Седьмой свиток

Смит Уилбур

Пока Мек обрабатывал рану, соединяя края вместе и туго натягивая нить, он тихо говорил — так, что его мог слышать только Николас.

— У Ного остался по крайней мере один полный отряд у реки, ниже по течению. Мои разведчики доложили, что он поставил людей контролировать дороги по обоим берегам.

— Но ведь он не знает, что у нас есть плоты и мы собираемся двигаться по воде? — сквозь стиснутые зубы спросил Николас.

— Вряд ли, хотя вообще-то ему многое о нас известно. Возможно, у него был информатор среди твоих рабочих. — Мек прервался,

чтобы снова проколоть иглой плоть товарища, потом продолжил: — К тому же у Ного остается вертолет. Он выследит нас на реке, как только это облако уйдет.

— Но река — наш единственный маршрут возвращения. Будем молиться, чтобы погода оставалась такой же мерзкой, как сейчас.

К тому времени когда Мек обрезал нить над последним узелком и заклеил подбородок Николаса бактерицидным пластырем, Сапер надул последний плот и закончил погрузку.

Четверо людей Мека отнесли носилки Тессэ на один из плотов. Мек расположил ее поудобнее, удостоверившись, что у женщины под рукой есть один из ремней безопасности. После чего оставил возлюбленную на время и ушел к своим раненым, чтобы помочь им сесть на плоты. Некоторые могли идти сами, но двоих пришлось нести.

Потом Ниммур вернулся к Николасу.

— Я вижу, ты нашел свое радио. — Мек кивнул на пластиковую коробку, которую Николас повесил на ремне через плечо.

— Без него бы мы пропали. — Англичанин нежно похлопал ящик по боку.

— Я буду править плотом, где Тессэ.

— Хорошо. А я возьму к себе Ройан и поплыву первым.

— Лучше уступи мне ведущее место, — предложил Мек.

— Ты же не знаешь реки, — отозвался Николас. — Я единственный, кто уже проходил эту реку раньше.

— Двадцать лет назад, — уточнил Мек.

— Что же, с тех пор я стал еще круче, — усмехнулся Николас. — Не спорь, Мек. Твой плот пойдет вторым, за тобой — Сапер. Из твоих людей кто-нибудь знает реку, чтобы взять на себя командование двумя оставшимися плотами?

— Все мои люди знают реку! — отрезал Мек и начал отдавать приказы. Потом каждый поспешил к своему «эйвону».

Николас подождал, пока Ройан перелезет через борт плота, после чего помог спустить «эйвон» со скалистого берега. Харпер забрался в суденышко, когда оно уже стояло на воде. Каждый мужчина взял по веслу.

Как только гребцы взялись за весла, Николас увидел, что его команда действительно состоит из людей, знающих реку, как и похвалялся Мек. Они делали сильные, ровные гребки; легкое надувное судно быстро подхватило основное течение Нила.

Каждый «эйвон» был рассчитан на шестнадцать человек, и нагрузили суда не сильно. Ящики из-под боеприпасов, в которые упаковали сокровища гробницы, были громоздкими, но весили мало, а людей на каждый плот приходилось не более дюжины. Поэтому все плоты имели неглубокую осадку и легко управлялись.

— Впереди сплошные водопады и стремнины, — пробурчал Николас, обращаясь к Ройан. — И так до самой суданской границы.

Он стоял на корме, откуда был хороший обзор, и направлял движение длинным рулевым веслом. Ройан

сидела у его ног, держась за ремень безопасности и стараясь не мешать гребцам.

Они пересекли основное течение, проходившее через большую каменную бухту над водопадом; Николас выбрал маршрут сквозь узкий проход, по которому река катилась к западу. Харпер взглянул на небо и увидел, что дождевые облака опустились еще ниже и отливают багровым. Казалось, они тяжело висят на верхушках высоких утесов.

— Хорошее начало пути, — сказал он Ройан. — Даже с вертолетом они не смогут нас обнаружить по такой погоде.

Николас взглянул на свой «Ролекс» — стекло часов покрывали брызги.

— Пара часов до темноты. Мы должны пройти несколько миль, прежде чем придется встать на ночлег.

Англичанин оглянулся и увидел за кормой остальные суда маленькой флотилии. «Эйвоны» были ярко-желтыми и оставались прекрасно видны даже в сумраке и тумане ущелья. Он поднял над головой сжатую в кулак руку и отдал сигнал начинать движение. Из следующей лодки его жест повторил Мек, передавая сигнал по цепочке и усмехаясь себе в бороду.

Река подхватила плоты и стремительно вынесла через каменные порталы в узкую, извилистую кишку Нила. Люди на веслах прекратили греблю, давая потоку нести их. Все, что нужно было делать теперь, — это помогать Николасу направлять судно в особенно труднопроходимых местах. Поэтому они все же не выпускали из рук весел.

Под водой в ущелье скрывалось много острых камней, но их наличие легко угадывалось по пенистым бурунчикам меж подводных скал или по слегка изменившемуся течению над ними. Река поднялась по берегам и билась о скалистые утесы. Если лодка перевернется или даже кто-то из членов команды окажется за бортом, здесь попросту не найдется места, чтобы причалить и подобрать пловца.

Николас стоял в полный рост, вглядываясь вперед. Ему предстояло тщательно спланировать маршрут и провести плот мимо возможных подводных препятствий. Все теперь зависело от его умения «читать» реку и приноравливаться к ее характеру. Харпер давно не практиковался и теперь где-то в животе ощущал тугой комок страха, делая рулевым веслом первое движение в толще быстрой зеленой воды. Они устремились вниз по течению, Николас направлял лодку небольшими точными движениями весла, а все остальные суда следовали за ним, повторяя мельчайшие повороты.

— Видишь, ничего сложного! — засмеялась Ройан.

— Не говори так, — взмолился Николас. — Злой дух подслушивает.

И он направил судно к следующему порогу, где вода мчалась с ужасающей скоростью.

Николас устремился в проход между двумя валунами, видневшимися над поверхностью; плот прошел благополучно, набирая скорость по мере приближения к стремнине. «Эйвоны» преодолели половину порога, когда Николас заметил впереди, точно под ними, нечто, возвышающееся над водой. Река, пенясь, билась о подводный валун. Николас затабанил веслом, пытаясь обогнуть камень, но течение непреклонно тащило плот прямо на него.