Секреты
Шрифт:
С Биллом никто не сблизился за время съемок, но он все равно был одним из них, частью одной семьи, и Зак не хотел создавать ему еще больше проблем.
Джейн с сочувствием взглянула на Зака.
— Я была так взволнована, что даже не заметила, как он ушел.
— Я тоже, — сказала Габи.
Потом полицейские побеседовали с Сабиной, потом с Джейн и некоторыми другими участниками группы. Лишь в четверть одиннадцатого они вызвали Габриэлу. Джейн ее дожидалась, Зак тоже — он обещал отвезти обеих домой. Теперь уже все открыто обсуждали, что действительно
— По-моему, тебе не следует это делать, — ответил тот с сомнением в голосе. — Да они тебе, наверное, и так не разрешат.
— Давай попробуем. В этом нет ничего плохого.
Зак улыбнулся. Он еще не остыл от пыла прошлой ночи. Наклонившись, он шепнул Джейн:
— Я люблю тебя.
— Я тебя тоже люблю.
Они обменялись многозначительными взглядами и продолжали терпеливо ждать Габриэлу. С ней беседовали в главной гримерной.
— Знали ли вы его до сериала, мисс Смит? Габи покачала головой:
— Нет, не знала.
— Он Когда-нибудь в разговорах упоминал свою жену?
— Нет.
Она опять с абсолютно спокойным видом покачала головой. Габи все время думала об этом; она была уверена, что Билл не убивал своей жены, но задавалась вопросом, продолжал ли он ее любить. Это объясняло бы его поведение в последние месяцы.
— Вы когда-нибудь видели ее в съемочном павильоне?
Следователи показали Габи старое фото Сэнди.
— Нет.
— Как, по-вашему, был мистер Уорвик рассержен вчера?.. Ну, скажем, вчера вечером? Габи улыбнулась.
— Нет, нисколько. Мы все поехали на вечеринку по случаю дня рождения Джейн… Джейн Адамс… и Билл тоже был с нами.
— Во сколько он уехал?
— В самом начале одиннадцатого. Она знала, что Зак сказал то же самое.
— Вам известно, куда он поехал? Он говорил?
Габриэла улыбнулась, отвела глаза в сторону:
— Потом я с ним встречалась в моей квартире.
И как бы с притворной застенчивостью опять взглянула в глаза инспекторам.
— А с вечеринки вы уехали вместе с ним, мисс Смитт?
Габи покачала головой:
— Я уехала позже. Около двенадцати… Она уехала в два, но к тому времени все были слишком пьяны, чтобы заметить время.
— И вы с ним встретились… где?
— У меня. Он вам об этом не говорил? Вид у Габи был юный, невинный и смущенный. Инспектор, беседовавший с ней, заерзал на стуле. Девушка, сидевшая напротив него, была очень симпатична, кроме того, когда она наклонялась, ворот платья приоткрывал ее небольшую грудь. Она была даже немного похожа на девушку с фотографии. Это натолкнуло инспектора на новую мысль.
— Вы не поссорились? — спросил он, предположив, что Билл мог вылить злость на жену, раз они были так похожи.
Габи по-детски рассмеялась и стала играть локоном своих длинных черных волос.
— Нет, что вы. Совсем наоборот… Ей даже удалось покраснеть.
— Во сколько он приехал? Фараон сощурил глаза. Габи задумчиво посмотрела на
— Наверное, в начале первого.
Это действительно все меняло. Но почему он им этого не сказал? Следователь задал этот вопрос Габи. Та пожала плечами:
— Не знаю. Я думаю, он не хотел ставить меня в неловкое положение.
Она понизила голос, будто стены могли слышать.
— Про нас никто не знает. Я… это бы все осложнило, знаете, тут у нас очень строго с моралью…
Инспектор с важным видом покачал головой.
— Понимаю.
А затем поднялся:
— Возможно, нам еще потребуется с вами побеседовать, мисс… э-э… Смит. Большое спасибо.
Габи отпустили, всем остальным тоже разрешили идти домой.
В мрачном настроении, погруженные в свои мысли, молча Джейн, Зак и Габи покидали павильон. Джейн все-таки решила поделиться своей идеей:
— Я подумала, может, мы заехали бы навестить Билла.
— Ты думаешь, нас пустят?
Габи сомневалась, но ей тоже хотелось его повидать. Она подставила ради него свою шею, однако была уверена, что поступила правильно. Инстинктивно она чувствовала, что Билл не виноват в этом преступлении, что бы ни говорили фараоны. Не такой он был человек. Если бы он хотел убить ее, то сделал бы это давным-давно. Габи высказала свое мнение, и Зак с ней согласился:
— У него было такое выражение глаз, когда он выходил за ней в тот день из бара «У Майка»… как будто он ее все еще очень любит.
Джейн показалось, что Габи вздрогнула при этих словах, но голос у нее был совершенно нормальный.
— Я думаю, так оно и было. Мне кажется, именно это его и мучило. Тяжело было скрывать брак с ней.
— Полицейские сказали, что они уже несколько месяцев жили порознь, — сказала Джейн, садясь в машину Зака, — но, по-моему, Зак прав. Когда я в тот день увидела Билла, то подумала то же самое. Похоже, он был удручен ее видом. Она выглядела так ужасно, бедняжка…
— А что, по-твоему, было причиной этого? — спросила Габи.
— Вероятно, тут не обошлось без наркотиков. Билл утверждает, что она звонила ему в павильон и просила о встрече у него дома. Она так, и не появилась, он поехал прокатиться, а когда вернулся, нашел ее там… мертвую.
Все трое восприняли эту историю как настоящий кошмар. Зак поехал в направлении тюрьмы, где содержался Билл. Было уже около одиннадцати, и Зак был уверен, что их не впустят, но, как ни странно, только что вернувшиеся со студии инспектора согласились сделать исключение для «таких людей», как они сказали. Их заперли в комнате наедине с Биллом. Снаружи находился охранник, который через окошко видел все, что происходило в помещении. Джейн и Габриэле велели оставить при входе сумочки, а Зака обыскали. Как только они вошли, дверь за ними закрыли. Вообще это была комната для допросов — гораздо более цивилизованного вида, чем обычные тюремные комнаты для свиданий. Билла ввели через другую дверь, сняли с него наручники. Он стоял и глядел на своих коллег со слезами на глазах, не зная, что сказать. Джейн, плача, обняла его: