Секта
Шрифт:
Пот блестел на висках, тонкая струйка сбежала к воротнику свитера.
– Если твой ужин просится обратно, - сказал мужчина, не отрывая глаз от дороги, - сделай это лучше в окно. Иначе тебе придется самой мыть машину.
– Нет. Это не то, что вы думаете.
– Девушка повернулась к нему, и в глазах ее мужчина увидел выражение, которое встречал не раз и знал очень хорошо.
"Наркотики?"
Так он подумал сперва, но вскоре понял -нет. Шоссе было пустынно. Однажды ему показалось, что далеко позади мелькнули фары, однако, когда они
Мак Фейдак проснулся от звука автомобильного мотора. Кто-то парковался на стоянке его мотеля, приткнувшегося на самой окраине города. Содержать этот мотель было плохим бизнесом. А точнее - мотель давно уже приносил только убытки. Но Мак Фейдак не жаловался на судьбу.
Второй и главной его специальностью были услуги... особого рода. К нему обращались регулярно, хотя и не слишком часто, и в определенных кругах у костлявого, с неизбывной перхотью в голове владельца мотеля была солидная репутация. К тому же его еще ни разу не уличили в лжесвидетельстве - что и являлось самым существенным.
Мак Фейдак вытянул голову из-за стойки и сквозь стеклянную, заляпанную бесчисленными пальцами входную дверь увидел позднего (раннего?) гостя.
Он узнал его тотчас.
Светловолосый мужчина в черных брюках и серой спортивной куртке.
Приехал на "тандеберде" 94-го года. Переночевал, позавтракал в номере. Расплатился наличными, уехал около одиннадцати. Как его имя? Позвольте-ка... вот сейчас, в книге найдем запись... Пожалуйста: зарегистрировался как Джон Росс. Нет, ничего необычного не отмечено.
Все было так. За одним исключением: никакой Джон Росс в мотеле Фейдака не должен был появляться.
Не должен. Маку Фейдаку платили за несуществующих клиентов - каждый раз столько, что можно было закрывать лавочку и жить безбедно полгода. Ему платили за то, чтобы он клялся на Библии, давая показания, и он клялся и ни разу еще не был пойман, обеспечивая липовые алиби. Но сегодня клиент явился сам - во плоти и крови. И притащил с собой девчонку - о ней Фейдаку вообще не сказали ни слова. Все это, вместе взятое, ему не понравилось. Более того: Мак Фейдак испугался. Он испугался бы еще сильнее, имея представление, что ждет его впереди.
Мужчина занял одноместный номер в самом конце коридора. Для девчонки был снят номер напротив. Он видел, как она расписывалась в книге регистрации: Энни Грин. Отчего-то ему подумалось, что это ее настоящее имя. Он усмехнулся, вспомнив удивленное лицо портье. Ну ничего, одним делом у него теперь меньше - не надо тщательно протирать все, к чему мог бы прикоснуться клиент. А деньги он уже получил.
Часы показывали без десяти пять, но в этих краях светало поздно, и за окном было еще совершенно темно. Тени деревьев изгибались на потолке, сплетаясь в причудливые узоры.
Спать не хотелось, и мужчина знал причину.
Впервые за долгие годы контракт не был выполнен с первой попытки. И что помешало? Если разобраться,
Далеко внизу, в холле, послышался слабый шум и едва различимые голоса. Гости? Но почему не было слышно шума подъехавшей машины? За окном пронзительно и тоскливо закричала ночная птица.
Он проснулся около одиннадцати. Не торопясь принял душ, побрился.
Хотелось есть, но в этой дыре завтрак в номер не входил в число оказываемых услуг. Он вышел в коридор - в левой руке дорожная сумка - и сразу столкнулся со своей вчерашней попутчицей. Посвежевшая после сна, девушка смотрелась неплохо, даже мужской желтый свитер с закатанными рукавами не портил ее.
– Доброе утро.
– Она поздоровалась первой.
Мужчина кивнул. Похоже, девчонка собиралась продолжить знакомство.
Они спустились вниз.
– Он пропустил ее вперед, чтобы ей не пришла мысль взять его под руку. Все слишком напоминало быструю ночь любви в пятиразрядном придорожном мотеле. Возможно, девица неплоха... но -место не то и совсем не то время.
Мак Фейдак по-прежнему восседал на огромном табурете за своей стойкой, любезно улыбаясь, - словно не нуждался ни в сне, ни в отдыхе.
– Здравствуйте, мисс Грин!
Энни кивнула на ходу, направляясь к двери. Мужчина шел следом, равнодушно ожидая приветствия Мака Фейдака. Однако тот даже не повернул голову в его сторону. Это было странно. Более того, это было неправильно.
Мужчина замедлил шаг. Рефлексы непроизвольно включились - так срабатывает электронная защита при коротком замыкании в цепи.
Мак Фейдак, не отрывая взгляда от спины Энни, которая уже подошла к выходу, сунул руку под стойку - и в тот же миг вытащил вновь. Но пальцы его, более привычные к пересчету купюр, теперь сжимали револьвер с коротким, будто обрубленным стволом. Ствол был наведен точно в спину девушки.
Мужчина сделал единственное, что было возможно в этой бессмысленной, совершенно невозможной ситуации.
Он прыгнул вперед, ногой нанося удар по стойке из фальшивого красного дерева. Вложить в движение всю силу было нельзя - он стоял слишком далеко, - и удар пришелся по касательной. Тем не менее верхняя доска треснула, стойка качнулась, несильно толкнув в грудь Мака Фейдака.
Выстрел в узком, крохотном холле был оглушительным. Стеклянная дверь лопнула и раскололась в верхней части. Осколки весело запрыгали по полу.
Энни упала.
В тот момент мужчина подумал, что Мак все-таки подстрелил девчонку. Двигаясь с невозможной для обычного человека пластикой и быстротой, мужчина левой рукой ухватил Мака Фейдака за жесткую шевелюру и одновременно основанием правой ладони коротко ударил в точку, где сошлись густые брови портье и начиналась горбинка носа.