Седьмой
Шрифт:
– Правильный подход! – очень многообещающе ухмыльнулся он. – Но сначала мы приведем вашу форму одежды к стандартам Королевства Тэххер.
– В каком смысле? – не поняла я.
– Ваши соотечественницы дуреют от блестящих побрякушек? Их у вас будет навалом! – хохотнул он, после чего вытащил из подъехавшего контейнера небольшой знак, изображающий кусок поверхности обитаемой планеты, окутанный атмосферой, и нож, вбитый центр четко прорисованного континента. Затем повернулся ко мне и прижал его к точке крепления чуть выше квалификационной полосы:
– Это орден «Конкистадоров», вручаемый
– На момент действий во дворце я не имела к вам никакого отношения! – напомнила я и потянулась к ордену, чтобы снять его с комбеза.
– Для того, чтобы оценить ПОСТУПОК, достаточно о нем знать. А мы, «Конкистадоры», имеем доступ к самой разной информации, умеем награждать достойных и… Лани, это НЕ висюлька, а свидетельство нашего уважения к тебе, как к Воительнице и Личности!
«Любая ошибка, слабость или болевая точка…» – с намеком отписалась Рати в ДС, и я перестала упираться – сняла знак, прикоснулась к нему губами и переиначила фразу, которую когда-то сказала королеве Альери:
– Клан превыше всего!
Когда орден снова занял свое место рядом с орденом Доблести и заиграл кроваво-красными единичками, Дэн протянул мне следующую награду. Эта изображала человеческий череп, лежащий на скрещенных абордажных палашах:
– Почетный знак «Победа в безнадежном бою». Вручается личному составу подразделений, совершивших невозможное. Скажем, вступивших в бой с заведомо превосходящими силами противника и доказавших им свое превосходство.
– «Сирена», «Норфолк» и двадцать «Иглов»! – прокомментировала подруга, сопроводив свои слова вспышкой нешуточной гордости за меня и нашего мужчину.
– Именно! – подтвердил Ромм и собственноручно прикрепил знак рядом с орденами. – Поэтому после активации под ним загорится цифра двадцать два.
Когда он повернулся к контейнеру третий раз, я непонимающе нахмурилась, ибо не видела других причин для награждения. Оказалось, что настала очередь Рати.
– Почетный знак «Любимчик Смерти»! – с ехидной улыбкой сообщил нам Дэн. – Такие носят только те, чье мужество вынудило Безносую перенести запланированный визит на более поздний срок!
Видимо, недоумение, появившееся в наших глазах, было очень информативно, так как он вздохнул, поплыл взглядом и секунд через сорок вывесил в центре комнаты трехмерную картинку:
– Некоторые народы Старой Земли изображали Смерть в виде такого вот скелета в черном балахоне и с косой. Коса – это палка с лезвием, удар которого перерезает нить жизни. Носа у черепа под капюшоном, как видите, нет, поэтому эту даму называют еще и Безносой.
– А кубок? – кинув взгляд на знак, спросила я.
– Это пивная кружка, то есть, символ последней фазы переговоров с Любимчиком! – хохотнул он и потянулся к комбинезону Рати.
Она подставила грудь без каких-либо колебаний или сомнений. Зато, когда он закрепил знак, отступил на шаг назад и полюбовался на дело своих рук, озвучила несколько неожиданную мысль:
– Я, как бы, выжила
– Чистюле я вручу такой же. Перед самым выходом из гипера. Да, кстати, с ней мы договорились. О чем именно, расскажу чуть позже, после того как мы закончим с награждением…
– Это еще не все?! – хором спросили мы.
Эрратец отрицательно помотал головой:
– Нет, осталось самое главное.
Потом перестал издеваться и посерьезнел:
– Шеврон «Конкистадоров» демонстрирует принадлежность к Клану и не более. А тот, кто заслужил право войти в виртуальный экипаж того, старого, капера, носит либо серьгу, либо перстень с крошечной капелькой крови. И выбрать желательно что-то одно!
Мы с Рати посмотрели на украшения, лежащие на его ладони, представили их на себе и, не сговариваясь, потянулись к серьгам.
– В мочку левого уха! – согласившись с нашим выбором, подсказал он. Затем помог их закрепить, критически оглядел результат и удовлетворенно кивнул: – Ну вот, теперь совсем другое дело!
Не успели мы отойти от очередного изменения своего статуса, как Ромм ошарашил снова, озвучив свои договоренности с Доэлью. И, не сделав даже десятисекундной паузы, перешел к тем коррективам, которые он решил внести в наши планы.
Включиться в работу удалось далеко не сразу, но все-таки удалось. Поэтому следующие три с лишним часа мы с Рати слушали объяснения, старательно укладывали в голове те нюансы, которые он подчеркивал, и даже прорабатывали отдельные сценки. А в самом конце он нас убил еще одним заявлением:
– Как я понимаю, вы отдали мне свои Мечты не на неделю, поэтому планируете улететь с Тэххера вместе со мной, верно?
Мы утвердительно кивнули.
– В процессе общения с Чистюлей я чуть-чуть расширил свои знания о типах связей между партнерами, принятыми в вашем королевстве. Вернее, вытряс из нее все, что она об этом знает, и все, что она может сказать о поведенческих реакциях ваших женщин, начиная с простолюдинок и заканчивая знатью. А когда составил цельную картину и представил, как заявился бы к королеве в сопровождении двух «безродных фавориток», то мысленно схватился за голову: такой глупой ошибки ваш высший свет мне бы никогда не простил! В общем, я пришел к выводу, что меня не устраивает, как мы выглядим со стороны…
Услышав последнюю фразу, Рати полыхнула обреченностью. Пришлось подтягивать ее к себе, заключать в объятия и успокаивать легкими поглаживаниями. А Ромм, уже почти привыкший к тому, что с уменьшением расстояния в дружбе мы с ней стараемся находиться как можно ближе одна к другой, продолжил объяснения:
– Посудите сами: я – один из глав Клана «Конкистадоры», а значит, моя свита обязана внушать уважение. А тут две молоденькие девушки, о которых никто ничего не слышал! Даже если не учитывать то, что ко мне и моему окружению по определению будут относиться крайне пристрастно, картинка получается не очень – мальчишка, соблазнившийся красотой первых попавшихся на глаза тэххерок, и две никому не нужные дурочки, с горя примазавшиеся к дикарю из какой-то глухомани. Ну, и о чем эта троица вообще может говорить с целой королевой?