Сделай сам 3
Шрифт:
Не то, чтобы мне здесь и сейчас столь тонко намекали на возможность засунуть свой длинный нос в чужие секретные чертежи. Вовсе нет! Виккерс, как частный подрядчик, никак не мог себе подобного позволить. Хотя бы в целях сохранения доброго имени своей компании. Иначе — неминуемый скандал и репутационные потери, ведущие, естественно, к немалым финансовым издержкам. Ведь, как известно, что знают двое, знает и свинья.
Просто этот хитрый жук, вот 100%, заманивал меня подобным образом в свои судостроительные сети, завуалировано давая понять, что сможет сотворить корабль и получше. Были б только деньги у заказчика на все его хотелки.
Видать, действительно всей душой желал укрепиться на российском судостроительном рынке.
— Вполне возможно это так, — не пришло мне в голову хоть в чём-то возражать своему собеседнику. — Я ведь, хоть и недоучившийся наполовину, но тоже, вроде как, судостроитель. — Вот ведь печаль-тоска! В который уже раз всякие нехорошие обстоятельства не позволяют мне догрызть-таки кусок научного гранита! — И даже меня проведённый осмотр «Принцесс Роял» навёл на ряд весьма занятных мыслей в плане возможной оптимизации конструкции боевых кораблей. Что уж тогда говорить о ваших уникумах, собаку съевших на их постройке! Потому, не сомневаюсь ни секунды, что на вашей верфи может быть создан мощнейший и великолепнейший боевой корабль. И не один! Но лично я профинансировать очередной такой заказ на благо отечественного военно-морского флота, пока что точно не готов и не способен, — любезно-извиняющаяся улыбка, расплывшаяся по моему лицу, наглядно свидетельствовала о моём величайшем сожалении по данному поводу. Должно быть, смотрелось это именно так со стороны. Во всяком случае, мне именно таким и хотелось выглядеть в глазах собеседника. — Нам бы сперва чего попроще у вас прикупить. Как говорится, начнём с малого, а там посмотрим, как дела пойдут.
— Попроще, так попроще. Мы любому стоящему заказу всегда рады! — сразу сдал назад по поводу гипотетического военного контракта Виккерс, легко перейдя к обсуждению постройки теплоходов для меня с папа. — Вчера мы с джентльменами из совета директоров обсудили в узком кругу, как предоставленный с вашей стороны черновой вариант контракта, так и озвученное вами предложение на поставку с вашего российского металлургического завода чугуна, катанной стали и заклёпок, необходимых по весу на постройку потребных вам новых судов. И пришли к выводу, что чугун и заклёпки мы можем принять. Естественно, после их доскональной проверки нашими технологами на пригодность. А то, знаете ли, имеется немало фабрик и заводов, что порой грешат, стараясь выдать за первоклассный товар вовсе непригодные для судостроения сырьё и материалы. Что же касается стали для силового набора и обшивки — тут мы вынуждены настаивать на применении таковой исключительно нашей собственной выделки.
Понять Альберта и всю их прочую компанию было можно. Как инженер-технолог, я бы с ними оказался солидарен, не находись сейчас на противоположной стороне.
Во-первых, они своим именем отвечали за качество конечного изделия. Никто ведь не захочет к ним снова обращаться с соответствующими заказами, если суда их постройки вдруг массово начнут тонуть из-за проявления скрытых дефектов применённых ими материалов. Потому качество этих самых материалов тут действительно играло значительную роль.
Как и сроки их поставок!
На фоне вечных забастовок то угольщиков, то горняков, то сталеваров, то портовых рабочих за последним требовалось тщательно следить, чтобы постройка не растянулась на долгие-долгие годы, как это почти постоянно имело быть место в России, если дело касалось действительно крупных кораблей и судов. Мелочь-то всякую у нас строили на удивление быстро.
Во-вторых, они ведь тоже были не дураки заработать лишнюю копейку на поставке своей стали, тем самым одновременно давая
— Давайте мы поступим так. Вы всё же согласитесь брать нашу катанную сталь для обшивки, тем более что она уже проверена временем на эксплуатируемых нами свыше года теплоходах и не вызывает никаких нареканий, а мы в ответ удвоим наш заказ. Четыре! Четыре теплохода, а не два! — протянул я руку для закрепления сделки с первым человеком в «Виккерс Лимитед». — И с вас тогда ещё скидка 2,5% на каждый из данных теплоходов!
— Бог с вами, Александр. Пусть будет ваша катанная сталь, — пожал судостроитель мою руку. И дополнил, тем самым всё же оставляя последнее слово за собой, — Но скидка будет вам по 1% с борта! И ни одним пенни больше!
Кто-то скажет — «Брехня! Не верю, что так просто торг ведётся!».
И скажет это очень зря! Ведь он именно так и происходит зачастую. Причём не только в нынешние времена, но и в далёком будущем.
Вот так сидят десятки людей себе в расчётах по уши аж год иль даже два. Высчитывают всё вплоть до последней копейки, ругаются с потенциальными поставщиками, изъявившими готовность поучаствовать в объявленном компанией тендере. Уже все ненавидят друг друга за вечные проволочки и многочисленные попытки надурить противную сторону. А после приезжает на завод такой себе член совета директоров, молча чиркает на салфетке итоговую сумму контракта вместе с данными того, с кем следует контракт сей заключить, и столь же молча уезжает, оставляя всех местных кадров, включая генерального директора, в очередной раз обтекать и сглаживать углы со всеми разом отфутболенными поставщиками, которых они всё это время сильно-сильно мучили придирками и постоянными доводками проектов.
И всё!
Вот так, к примеру, на моей памяти проходили в далёком будущем «самые честные тендеры» в американских, японских и корейских автомобильных компаниях! Естественно, когда речь там заходила об очень крупных деньгах, а не о всякой мелочи в десяток-другой миллионов.
И кто бы что себе ни воображал, всё в мире так-то держится на подобных рукопожатиях за завтраком двух высокопоставленных персон и оговоренной между ними сумме взятки — если они, конечно же, при этом не являлись истинными владельцами бизнесов. А те же официальные тендеры — всего лишь не имеющие никакого значения мелочи, необходимые для сотворения должного информационного шума и создания красивой картинки некой справедливости торгов, как то и положено по законодательству.
Особо сильно, помнится, корейцы этим делом грешить любили. Там на дверях директорских кабинетов на самом-самом верху «пищевой цепочки» смело можно было вывешивать узорчатые таблички с отлитой чистым золотом надписью — «Заходить исключительно деньгами вперед». Не просто же так у них все президенты государства, оттрубив свой срок, мгновенно отправлялись на тот свет в связи с самоубийством, либо же на нары из-за огромных резко вскрывшихся финансовых мошенничеств. Как прежде действовали в бизнесе, так после и рулили государством, изрядно набивая взятками свои карманы по въевшейся аж в костный мозг привычке.
Вот так и тут случилось, в который уже раз и совершенно точно не в последний!
Правда, обошлись мы с Виккерсом без взяток. Не воровать же деньги у самих себя! Для того у нас наёмные сотрудники имеются. Воруют, сволочи, что ты ни делай с ними! Мы с папа даже порой рукой машем на очередной факт воровства, поскольку разбираться с ним выходит слишком дорого и долго, тогда как время нам и так всегда недостаёт. Порой дешевле сделать вид, что не заметил. Но это если речь идет об относительно приемлемых для нас утерянных деньгах. Уж точно не о таких, которые мы в данном случае обговаривали с Альбертом.