Семиречье. Трилогия

Цыпленкова Юлия Валерьевна

Призраки сделали свое дело, и теперь застыли в ожидании. Белава продолжала следить за божественной.

— Покажись, — попросила чародейка. — Только мне покажись, остальным не надо, переживать начнут.

Сзади раздался шорох, и девушка вскинула глаза на Вогарда. Тот задумчиво гладил подбородок.

— Что ожидать от нее теперь? — спросила чародейка.

— Не знаю, — честно ответил демон. — Я сам с ней разберусь.

— Нет, — твердо ответила Белава. — Это моя битва. И судя по тому, что меня уже тысячный раз пытаются убить, придет она за мной.

Вогард

молча кивнул, соглашаясь. Он снова посмотрел в сторону сражающейся рати. К чародейке летели новые стрелы. Демон поставил щит, и эти жала не стали смертоносными, как и те, что пытались сразить ее раньше. Недалеко открылся переход, и из него вынырнула Саэфель. Чародейка изумленно уставилась на нее. Руалар запретил дочери являться сюда, но та снова поступила по своему.

— Саэфель, — воскликнула Белава. — Что ты тут делаешь?

— Не могу я сидеть там, когда он здесь, — кивнула альвийка на сечу, и внутри Белавы всколыхнулась волна ярости.

— Мерзкая альва, — прошипела она и с ужасом закрыла рот. — Что это? — испуганно прошептала девушка. — Это не я сказала! — и тут же вновь зашипела. — Только притронься к нему, это мой витяз-сь.

— Что? — Саэфель потрясенно смотрела на чародейку, а то все более бледнела, пытаясь справиться со взбесившейся второй личиной.

— Я все сказала, — низким голосом ответила Белава и вскинула испуганные глаза на Вогарда.

Черты демона исказила ярость. Девушка охнула и попятилась от него, но вдруг остановилась, замерла и вздрогнула всем телом. Черты ее то размывались, то вновь становились прежними. Альвийка и Вогард наблюдали за внутренней борьбой Белавы. Саэфель все еще пытаясь осознать происходящее, демон мрачно ожидая, чем все закончится. Белава все пыталась удержать рвущуюся наружу демоницу, пока не обессилила.

— Беги, — прошептала она альвийке, — беги, глупая, она сейчас выйдет.

И вскрикнула, когда ее тело, будто взорвавшись, резко потянулось вверх, становясь более гибкий и сильным. Демоница вдохнула полной грудью и засмеялась:

— Я свободна! Я победила!

Она обернулась и уставилась на альвийку своими изумрудными глазами без зрачков. Губы ее дрогнули в жесткой ухмылке, и пламенноволосая прыгнула на пресветлую. Вогард зарычал, проявляя себя и бросился к демонице, хватая ее, не давая приблизиться к перепуганной Саэфель.

— Беги, — крикнул ей демон. — Беги, тебе же велели.

— Пус-сти, — зашипела демоница. — Пус-сти или я тебя убью!

— Сил не хватит, — ответил ей Вогард, заламывая руки за спину. — Значит такая твоя помощь, тварь? Так ты хотела отдать мне чародейку?

— А ты думал, я для тебя стараться буду? — захохотала она, в одно мгновение оказавшись у него за спиной.

— Тварь, — яростно прорычал демон, снова захватывая ее. — Отпусти Белаву, верни ей ее тело.

— Это мое тело, — зло зашипела демоница. — Я верно служила ей, теперь пришло время отдать долг.

— Белава! — раздался мужской крик.

— Мой витяз-сь, — воскликнула демоница и обессиленно повисла на руках, хитро подмигнув Вогарду.

— А я думал, он тебе нужен, —

усмехнулся демон и отбросил демоницу, спокойно наблюдая за приближением Радмир.

— Если его убьешь, чародейка тебя не простит, — осклабилась демоница. — Если хоть одного из ее друзей тронешь, можешь забыть о ней.

— Тварь, — сплюнул Вогард и отошел, признавая, что она права. — Прости, девочка, — прошептал он, — я ничего сейчас не могу сделать.

Через мгновение его уже никто не видел. Радмир остановился, удивленно озираясь, и опустил окровавленный меч. Но прежде, чем пламенноволосая успела что-либо сказать, к витязю бросилась альвийка, так и не тронувшаяся с места.

— Аэллар, — всхлипнула пресветлая, называя его данным альвами когда-то именем.

— Саэфель, что ты тут делаешь? — изумился он.

— Не могла усидеть в чертогах, — призналась она, положив голову ему на плечо, Радмир машинально обнял дочь Повелителя.

Этого демоница уже вытерпеть не смогла и вскочила с земли, где все еще сидела, откинутая демоном. Она яростно сверкнула глазами и зашипела. Радмир удивленно взглянул на нее и задвинул за себя альвийку.

— Пусть уйдет, — сказала демоница.

— Почему? Что происходит? — витязь настороженно смотрел на вторую личину чародейки, которая вдруг стала опасна, и он это почувствовал.

— Мой, — коротко бросила пламенноволосая. — Ты идешь со мной, витязь. Я устала ждать.

Демон вновь обнаружил себя, проявляясь за спиной демоницы. Он весело расхохотался. Потом схватил демоницу за шею и рванул на себя, приникая к губам. Вогард пил ее силу, понимая, что и чародейка ослабнет, но он не видел иного способа вернуть Белаву. Радмир снова поднял меч и двинулся на демона.

— Остановись, — Вогард оторвался от демоницы. — Я не причиняю вреда, я помогаю.

— Помоги, — слабо отозвалась демоница, и витязь начал надвигаться на Вогарда.

Но неожиданно альвийка приняла сторону демона и повисла на Радмире, не давая ему приблизиться, и демон вернулся к своему занятию.

— Что ты делаешь, Саэфель? — воскликнул витязь, пытаясь освободиться.

— Это не чародейка, — ответила пресветлая. — Эта заняла ее место, сама. И мне угрожала.

Крики за их спиной разорвали воздух, и витязь невольно обернулся. На поле брани через переход демона пришло подкрепление. Всадники, одетые в шкуры скакали на неизвестных животных, размахивая кривыми саблями. Демон оторвался от демоницы, которая уже еле стояла на ногах, и в очередной раз выругался.

— Она привела дикарей с Покинутых земель, — сказал он. — Эти ящеры плотоядны, вам придется очень тяжко.

— Белава…

— Скоро вернется, — отрезал демон. — Можешь подождать, а можешь помочь своим. А ты, пресветлая, останься.

Радмир бросил взгляд на демоницу, потом на альвийку. Почему-то он верил демону. Понять не мог, отчего опасной кажется демоница, а не тот, кто всегда был врагом. Витязь тряхнул головой и побежал на помощь к своим. До него донеслись крики боли и отчаяния. Ящеры рвали ратников зубами, всадники добивали своими кривыми саблями.