Счастье мимолетно

Холл Линда

— Я заставила тебя страдать, — смущенно сказала она.

— Страдать? — Он отрывисто рассмеялся, и смех больно резанул ее слух. — Ты себе льстишь. Ты и вправду красивая женщина, и, разумеется, сознание того, что ты согласилась стать моей женой, тешило мое самолюбие. Но чаще я думал, что, должно быть, был не в себе, когда делал тебе предложение.

С таким же успехом он мог отхлестать ее по щекам. У Лизы перехватило дыхание.

— Ты же говорил, что любишь меня, — выдавила она.

— В этом нет ничего удивительного, —

холодно сказал он. — Человеку, который собирается признаться своей предполагаемой невесте в том, что не помнит, когда и при каких обстоятельствах сделал ей предложение, лучше предварить подобное признание объяснением в любви. Кстати, как долго ты рассчитывала разыгрывать весь этот балаган?

Лиза почувствовала, что и сама начинает кипеть от злости.

— Я просто хотела помочь тебе. Рано или поздно я сказала бы тебе правду…

— Когда?

— Когда ты больше не нуждался бы в моей помощи.

Ни единый мускул не дрогнул на его лице. Он словно окаменел.

— Я не нуждаюсь в твоей помощи. И никогда не нуждался. Кажется, я как-то говорил тебе, что в моей жизни нет места для постоянной спутницы.

— Я не забыла.

— Вот и хорошо. В таком случае ты поймешь, с каким облегчением я узнал, что мне не придется сочетаться с тобой браком.

Не зная, что сказать, Лиза замолчала. Максим снова занялся телефоном. Сверившись с записной книжкой, он попытался набрать номер, но ему не удалось. Он тихо выругался и стал набирать повторно.

На него было больно смотреть. Видя его беспомощность, Лиза, не выдержав, предложила:

— Давай я наберу.

В ответ он с остервенением рявкнул:

— Я не нуждаюсь в твоей помощи!

Лиза отвернулась к окну и застыла, обхватив себя руками.

Повисла тишина. Прижав трубку к уху, Максим напряженно прислушивался. Лицо его выражало все большее нетерпение. Наконец он опустил трубку.

Лиза до боли стиснула себя руками.

Максим углубился в книжку в поисках другого номера. Перелистывая страницы, он уронил трубку на пол, неловко наклонился и стал шарить по полу больной ладонью. Лиза мучилась, наблюдая за ним. Она ощущала его боль, как свою. У него снова ничего не вышло, он выругался и в ярости отшвырнул телефон. Пролетев через всю комнату, аппарат ударился о стену и упал на ковер.

Максим стоял, стиснув кулаки, с искаженным бессильной злобой лицом. Лиза пересекла комнату и подняла телефон.

— Извини, дурацкая выходка. Мальчишество, — буркнул он. — Сломался?

— Кажется, нет. — Она поставила телефон на место и, не отнимая руки, обернулась. — Ты и вправду ведешь себя как мальчишка. Хочешь себе навредить, лишь бы мне досадить? Тебе совершенно не обязательно сегодня уезжать отсюда. Ты можешь жить здесь, пока не поправишься.

Максим, тяжело вздохнув, закрыл лицо ладонью. Затем он отнял руку и уставился на свои покрасневшие пальцы, словно видел их в первый раз.

— Ладно, — пробормотал

он. — Твоя взяла… Пока.

Лиза с облегчением перевела дух.

— Пойду приготовлю ужин.

Он кивнул.

— Помощи не предлагаю. Боюсь, что помочь ничем не смогу.

Лиза восприняла его слова как своего рода оливковую ветвь мира.

— Ничего, я справлюсь, — сказала она. — Если хочешь, посмотри телевизор. Я провожу тебя до дивана.

— Со мной все в порядке.

Она-то видела, что это не так. Он слишком много времени провел на ногах. Лицо его было смертельно бледным, но он ни за что не признался бы в том, как ему больно.

Когда Лиза вернулась позвать его к ужину, Максим сидел на диване и читал журнал.

На протяжении всего ужина он не проронил ни слова, однако, отодвинув тарелку в сторону, сдержанно заметил:

— Было очень вкусно.

— Хочешь добавки?

Максим покачал головой, и она отнесла тарелки в раковину. Затем положила на большую тарелку кусок яблочного пирога, добавила мороженого, а сверху обильно полила взбитыми сливками. Себе она отрезала тоненький кусочек. Когда она поставила все это на стол, Максим перевел глаза со своей тарелки на ее блюдце и вопросительно посмотрел на Лизу.

— Тебе нужны калории, — объяснила она. — Себе я не могу этого позволить, если не хочу остаться без работы.

Покончив со своей порцией, Лиза приготовила кофе. Ему приходилось пить кофе, держа чашку двумя руками. Поэтому она нашла для него кружку с толстыми стенками. Но ему все равно часто приходилось ставить ее на стол, чтобы не обжечь ладони. Лизу так и подмывало взять у него кружку и поднести к его губам, но она вовремя удержалась.

— Ну, я, пожалуй, пойду, — сказал он и, отодвинув стул, взял костыли. — Надо пораньше лечь. Не возражаешь, если я возьму с собой тот журнал?

— Конечно, бери. Я принесу его в твою комнату.

Она забрала из гостиной журнал и, подойдя к двери в его спальню, постучалась.

Максим сидел на кровати. Он уже избавился от свитера и теперь пытался снять рубашку. Ему никак не удавалось справиться с крохотной пуговичкой под воротом. Не говоря ни слова, Лиза положила журнал на кровать и опустилась перед ним на колени. Пока она расстегивала пуговицы на его рубашке, Максим сидел с каменным лицом. Она старалась не смотреть на обнаженный мужской торс и не касаться его пальцами.

— Завтра я не буду застегивать рубашку на пуговицы, — сказал он.

Лиза не стала возражать.

— Тебе ничего больше не нужно? — спросила она.

Он окинул ее дерзким, чувственным взглядом, от которого у нее по спине побежали мурашки.

— А ты как думаешь? — ответил он вопросом на вопрос и рассмеялся. — Нет, нет, я справлюсь.

Она встала и направилась к двери.

— Если что-то потребуется, дай мне знать. Я имею в виду… — В растерянности она остановилась в дверном проеме.