Щит
Шрифт:
— Ладно, попробую объяснить словами. Не знаю, говорили тебе или нет, но в силе есть зерно слабости, а в слабости — зерно силы. Скажем, лишний вес усиливает каждую атаку, но уменьшает скорость движений и заставляет быстрее уставать. Мощь, вложенная в удар, может раздробить кости, но вынуждает тратить лишние силы при промахе. А даже самое легкое, едва заметное прикосновение к ударной руке может заставить атакующего промахнуться…
— Хейсары называют это ани’тао’лаэ — борьбой двух начал…
— Названия я не знаю — Камран не говорит, а показывает. А дополнения отца
— Знаю: я пользуюсь ани’тао’лаэ в бою. Именно поэтому, почувствовав, что ты меня увидела, я стал атаковать быстрее и жестче…
— Ты пользуешься им не так, как я… — вздохнула баронесса. — И видишь только часть того, что надо: ты бился со мной, как с мужчиной, который ниже, легче и слабее тебя. А ведь я — девушка!
Неддар не удержался от комплимента:
— И очень красивая!
Леди Этерия снова покраснела и уставилась на носки своих сапожек:
— Спасибо… Я давно заметила, что нравлюсь… И решила использовать эту твою слабость, чтобы тебе было со мной интересно и чтобы наши бои длились как можно дольше. Поэтому, перед тем, как выйти из своих покоев, я расшнуровала свой араллух чуть больше, чем обычно… Ансы, наоборот, зашнуровала так, чтобы они сильнее обтягивали бедра… Ну, и во время боя постоянно делала лишние движения… Например, вот такие… — Девушка легонько прогнулась в пояснице и повела плечами, отчего ее грудь тяжело качнулась из стороны в сторону… — В общем, я тебя отвлекала… А в реальном поединке все было бы иначе: ты бы смотрел на меня как на противника. И закончил бы схватку за считаные мгновения.
Несмотря на понимание того, что, как и почему делает баронесса, второй бой Неддар тоже проиграл: во время одного из уходов леди Этерия умудрилась так вызывающе продемонстрировать обтянутый ансами зад, что он на пару мгновений выпал из реальности. И вернулся в нее только тогда, когда почувствовал легкий укол в шею. Зато в третьем, заставив себя забыть о том, что перед ним девушка, он вовремя увидел легкую шероховатость в исполнении одного из уводов, заставил Этерию повториться и дотянулся одним из наш’ги до ее правого подреберья.
Баронесса искренне обрадовалась его победе и, отсалютовав ему обеими клинками, бросилась в атаку. Причем стала двигаться настолько женственно, если не сказать развратно, что Неддару стало не до боя — он пропустил то ли три, то ли четыре удара и признал поражение чуть ли не раньше, чем наш’ги баронессы «пробил» его сердце.
Кстати, в этот самый момент он четко понял, что никакая она не верр’като — вместо ненависти или равнодушия ее глаза горели радостью и удовлетворением! А окончательную точку в его раздумьях по поводу истинных целей баронессы поставила ревность, прозвучавшая в ее голосе сразу после окончания боя:
— Может, все-таки сосредоточитесь, сир? Ведь на моем месте может оказаться и другая!
— Сосредоточишься! — выделив последний слог, улыбнулся
— «Иначе» — это как?
— Атакуй! — усмехнулся король и скользнул вперед и в сторону, уходя от молниеносного выпада сорвавшейся с места баронессы…
Короткий, но на редкость быстрый и вязкий бой закончился убедительной победой Неддара: он загнал противницу в угол тренировочного зала и последовательно достал ее аж в три точки койе’ри — в горло, сердце и печень. В следующем — продавил ее защиту мощью, сбил девушку с ног и легонечко тюкнул рукоятью одного из Клыков в висок. Потом позволил встать и минуты три «резал» баронессу с большой дистанции, беззастенчиво пользуясь преимуществом в длине рук.
Получив полтора десятка легких «ранений», которые в реальном бою должны были заставить ее истечь кровью, леди Этерия признала свое поражение, расстроенно опустила взгляд и чуть не провалилась сквозь землю, увидев, насколько разошлась шнуровка на ее араллухе.
Когда она принялась стягивать тесьму, Неддар убрал наш’ги в ножны, отвернулся и прикрыл глаза, вспоминая ту аппетитно выглядящую складочку между белоснежными полушариями, которую он был вынужден игнорировать во время последнего боя. В этот момент его что-то легонечко кольнуло в правое подреберье, а шею обожгло ледяное прикосновение одного из Клыков баронессы Кейвази:
— Я тебе говорила, что женщины — существа коварные?
— Угу…
— Никогда не поворачивайся к ним спиной…
— К ним? — переспросил Неддар.
— Ко мне можно… — предельно серьезно сказала Этерия. — Я тебя не предам…
— Я знаю… — кивнул король. Потом взял ее правую руку и поднес к своим губам…
Следующий бой, длившийся добрых десять минут, он проиграл — пропустил удар под мышку. А когда баронесса начала перечислять все допущенные им ошибки, снова взял ее за руку и запечатлел на ней еще один поцелуй:
— Спасибо за бой, Этерия! Я получил поистине безумное удовольствие… А как он закончился и какие я сделал ошибки, меня не волнует…
— Но ведь ты проиграл!!!
— Как побеждать других женщин, я уже понял. А побеждать тебя я больше не буду…
— Почему?
— Для этого мне придется заставлять себя забывать о том, что ты — девушка. А это — выше моих сил…
— Си-и-ир!!! — смущенно протянула баронесса.
— Что «сир»? — ухмыльнулся Неддар. — Ради того, чтобы видеть, как ты используешь мои слабости, я готов проигрывать тебе с утра и до вечера…
Леди Этерия опустила взгляд, отняла у него свою руку и перевела разговор на менее скользкую тему:
— Кстати, сегодня утром я обнаружила, что у меня появилась личная охрана…
— Так и есть… — посерьезнел Неддар. — Вчера вечером я распорядился, чтобы Тайная служба взяла под охрану тебя, твоего отца и ваш городской дом…
Леди Этерия зябко повела плечами и тихонечко вздохнула:
— Что, уже?
Король опешил:
— Что «уже»?
Она перебросила на грудь лахти, накрутила ее на палец и грустно посмотрела Неддару в глаза: