Счастье волков

Афанасьев Александр Николаевич

– Взрывы контейнеров?

– Да, сэр. Я говорил с лейтенантом по спутнику. Он уверен в том, что судно разгрузили еще до того, как оно прибыло в Фамагусту. А еще кто-то заминировал боеприпасы, которые какой-то идиот складировал на открытых площадках в порту. Он рассчитывал замести все следы и оказался чертовски прав в этом. Там сейчас все дотла сгорело, концов не найти.

– И кто бы это мог быть, по-вашему?

– Кто бы ни был, он успел раньше нас.

У двери снова зашевелились. Вошел адмирал, сэр Энтони Рейнсфорд, главнокомандующий Флотом

Ее Величества. В Великобритании флот всегда был на особом месте, это проявлялось даже в мелочах. Например, армия была армией Великобритании, а не армией Ее Величества.

ПиЭм показал на часы.

– Ваши часы, вероятно, отстают, господин адмирал?

– Сэр, прошу прощения, задержался в штабе для проверки. Есть новость…

…

– Наш разведывательный самолет засек подводную лодку русских. Всего в восемнадцати милях от Фамагусты.

Все замолчали. Кто-то с шумом выдохнул.

– Это точно, адмирал?

– Точнее не бывает. Лодка «Нижний Новгород», класса «Усовершенствованная «Кило». Построена всего лишь два года назад.

– Она может поддерживать действия спецназа? – поинтересовался бригадир.

– Верно, Деймон. Это неатомная подлодка большой скрытности. Все усовершенствованные «Кило» имеют дополнения, позволяющие им высаживать и принимать на борт боевых пловцов.

– Ну вот, – сказал Болтон, – теперь мы знаем, кто взорвал порт.

– Это еще ничего не значит, – сказал Макалистер, – там рядом база русских в Тартусе. Не стоит продолжать делать поспешные выводы, они нам уже дорого обошлись. Нам надо понять, где ОМП. Они сгорели при пожаре или кто-то их выгрузил еще до него?

– Какая разница, бригадир. Это сделали русские, это же совершенно очевидно. Русские виноваты.

– Разница в том, что контейнеры с ОМП могут направляться в Лондон! – повысил голос бригадир.

– Нам надо дать свою версию событий, – сказал премьер-министр, – пока кто-то не обвинил нас в том, что произошло. Скажем, что русские во всем виноваты, это проще всего. Но одновременно с этим я хочу знать, что все-таки там произошло. Сгорели ли отравляющие вещества, или они находятся в чьих-то руках…

18 сентября 2020 года

Стамбул

Про взрыв в Фамагусте я узнал по телевидению. Тогда я еще и понятия не имел, что эта история коснется меня самого.

Взрыв в Фамагусте странно напоминал взрыв в другой части Кипра 2011 года. Тогда в 2009 году было остановлено судно «Мончегорск» и с него выгружено на берег две тысячи тонн боеприпасов без документов. Их перевезли на базу Эвангелос Флоракис и складировали в ненадлежащих условиях, без каких-либо мер предосторожности. Просто под открытым небом. В 2011 году все это взорвалось, уничтожив не только базу, но и расположенную по соседству электростанцию, дающую более половины электроэнергии страны. А тут, похоже, взорвалось еще сильнее.

При каких обстоятельствах произошел взрыв, я не думал. Мне надо было как-то выживать в Стамбуле при постоянной угрозе провала. Ожидая удара со

всех сторон – от бандитов, от служб безопасности, даже от своих.

Я переехал от Марины в пустую квартиру, и ее позвал с собой. Квартира была в подвешенном состоянии, на нее не было заверенного у нотариуса контракта, хозяева были за границей – но у меня были ключи. Хорошо все-таки работать в сфере недвижимости, если хочешь затеряться или просто пожить в другом месте – возможности у тебя широчайшие…

Я как раз смотрел телевизор, когда зашла Марина. В халатике и с моим любимым супом – шорпой. Это она меня так соблазнить пытается, подумала, что раз мы переехали с ней на другую квартиру, то у нас серьезно.

На самом деле, у меня серьезно не может быть ни с кем. И не потому что я импотент какой-то там… просто каждый человек, который рядом со мной, – мишень. А Маринка этого меньше всего заслуживает.

– Спасибо.

Она села рядом, с совершенно естественным видом прижалась. КНУКИ – мастерство не пропьешь.

– Что смотришь?

– В Фамагусте взрыв. Полгорода снесло.

– Какой ужас. Зачем ты это смотришь?

– По всем каналам показывают…

Тем временем подержанный черный «Мерседес» на заниженной подвеске остановился около бара «Карусель» на проспекте Багдади. Бар был, конечно, не стриптиз – здесь это незаконно, за исключением туристических зон, но гоу-гоу в таких местах не слишком-то сильно отличается от стриптиза.

Три человека вышли из машины, четвертый остался сидеть за рулем. Все они отличались черными футболками (жарко), бородами и черными очками. Те, кто видел их, старались убраться с дороги этой троицы, потому что о том, что творили те, кто прошел сирийский конфликт, были наслышаны. Они никого не боялись – даже Аллаха.

Они зашли в зал, не платя. Вышибала сунулся было – да вовремя отскочил. Такие клиенты были ему не по зубам.

Один остался у дверей. Двое других пошли к барной стойке.

– Салам алейкум.

Бармен взглянул на них и тут же утух. Все здесь уже знали, что с приграничными туркоманами – так назывались родственные туркам племена, отрезанные границей по итогам падения Османской империи в Первой мировой, – лучше не связываться. Братский народ, ни больше ни меньше. Им дали оружие, чтобы воевать, а они стали грабить и рэкетировать. На пару с турецкими Серыми волками, у которых тоже не вышло в Сирии, а обратно менять автомат на баранку такси или мангал и туристов уже не хотелось.

– Мы ищем одну христианскую шлюху. Белые волосы, зовут Марина. Тут у тебя танцует…

Пока один говорил, второй стоял и смотрел на ряд бутылок. Спросил:

– Харамом торгуешь?

…

– Харам нельзя. Харам – это грех.

Намек был понятен – не скажешь, сожгут, а то и из автоматов постреляют. Хотя эти… они и харам пьют, и с шармутами это самое…

– Ее нету здесь… не ее день.

– А когда ее?

– Надо посмотреть… послезавтра, кажется. Да, послезавтра.

Бандит покачал головой: