Счастье есть

Шохов Александр

Дверь открылась. Послышался тихий голос:

– Входите.

Они вошли. В хорошо освещенной гостиной сидели на расставленных рядами стульях больше десятка человек.

– Собрание городских сумасшедших! – прошептал Макс на ухо Мане, оглядываясь вокруг.

Маня между тем смотрела на дозиметр.

– Нам тут больше, чем на час, оставаться нельзя, – сказала она. – Фонит конкретно.

– Не волнуйся. Не останемся, – сказал Макс. – У нас еще много планов на вечер.

– Надеюсь, ты не растратишь здесь весь свой запал, – прошептала Маня, слегка прижимаясь бедром и грудью к своему кавалеру.

Гости

выглядели весьма экстравагантно. Чувствовалось, что это люди, имеющие неплохой достаток. Дама лет тридцати пяти опиралась на красивую голубую тросточку, рядом с ней блестел двумя крупными бриллиантами на перстнях толстячок с бегающими глазками. Поодаль ото всех сидел человек, с которым Макс, войдя, обменялся рукопожатиями. Это был высокий брюнет в идеально сидящем на нем костюме.

– Кто это? – спросила Маня.

– Мой заказчик, – ответил Макс. – Виктор Холливуд.

– Холливуд? Фамилия такая?

– На визитке написано именно так.

– Интересный человек, – сказала Манечка. – Смутно знакомый. Где-то я его уже видела.

Почти все присутствующие были одеты в яркую и не подходящую к убогому интерьеру модную одежду.

Эммануил, выбежавший откуда-то из недр своей квартиры, суетливо пожал руки Алексу и Максу, заискивающе улыбнулся прекрасной Манечке, и предложил усаживаться на свободные места. Помявшись некоторое время, он удалился в соседнюю комнату, и скоро вкатил на встроенных колесиках большой ящик, напоминающий кабину лифта. Потом он снова ушел в соседнюю комнату и вернулся с худым белым котом на руках.

– Вот он, лифт между ветками реальности, – сказал Эммануил, показывая на ящик. – Сегодня он снова готов к путешествию. И каждый из вас, если пожелает, может им воспользоваться. Сегодня этот белый котик отправится туда, куда я сам хотел бы попасть всей душой. Впрочем, прежде, чем я отдам это великолепное животное на волю сил квантовой механики, я хочу поделиться с Вами некоторыми выводами, к которым пришел накануне. Эти выводы позволяют полностью пересмотреть значение проделанной мною исследовательской работы.

Присутствующие заинтересованно смотрели на Эммануила. Он удовлетворенно кивнул, и продолжил:

– Каждый путешественник по веткам реальности, отдавая свою жизнь во власть квантово-механических вероятностей, рискует. Но он всегда остается живым, поскольку не замечает свою гибель в той ветке реальности, откуда он отправился в путь. Если посмотреть на ситуацию с точки зрения самого участника, остаться в живых – это невероятная удача. Ведь он мог погибнуть, но не погиб. Когда он совершает прыжок в следующий раз, в системе отсчета, связанной с ним, вероятность выжить еще меньше. Но он выживает благодаря законам квантовой механики. В системе отсчета, связанной с путешественником, каждое следующее благополучное перемещение – это невероятное везение. А для везения нужна удача.

Публика явно начала скучать. Но Эммануил, увлеченный логикой своего рассуждения, не замечал этого:

– Введем переменную «удача», характеризующую путешественника, и определим ее как наступление благоприятного исхода при уменьшении его вероятности. Поскольку в системе отсчета, связанной с путешественником, вероятность выживания при каждом следующем перемещении меньше, чем при предыдущем, в пределе мы получаем бесконечно малую вероятность благополучного

для него завершения следующего путешествия. Но, подчеркиваю, это так только в системе отсчета, связанной с путешественником. Переходя в систему отсчета, связанную с ученым-экспериментатором, мы понимаем, что путешественник всегда остается жив. Снова возвращаясь в систему отсчета, связанную с путешественником, можно констатировать, что при каждом следующем перемещении удача путешественника увеличивается. В пределе она становится бесконечно большой величиной. А теперь ответьте на простой вопрос: удача какого существа в этом Универсуме может быть бесконечно велика? Уверен, Вы уже понимаете, к чему я клоню. Вы можете возразить, что эта удача также увеличивается только в системе отсчета, связанной с путешественником. Но разве удача Создателя Универсума не связана с системой отсчета «Создатель»? Таким образом, путешествуя по веткам реальности, мы будем увеличиваем свою удачу, до тех пор, пока наша удача не станет бесконечно близка к удаче самого могущественного существа в этом Универсуме. Что потом? Означает ли увеличение удачи так же и рост личного могущества путешественника? Я не знаю. Но мне интересно попробовать.

– Почему Вы решили, Эммануил, что удача путешественника растет? – спросила дама с голубой тросточкой. – Ведь Вы сами сказали, что он не может погибнуть из-за этой вашей квантовой механики.

– Видите ли, мадам, если Вашей жизни опасность угрожает сотни раз, и каждый раз Вы по своим личным ощущениям, оказываетесь живой и невредимой, разве это не является признаком того, что удача на Вашей стороне?

Дама с тросточкой, очевидно не знающая, что такое система отсчета, недоуменно пожала плечами.

– Я приглашаю каждого из вас шагнуть в будущее, к своей удаче и везению. Давайте перестанем отправлять туда кошек. Отправимся туда сами! Кто-нибудь! Есть желающие? Или мне придется все же отправить туда очередное бесстрашное животное?

Белый кот, сидящий на руках Эммануила протяжно мяукнул и попытался спрыгнуть на пол. Но Эммануил не отпустил его.

Толстячок с бегающими глазками привстал со стула, и снова тяжело сел в него.

– Я бы, наверное, хотел, – сказал он, – отправиться в другую ветку реальности. Но я боюсь.

Эммануил поднял белого кота над головой. Кот с вялым презрением осматривал с высоты окружающих и молчал.

– А он не боится, – сказал Эммануил. – Я бы с радостью шагнул в этот ящик сам, но кто же завершит эксперимент? Кто подготовит следующий? Пока мое место здесь.

– Очень впечатляет, – сказала дама с голубой тросточкой.

При этом ее тросточка ярко блеснула в тусклом свете электрических ламп, прячущихся в запыленной люстре под потолком. – Вы, сударь, весьма красноречивы. Но я тоже пока воздержусь от такой формы путешествий.

Публика зашумела, зрители либо обсуждали сказанное Эммануилом, либо обрадовались окончанию его лекции.

– Я бы тоже хотел шагнуть в ящик, – негромко сказал Алекс друзьям.

– Даже не думай, – прошептал в ответ Макс.

Честно говоря, Макс уже жалел, что привел Маню на это скучное сборище обеспеченных городских сумасшедших. Лучше бы они просто валялись голыми в постели и слушали щебет птиц за окном.

– Давай уйдем отсюда, – прошептал он ей.

– Еще чуть-чуть. Мне интересно.