Сёгун
Шрифт:
«Ты. Я люблю тебя. Если ты читаешь это письмо, значит, я погибла в Осаке и, может быть, из-за меня твой корабль тоже погиб. Я могу пожертвовать этой самой ценной частью твоей жизни из-за своей веры, чтобы спасти свою церковь, но больше всего – чтобы спасти твою жизнь, которая мне дороже всего, даже интересов моего господина – Торанаги. Это может привести к необходимости выбора – ты или твой корабль. Извини, но я выбрала тебе жизнь. Этот корабль так или иначе обречен – с тобой или без тебя. Я уступаю твой корабль твоему врагу за то, чтобы ты мог жить. Этот корабль –
Построй себе новый корабль и устрой себе новую жизнь, мой любимый. Захвати на следующий год Черный Корабль и живи вечно. О мой дорогой, моя христианская душа молится о том, чтобы повстречать тебя на христианском небе; моя японская хара молится, чтобы в следующей жизни я была бы кем угодно, только чтобы радовать тебя и быть с тобой, где бы ты ни был. Прости меня, но твоя жизнь – важнее всего. Я люблю тебя».
– О чем говорится в письме, Анджин-сан?
– Прошу прощения, господин. Марико-сама говорит, что этот корабль был не нужен. Говорит, что я должен построить новый корабль. Говорит…
– А! Это можно? Можно, Анджин-сан?
Блэксорн заметил, как заинтересовался дайме.
– Да. Если иметь… – Он не мог вспомнить, как по-японски будет «плотник». – Если Торанага-сама даст мне людей, умеющих строить корабли.
В голове его новый корабль стал обретать форму. Меньше, намного меньше, чем «Эразмус». От девяноста до ста тонн водоизмещением – это все, что он сможет сделать: никогда раньше не видел он, как строят, и не строил сам всего корабля, хотя Альбан Карадок, конечно, готовил его и в корабелы, а не только в кормчие. «Боже, воздай Альбану! – воскликнул он мысленно. – Да, девяносто тонн для начала. «Золотая лань» Дрейка была примерно такой, а вспомнить, сколько она вынесла… Я могу взять на борт двадцать пушек, этого будет достаточно, чтобы… Боже мой, пушки!..»
Он обернулся, опять на остов своего корабля, увидел, что на него смотрит Торанага, смотрят все его люди, – и понял, что говорил с ними по-английски.
– Ах, извините, господин. Думал слишком быстро. Большие ружья – там, в море. Нужно быстро их достать!
Торанага поговорил со своими людьми и обратился к Блэксорну:
– Самураи говорят, что все с корабля перенесено в лагерь. Кое-что выловлено в море, на мелком месте, во время отлива. Теперь пойдемте в лагерь.
Блэксорн почувствовал облегчение.
– Корабль построить можно. Если будут большие ружья, можно воевать с врагами. Торанага-сама может достать порох?
– Да. Сколько нужно плотников? Как много плотников?
– Сорок плотников и кузнецов, дуб для шпангоутов – у вас здесь растет дуб? Потом, нужно железо, сталь… я сделаю, кузницу… мне потребуется мастер… – Блэксорн понял, что опять заговорил по-английски. – Извините, я напишу на бумаге. Все точно. И все обдумаю. Пожалуйста, дайте мне
– Любых людей, любые деньги! И немедленно. Мне нужен корабль. Как можно быстрее! За какой срок мы сможем его построить?
– Шесть месяцев с того дня, когда заложим киль.
– А быстрее нельзя?
– Нет, прошу прощения.
– Позже мы еще поговорим об этом подробнее, Анджин-сан. Что еще говорит Марико-сама?
– Еще мало что, господин. Говорит, что оставляет мне денег, чтобы строить корабль, – своих денег. Также просит прощения за то, что… помогла моим врагам погубить корабль.
– Каким врагам? Каким образом?
– Не говорит – кто, не говорит – как, господин. Ничего определенного. Только просит прощения, – если такое случится. Марико-сама говорит – «сайонара». Надеется, ее сеппуку поможет господину Торанаге.
Торанага улыбнулся ему.
– Рад, что теперь все хорошо, Анджин-сан. Э-э-э, Марико-сама была права. Не беспокойтесь об этом! – Торанага показал на остов корабля. – Начинайте строить новый корабль! Боевой корабль! Вы понимаете?
– Понимаю, очень хорошо.
– Этот новый корабль… может этот новый корабль победить Черный Корабль?
– Да, конечно.
– Ах! Черный Корабль! На следующий год?
– Возможно.
– А как насчет команды?
– Простите?
– Команда – моряки, артиллеристы?
– К будущему году можно подготовить моих вассалов – сделать из них артиллеристов. Моряков не получится.
– Вы можете взять всех моряков в Кванто.
– Тогда – на следующий год. – Блэксорн улыбнулся. – На следующий год – можно. А война?
Торанага пожал плечами:
– Война, не война – все-таки попробуйте. Это ваша цель – понятно? Цель! И наша тайна. Только между мною и вами! Черный Корабль!
– Священники скоро разгадают нашу тайну.
– Может быть. Но на этот раз не будет никакой приливной волны или тайфуна, мой друг. Вы будете следить, я тоже.
– Да, господин.
– Захватите один раз Черный Корабль, потом поплывете домой. Приведете мне целый военный флот. Поняли?
– О, да.
– Если я проиграю – что ж, карма. Если нет, тогда – все, Анджин-сан. Все как вы сказали. Все: Черный Корабль, посол, договор, корабли! Поняли?
– Да. О да! Благодарю вас.
– Благодарите Марико-сама. Без нее… – Торанага тепло попрощался с ним, на этот раз как с равным, и ушел, сопровождаемый телохранителями. Вассалы Блэксорна отвесили поклоны, совершенно завороженные почестями, оказанными их хозяину.
Блэксорн, уже совсем в другом настроении, смотрел, как уходит Торанага. И вдруг вспомнил про еду, – вот теперь можно поесть. Слуги начинали уже убирать.
– Подождите. Пожалуйста, оставьте…
Он ел аккуратно, медленно, соблюдая хорошие манеры, его люди ссорились из-за привилегии услужить ему. В уме он перебирал все те огромные возможности, которые открыл перед ним Торанага. «Ты выиграл!» – сказал он себе, готовый плясать от радости. Но плясать, конечно, не стал, еще раз перечитал ее письмо… И еще раз отдал ей должное…