тепке, что он проиграл оленьи гонки. На правах победителя щелкнул он тогда Тепку по лбу.
Тепка покраснел. Угрюмо засопел.
– Хочешь красить? Я тебе кисть дам, - сказал Тепка.
– Я не жадный. Дашь мне потом пострелять из ружья?
– Ружье не дам!
– Саварка поднялся. Посмотрел за пролетевшей над интернатом гагарой.
– Табунятся утки. Пойду постреляю.
Тепка бросил красить. С завистью посмотрел на Саварку. Пойдет он охотиться и будет стрелять сколько захочет.
Саварка медленно уходил от интерната. Нет с ним отца и матери. Нет сестер - Мирнэ и Окси. Некому ему излить свое горе и все рассказать. Пожаловаться на учительницу - Ларису Ивановну. Плохая она. Совсем плохая! Не разрешила ему красить парты. А он хороший охотник, хороший ясовей! Покрасил бы все парты не хуже Тепки! Он сумел бы, научился!