Седьмой сын
Шрифт:
Тетушка Вера смерила его непонимающим взглядом:
– Но в этом доме нет никакого дьявола.
«Бедняжка, – промолвил про себя Троуэр. – Если б ты только знала, что дьявол давным-давно свил здесь гнездовище».
– К присутствию дьявола тоже можно привыкнуть, – произнес он вслух, – а привыкнув, перестаешь замечать.
Дверь у лестницы распахнулась, и из нее шагнул мистер Миллер. Он стоял спиной к присутствующим, поэтому не видел гостей.
– Только не я, – помотал головой он, обращаясь к человеку, оставшемуся
Заслышав голос отца, Кэлли подпрыгнул и подбежал к папе.
– Пап, Армор привел сюда старика Троуэра, чтобы убить дьявола.
Мистер Миллер повернулся, лицо его непонятно исказилось. Словно не узнавая, он оглядел вновь прибывших.
– На дом наложены хорошие, надежные обереги, – сказала тетушка Вера.
– Эти обереги и есть дьявольская приманка, – ответил Армор. – Вы считаете, они защищают ваш дом, а на самом деле они отвращают Господа.
– Дьявола здесь никогда не было и нет, – упорствовала она.
– Не было, – подчеркнул Армор. – Но вы призвали его. Свершая колдовство и идолопоклонство, вы вынудили Святого Духа покинуть ваш дом, вы изгнали отсюда добро, так что дьяволы поселились здесь. Они никогда не упустят возможности напакостить и нагадить.
Троуэр слегка забеспокоился. Слишком уж много Армор рассуждал о том, чего не понимал. Лучше бы он просто спросил, нельзя ли Троуэру помолиться о спасении души Элвина у изголовья его кровати. Так нет же, Армору непременно надо начать войну, в которой нет никакой необходимости.
Что бы сейчас ни происходило в голове у мистера Миллера, невооруженным взглядом было видно, что сейчас этого человека лучше не провоцировать. Миллер медленно двинулся к Армору.
– Ты утверждаешь, только дьявол является в дом к человеку, чтоб напакостить?
– Как человек, любящий Господа нашего Иисуса, могу поклясться в этом…
– начал было Армор, но Миллер не дал ему закончить проповедь.
Одной рукой он схватил его за загривок, другой ухватил за штаны и повернул лицом к двери.
– Эй, кто-нибудь, ну-ка, дверь откройте! – проорал Миллер. – Не то сейчас прям посреди будет красоваться огромная дырища!
– Ты что творишь, Элвин Миллер?! – закричала жена.
– Дьявола изгоняю!
Тут Кэлли распахнул дверь, Миллер вытащил своего зятя на крыльцо и одним движением швырнул его на дорогу. Гневный вопль Армора заглушил снег, набившийся ему в рот, а после этого воплей и вовсе стало не слышно, поскольку Миллер закрыл дверь и задвинул засов.
– Ах, какой сильный, смелый мужчина, – съязвила тетушка Вера, – как славно ты выкинул из дома мужа собственной дочки…
– Я сделал то, чего, по его словам, требовал Господь, – огрызнулся Миллер. И обратил взгляд на пастора.
– Армор говорил от своего лица, – миролюбиво объяснил Троуэр.
– Если ты посмеешь наложить руку на человека
– Даже не думал трогать его, – проворчал Миллер. – Но, насколько помню, у нас существует договоренность: я не лезу к нему в дом, а он держится подальше от моего.
– Вы можете не верить в силу молитвы… – заговорил Троуэр.
– Это зависит от того, кто творит молитву и кто ее слушает, – сказал Миллер.
– Пусть даже так, – согласился Троуэр, – но ваша жена верит в учение Иисуса Христа, сановным служителем которого я являюсь. Это ее вера и моя вера, так что вознесенная молитва у изголовья мальчика может послужить его вящему исцелению.
– Когда в своей молитве вы станете изъясняться точно так же, – заметил Миллер, – я немало удивлюсь, если Господь поймет, о чем вы ведете речь.
– А поскольку вы не верите, что моя молитва подействует, – продолжал Троуэр, – значит, вреда она принести точно не сможет, как думаете?
Миллер перевел взгляд на жену, потом обратно на Троуэра. Троуэр не сомневался, что, если б не Вера, он бы сейчас отплевывался от снега вместе с Армором. Но Вера уже предупредила мужа, произнеся угрозу Лисистраты 44 . У мужчины не было б четырнадцати детей, если бы супружеское ложе не влекло его. Так что Миллер уступил.
Note44
Лисистрата («уничтожающая походы») – главная героиня комедии Аристофана; по ее инициативе женщины воюющих греческих государств приносят клятву не ложиться в постель с мужьями, пока война не закончится
– Заходите, – буркнул он. – Только не мучьте парня чересчур долго.
– Это займет пару-другую часов, не больше, – благодарно склонился Троуэр.
– Минут, а не часов! – стоял на своем Миллер.
Но Троуэр бодрым шагом направился к двери у лестницы, и Миллер не спешил воспрепятствовать ему. Значит, он может провести с мальчиком несколько часов, если захочет. Войдя в комнату, Троуэр плотно притворил за собой дверь. Нечего здесь мешаться всяким язычникам.
– Элвин, – позвал он.
Мальчик вытянулся под одеялом, лоб его покрывали крупные капли пота. Глаза Элвина были закрыты. Впрочем, спустя секунду губы его едва заметно шевельнулись:
– Преподобный Троуэр, – прошептал он.
– Он самый, – подтвердил Троуэр. – Элвин, я пришел помолиться, чтобы Господь освободил твое тело от дьявола, который насылает на тебя порчу и болезнь.
Снова пауза; как будто требовалось время, чтобы слова Троуэра достигли Элвина и вернулись обратно, обернувшись ответом.
– Дьявола не существует, – сказал Элвин.